Читать онлайн «Апокалипсис XX века. От войны до войны». Страница 103

А на Кузбассе даже так: «обследование, проведенное в ноябре на Ленинском руднике, отмечает: «бараки, занятые киргизами, перегорожены на отдельные комнаты, площадью по 6–9 кв. м. В каждой комнате живет от 1 до 4 семей. При проверке живущих в одной половине оказалось, что в 14 таких комнатушках живет 29 семей, численностью в 106 человек. В среднем на живущего приходится около 1 кв. метра»[214].

То есть обеспеченность людей жильем УМЕНЬШАЛАСЬ на протяжении индустриализации.

Уже в 1952-м в городах и рабочих поселках имелось «18 миллионов квадратных метров жилой площади в помещениях барачного типа, что составляет 9 процентов ко всему обобществленному жилищному фонду. На 1 января 1952 года на этой площади проживало 3758 тысяч человек». В 1952 г. 54 % жилой площади в городах находилось в домах, не подключенных к водопроводу, а 59 % — к канализации[215].

В норме индустриализация ведет к повышению уровня жизни населения. Советская (если угодно — «сталинская») индустриализация вела к казарменному, устрашающе нищенскому существованию основной части населения СССР. К падению и так невысокого жизненного уровня примерно в 2 раза.

Создать «обобществленный» быт не удалось, но вот, например, декретные отпуска колхозницам считались делом неисполнимым. «…Таким невыполнимым в настоящее время предложением является вопрос о предоставлении женщинам-колхозницам отпусков в колхозах до и после родов. Его можно будет решить, когда колхозы экономически окрепнут и расширят свою хозяйственную базу. Несколько рановато этот вопрос выдвигается»[216].

Создавалось глубоко сословное общество, разделенное множеством социальных перегородок на массу групп с разными правами, обязанностями, привилегиями.

Общество нищее, агрессивное, неблагополучное. Но очень управляемое и мобильное.

И при этом в СССР была самая многочисленная в мире и самая обеспеченная самой лучшей техникой армия.

Если целью Сталина было построение социализма в одной отдельно взятой стране, то это довольно странно и нелогично.

А вот если его целью была Мировая гражданская война — все более-менее понятно.

Неудивительно, что население станы вовсе не хотело создания такого общества. Для его создания требовалась война с собственным народом. Тем более что источником людских ресурсов и для РККА, и для гигантов индустрии было крестьянство.

Решение о коллективизации было принято на XV съезде ВКП(б) в 1927-м. Сразу после того, как вывоз зерна за границу столкнулся с трудностями. Для обеспечения хлебозаготовок власти во многих районах СССР вернулись к заготовкам на принципах продразверстки. Подобные действия, однако, были осуждены в Резолюции пленума ЦК ВКП(б) от 10 июля 1928 года «Политика хлебозаготовок в связи с общим хозяйственным положением».

Переход к сплошной коллективизации осуществлялся на фоне вооруженного конфликта на КВЖД и разразившегося мирового экономического кризиса, что вызывало у партийного руководства серьезные опасения по поводу возможности новой военной интервенции против СССР.

При этом отдельные позитивные примеры коллективного хозяйствования, а также успехи в развитии потребительской и сельскохозяйственной кооперации привели к не совсем адекватной оценке складывавшейся ситуации в сельском хозяйстве.

С весны 1929-го на селе проводились мероприятия, направленные на увеличение числа коллективных хозяйств — в частности, комсомольские походы «за коллективизацию». В РСФСР был создан институт агроуполномоченных, на Украине большое внимание уделялось сохранившимся с Гражданской войны комнезамам (аналог российского комбеда).

7 ноября 1929 года в газете «Правда» № 259 была опубликована статья Сталина «Год Великого перелома», в которой 1929 год был объявлен годом «коренного перелома в развитии нашего земледелия»: «Наличие материальной базы для того, чтобы заменить кулацкое производство, послужило основой поворота в нашей политике в деревне… Мы перешли в последнее время от политики ограничения эксплуататорских тенденций кулачества к политике ликвидации кулачества как класса». Эта статья признана большинством историков отправной точкой «сплошной коллективизации». По утверждению Сталина, в 1929 году партии и стране удалось добиться решительного перелома, в частности, в переходе земледелия «от мелкого и отсталого индивидуального хозяйства к крупному и передовому коллективному земледелию, к совместной обработке земли, к машинно-тракторным станциям, к артелям, колхозам, опирающимся на новую технику, наконец, к гигантам-совхозам, вооруженным сотнями тракторов и комбайнов».

