Читать онлайн «Да, скифы мы! «Откуда есть пошла Русская Земля»». Страница 51

Е. С. Галкина в своей уже упоминавшейся книге о Русском каганате соотносит русов с аланами. Одна из частей книги даже названа «Аланская Русь». Но доказательств этой точки зрения, на наш взгляд, явно недостаточно. Исследовательница не рассматривает вопрос о народе «в-н-н-т-р» из письма царя Иосифа, а он-то и оказывается тем «неведомым» племенем, который на протяжении тысячелетий хранил имя «русь». Какая-то часть алан, безусловно, могла входить в состав Русского каганата, но вряд ли их роль в нем была определяющей. Если Ваня, считай, визитка русского человека, то имя Алан у нас не прижилось. И это можно рассматривать как отражение вклада в дело строительства русского дома.

Народ венетов, населявший страну Вантит, известен русским летописцам под именем вятичей (переход корня «вент» в «вят» обоснован филологами). Они составляли основное ядро жителей, проживавших в Русском каганате. Отступление венедов-вятичей на правобережье Дона следует относить к рубежу VIII–IX вв., когда вследствие принятия иудаизма правителями Хазарского каганата резко переменилась проводимая ими политика. Во внешнеполитической области это вылилось в организацию военных походов с целью овладения важнейшими торговыми путями – «греко-варяжским» и «волго-балтийским». Традиционно хазароведы говорят о страшной гражданской войне, разгоревшейся внутри Хазарии в 30-х гг. IX в. Но к тому времени внутренняя оппозиция уже была разгромлена. Иудейским правителям не с кем было воевать внутри своей страны. Сопротивление коренного населения было сломлено, и победа новых хозяев страны законодательно оформилась знаковым событием – принятием новой религии. В 830-х гг. началась война между двумя каганатами, как раз о ней и писал хазарский царь Иосиф. Следует со всей определенностью сказать, что хазарским походам на племена полян, северян и радимичей предшествовала их война с азовскими (или донскими) русами – венетами-вятичами.

Ряд историков утверждают, что уже на первом этапе войны хазары овладели системой укрепленных городищ. Но считать так нет никаких оснований. Как раз наоборот, вятичи отбили эту первую атаку. Следствием этого стало то, что по заказу хазар византийцы вскоре построили на Дону крепость Саркел. Она задумывалась как противовес салтовским белокаменным укреплениям. Следовательно, ни о каком продвижении хазар за Дон в первой половине IX в. не может быть и речи. Другое дело – путь в Поднепровье, он был открыт. И именно в этом направлении, получив от вятичей «по зубам», двинулись хазары. Исследователи полагают, что где-то во второй четверти IX в. хазарам удалось завоевать Киев и принудить полян выплачивать им дань. Но вятичи по-прежнему оставались независимы. В 837–838 гг. салтовцы еще чеканили собственные монеты: это означает, что их торговая и хозяйственная деятельность отнюдь не была парализована военными действиями.

После полян хазары сумели подчинить себе племена северян и радимичей. Русский каганат оказался окруженным буквально со всех сторон. С востока ему угрожали тюрки-кочевники (подданные Хазарии), с юга и запада – хазары, проникшие на славянские территории. Единственными союзниками могли выступать только расположенные севернее угро-финские племена, но они, скорей, были озабочены своими собственными проблемами. Ограниченная реками Дон и Северный Донец территория Русского каганата вполне могла восприниматься арабскими авторами в этот период как «остров русов».

В «Повести временных лет» сказано, что западные соседи вятичей – поляне, радимичи и северяне – платили дань хазарам. В 880-х гг. князь Олег, пришедший с мощной дружиной из Ладоги в Киев, вырвал северян и радимичей из-под хазарской власти. Вполне вероятно, что поляне сделали это раньше и независимо от Олега, а вятичи, хотя и находились ближе всех остальных русских племен к хазарам, и вовсе не платили им дани. Во всяком случае, никаких свидетельств на этот счет нет. Более того, в 911 г. вятичи, сохраняя свою независимость, под началом Олега ходили на Царьград, а в начале X в. в составе азовских русов совершили ряд закавказских походов.

