Читать онлайн «Командование и штаб ВВС Советской Армии в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов». Страница 69

Во-вторых, многие положения наших довоенных уставов, наставлений и теоретических взглядов на совместные действия Советских ВВС с сухопутными войсками нашли практическое отражение в ходе Великой Отечественной войны, и одновременно возникали новые более совершенные формы и способы действий различных видов и родов авиации. На поддержку сухопутных войск с воздуха в наступательных и оборонительных операциях Советские ВВС израсходовали 46,5% боевых вылетов{12}. Авиация расчищала путь пехоте и танкам, помогала им быстро прорывать оборону, стремительно преследовать противника, окружать и уничтожать его группировки, форсировать реки, захватывать и удерживать важные плацдармы. В ходе войны советское оперативное искусство ВВС обогатилось новой формой боевого применения фронтовой авиации при совместных ее действиях с войсками, получившее название "авиационное наступление". Она возникла в 1942 г. в связи с потребностью вести непрерывное сопровождение наступающих войск с воздуха. Первоначально авиационное наступление ограничивалось выполнением авиацией задач при прорыве войсками фронта главной полосы обороны. С лета 1943 г., т. е. когда советскими ВВС было завоевано стратегическое господство в воздухе, оно стало осуществляться на всю глубину фронтовой наступательной операции, а по своему масштабу и привлекаемым силам приобрело оперативный характер. По содержанию выполняемых задач авиационное наступление делилось на авиационную подготовку атаки и авиационную поддержку (сопровождение) войск фронта.

Дальнейшее развитие авиационное наступление получило в третий период войны и было отражено в Наставлении по прорыву позиционной обороны и Наставлении по прорыву укрепленных районов, вышедших в 1944 г. При этом возрастала степень массирования усилий авиации при выполнении важнейших задач. Если в наступательных операциях второго периода войны на направлениях главных ударов сосредоточивалось 70-75% всех сил воздушных армий, то в третий период войны 90-95%, т. е. 1500-2500 советских самолетов (Львовско-Сандомирская, Висло Одерская, Берлинская операции){13}.

Этому во многом способствовала блестяще решенная советским командованием в ходе войны проблема создания крупных авиационных резервов в виде авиационных корпусов и отдельных авиационных дивизий. Маневрируя ими, Ставка ВГК и командование ВВС создавали перевес в силах, что в короткие сроки изменяло воздушную обстановку в нашу пользу. В контрнаступлении под Москвой участвовало 1200 наших самолетов, под Сталинградом - 1400, в контрнаступлении под Курском - 5300, в Белорусской операции более - 6000, а в Берлинской операции - 7500 боевых самолетов.

В ходе войны были найдены формы применения фронтовой авиации для обеспечения ввода в сражение (прорыв) конно-механизированных групп и танковых армий и их действий в оперативной глубине. Ввод в сражение КМГ и танковых армий обеспечивался основными силами авиации фронта (воздушной армии) , а для непосредственной их поддержки действий в глубине обычно выделялась одна-две штурмовые авиационные дивизии, иногда - штурмовой авиационный корпус. В ряде случаев вводу танковой армии в сражение предшествовала короткая по времени, но мощная по силе авиационная подготовка с целью подавления и уничтожения узлов сопротивления, опорных пунктов и средств противотанковой обороны (Орловская, Белорусская и Львовско-Сандомирская операции). Штурмовая авиация начинала сопровождение танковой армии с момента ее ввода в сражении и не прекращала его до выполнения армией своей задачи. С выходом танковой армии в оперативную глубину воздушная армия сосредоточивала усилия для нанесения ударов по подходящим резервам противника, а при его отходе - по отступающим войскам.

Прикрытие танковой армии с воздуха при вводе в сражение проводилось по общему плану прикрытия войск фронта, а при отрыве от общевойсковых армий специально выделяемыми истребительными авиадивизиями. В среднем для прикрытия танковой армии привлекалось до двух истребительных авиадивизий. Осуществлялось оно патрулированием групп истребителей над районом действия танковой армии и на ближайших к ней подходах.