Осуществление пришлось на 1930–1933 годы и с продолжением вплоть до конца 1930-х. К 1938 году было коллективизировано 93 % крестьянских хозяйств и 99,1 % посевной площади. Не буду подробно рассказывать о правительственных постановлениях и ходе коллективизации. В наше время читатель легко найдет соответствующую литературу: от сочинений антикоммунистов до учебников по «Истории КПСС».

Как полагает серьезный исследователь О.В. Хлевнюк, курс на форсированную индустриализацию и насильственную коллективизацию «фактически вверг страну в состояние гражданской войны»[217].

Насильственные хлебозаготовки сопровождались массовыми арестами и разорением хозяйств, вели к мятежам, количество которых к концу 1929 года исчислялось уже многими сотнями. Не желая отдавать имущество и скот в колхозы и опасаясь репрессий, которым подверглись зажиточные крестьяне, люди резали скот и сокращали посевы. В январе 1930-го было зарегистрировано 346 массовых выступлений, в которых приняли участие 125 тыс. человек, в феврале — 736 (220 тыс.), за первые две недели марта — 595 (около 230 тыс.), не считая Украины, где волнениями было охвачено 500 населенных пунктов.

В марте 1930 г. в целом в Белоруссии, Центрально-Черноземной области, в Нижнем и Среднем Поволжье, на Северном Кавказе, в Сибири, на Урале, в Ленинградской, Московской, Западной, Иваново-Вознесенской областях, в Крыму и Средней Азии было зарегистрировано 1642 массовых крестьянских выступления, в которых приняли участие не менее 750–800 тыс. человек. На Украине в это время волнениями было охвачено уже более тысячи населенных пунктов.

2 февраля 1930 г. был издан приказ ОГПУ СССР № 44/2[218]. В нем говорилось, что «в целях наиболее организованного проведения ликвидации кулачества как класса и решительного подавления всяких попыток противодействия со стороны кулаков мероприятиям Советской власти по социалистической реконструкции сельского хозяйства — в первую очередь в районах сплошной коллективизации — в самое ближайшее время кулаку, особенно его богатой и активной контрреволюционной части, должен быть нанесен сокрушительный удар».

Приказ предусматривал:

1. Немедленную ликвидацию «контрреволюционного кулацкого актива», особенно «кадров действующих контрреволюционных и повстанческих организаций и группировок» и «наиболее злостных, махровых одиночек» — то есть первая категория, к которой были отнесены:

Кулаки — наиболее «махровые» и активные, противодействующие и срывающие мероприятия партии и власти по социалистической реконструкции хозяйства; кулаки, бегущие из районов постоянного жительства и уходящие в подполье, особенно блокирующиеся с активными белогвардейцами и бандитами.

Кулаки — активные белогвардейцы, повстанцы, бывшие бандиты; бывшие белые офицеры, репатрианты, бывшие активные каратели и др., проявляющие контрреволюционную активность, особенно организованного порядка.

Кулаки — активные члены церковных советов, всякого рода религиозных, сектантских общин и групп, «активно проявляющие себя».

Кулаки — наиболее богатые, ростовщики, спекулянты, разрушающие свои хозяйства, бывшие помещики и крупные земельные собственники.

Семьи арестованных, заключенных в концлагеря или приговоренных к расстрелу, подлежали высылке в отдаленные северные районы СССР (Сибирь, Урал, Северный край, Казахстан), наряду с выселяемыми при массовой кампании кулаками и их семьями, «с учетом наличия в семье трудоспособных и степени социальной опасности этих семейств».

2. Массовое выселение (в первую очередь из районов сплошной коллективизации и пограничной полосы) наиболее богатых кулаков (бывших помещиков, полупомещиков, «местных кулацких авторитетов» и «всего кулацкого кадра, из которых формируется контрреволюционный актив», «кулацкого антисоветского актива», «церковников и сектантов») и их семейств в отдаленные северные районы СССР и конфискация их имущества — вторая категория.

3. Первоочередное проведение кампаний по выселению кулаков и их семейств в следующих районах СССР (с установлением количества семей, подлежащих депортации):