Заслуживают особого внимания действия авиации в операциях сухопутных войск на окружение. В контрнаступлении под Сталинградом, в Корсунь-Шевченковской, Ясско-Кишиневской, Белорусской, Берлинской и других операциях Советские ВВС приобрели опыт организации и осуществления круговой многозональной воздушной блокады, гибкого маневрирования силами авиационных объединений и соединений для отражения контрударов противника на внешнем и внутреннем фронтах окружения, массированного использования авиации для ликвидации окруженных группировок. Изоляция с воздуха крупных вражеских группировок, попавших в окружение, явилась новой формой оперативного применения ВВС. Опыт войны убедительно показал, что операцию на окружение нельзя считать законченной, если противнику удается снабжать свои войска по воздуху всем необходимым и тем самым способствовать прочному удержанию круговой обороны и возможному прорыву кольца окружения. Проведение же воздушной блокады лишало врага этой возможности и создавало благоприятные условия нашим сухопутным войскам для быстрого разгрома окруженных группировок.

Успешное осуществление воздушной блокады зависело от следующих основных условий: наличия оперативного господства в воздухе на данном участке фронта; выделения необходимого количества сил различных родов авиации и средств ПВО для борьбы с транспортной авиацией; организации четкого и непрерывного взаимодействия между объединениями, соединениями и частями различных родов авиации и видов вооруженных сил (сухопутных войск, ВВС, войск ПВО страны); создания единой системы ВНОС; от централизации управлениями всеми силами, осуществлявшими воздушную блокаду.

В ходе войны успешно была решена Военно-Воздушными Силами и задача воздушной разведки, осуществляемой специальными разведывательными авиационными полками и всеми родами авиации. Своевременно вскрывая группировки войск, флота и авиации противника, систему его обороны, перемещение резервов, дислокацию штабов и пунктов управления, воздушная разведка оказывала неоценимую помощь советскому командованию в определении намерений врага и более целеустремленного использования войск и авиации по его разгрому. Фронтовая авиация на выполнение этой задачи совершила более 11% от общего количества самолето-вылетов. За время войны была сфотографирована площадь, равная 6,5 млн. км2, которая на 1 млн. км2 превышала европейскую часть СССР{14}.

В-третьих, опираясь на приобретенный опыт, советское военное искусство гибко и целеустремленно решало вопрос об использовании авиации дальнего действия в войне. В первый период войны соединения ДВА (АДД) и авиации Военно-Морского Флота наносили лишь отдельные удары по центрам нефтяной промышленности Румынии, военным объектам Берлина, Кенигсберга, Данцига, Тйльзита и других городов Германии. Когда же авиация дальнего действия количественно и качественно возросла, стали проводиться самостоятельные воздушные операции (например, по военным объектам Будапешта в сентябре 1944 г. или по срыву оперативных перевозок противника в 1943, 1944 гг.). Эти операции осуществлялись под руководством Ставки ВГК и характеризовались сравнительно большим размахом. Массированные и сосредоточенные удары дальних бомбардировщиков в ходе операции наносились ночью, а сама воздушная операция длилась несколько суток (трое-четверо). Главные же усилия авиации дальнего действия были направлены на разгром группировок немецко-фашистских войск в оборонительных и наступательных операциях сухопутных войск, что отвечало требованиям обстановки и характеру вооруженной борьбы. 40,4% самолето-вылетов произвели за время войны соединения авиации дальнего действия с целью уничтожения войск и боевой техники на поле боя, 9,6 - для ударов по аэродромам, 30,6 % - по железнодорожным объектам и резервам во фронтовом тылу{15}. Авиация дальнего действия успешно привлекалась и для содействия борьбе партизан в тылу врага. За время войны фронтовой авиацией дальнего действия и частями Гражданского воздушного флота было совершено более 109 тыс. самолето-вылетов в тыл противника. Авиацией дальнего действия и частями ГВФ было перевезено 17 тыс. тонн боеприпасов, вооружения, продовольствия и медикаментов. Из партизанских отрядов вывезено и снова туда возвращено свыше 83 тыс. человек{16}.

В-четвертых, особое место в наступательных и оборонительных операциях одного фронта и группы фронтов занимали вопросы взаимодействия. По масштабу и характеру его можно разделить на стратегическое, оперативное и тактическое. Стратегическое взаимодействие заключалось в согласовании усилий ВВС с сухопутными войсками в интересах достижения успеха в стратегических операциях групп фронтов и кампаниях. Стратегические наступательные операции групп фронтов являлись основной и решающей формой действий наших Вооруженных Сил на стратегических направлениях. Организовывала стратегическое взаимодействие в годы войны Ставка Верховного Главнокомандования. Она определяла и ставила задачи фронтам и Военно-Воздушным Силам, распределяла усилия ВВС по направлениям таким образом, чтобы были достигнуты максимальные стратегические результаты.