Впоследствии Русь с переменным успехом билась с Хазарским каганатом. Где-то после 913 г. хазары с новой, еще более страшной силой наваливаются на Русь, так что их данниками становятся уже и вятичи. Именно к этому времени относится письмо царя Иосифа своему испанскому соплеменнику. В те времена хазары действительно овладевают системой укрепленных городищ на Дону. Но в середине 960-х гг. князь Святослав совершил поход на хазар, в результате которого их государство навсегда исчезло с политической карты…

Что же касается Руси, то она вновь, как птица-феникс, воскресла из огня пожарищ, но центром ее теперь стало Поднепровье. История Киевской Руси нам известна из учебников, но не будем забывать, что она выступила наследницей Артании.

Есть много общего, сближающего скифов и русских. И те и другие внезапно врываются в мировую историю и создают великие империи практически в одних и тех же границах. О начальном этапе истории и тех и других известны крайне обрывочные сведения, допускающие множество истолкований. Современная академическая традиция, признавая скифов за иранцев, а русских – лишь частью славян, разрывает преемственную связь между двумя великими народами. Это глубоко ошибочная позиция. И скифы, и русские – евразийские народы. Первые, помимо иранских корней, хранили также лувийские, фракийские и хеттские традиции, а вторые несли в себе глубинные индоиранские истоки. Последнее, в частности, подтверждают и антропологические исследования, выявившие, что «большая часть населения, проживавшая в южнорусских степях в середине I тыс. до н. э., является физическими предками восточнославянских племен эпохи Средневековья» (В. Алексеев. Палеоантропология и история//Вестник истории, 1985. № 1. С. 35–39).

И скифы, и русы (росы, русские) с самого начала своего существования выступали как объединяющее «ядро» для соседних народов, как притягивающий их центр. Вследствие этого и их родовое имя зачастую «терялось» в списке союзных им племен. Три сына Таргитая стоят во главе четырех племен, но ни одно из них не соотносится с этнонимом «скифы». Любопытно, не правда ли? Примерно так же, как во времена Советского Союза были республиканские компартии, академии, министерства, но не было чисто российских ведомств. Всемирная отзывчивость, умение раствориться для пользы отечества в общем деле – разве это не наша родовая черта? И разве не от скифов унаследовали мы ее?

«Повесть временных лет» говорит о легендарных братьях Кие, Щеке, Хориве и сестре их Лыбеди, «заложивших» первый камень в основание Киева. Их мы вправе рассматривать как прародителей Киевской Руси. Некоторые толкователи этого текстового фрагмента, не мудрствуя особо, соотносят Кия с основателем Киева, Щека с вождем чехов, а Хорива с князем хорватов. Названия славянских племен действительно созвучны именам двух братьев, но этого явно недостаточно. Да и дико, будем говорить прямо, зачислять в отцы-основатели представителей народов, проживавших за тридевять земель и имевших по сравнению с русами ничтожный политический вес. Смысл имен братьев, очевидно, иной, и он отражает глубинную историю тех народов, которые составили ядро Киевской Руси.

Ки (Кий) – имя общеиндроевропейского бога плодородия. К слову сказать, именно его поминает всякий, произнося наше самое распространенное матерное ругательство. В составных словах индоевропейских языков слог «ки» имеет значение «великий». Поэтому топоним «Киев» означает «Великая Явь», «Великое Сущее». Русское слово «явь» породило и имя прародительницы человечества Евы, и имя христианского Бога-отца – Яхве. Поэтому Киев – это сакральное (божественное) место мира, новый град-Китеж. Позже аналогичную роль священного центра Московского Царства будет играть Китай-город. Имена Кий и Киев, таким образом, указывают на родство и преемственность русских по отношению к древнейшим обитателям Русской равнины – протохеттам и скифам.

Щек – это Скей, Скиф. Какой бы смысл его истолкователь ни вкладывал в это слово, оно из «куста» скифских этнонимов. Создатель легенды об основании Киева мыслил масштабно, он хотел донести до потомков то, что поселение создавал очень древний народ. Скифы выделились из семьи индоевропейских народов, но и они в какой-то момент ушли со сцены, уступив место более юным племенам. Их-то и олицетворяет третий брат Хорив, имя которого хранит чисто русскую закваску в виде корня «гор». Хорив – это тот же Свято-Гор, не случайно каждому из братьев в Киеве была посвящена своя гора. Подобно трем знаменитым египетским пирамидам, они символизировали глубокую древность проживавшего на киевских холмах народа и единство трех этапов его исторического развития – индоевропейского, скифского и русского.

«Лыбедь» в списке прародителей города – тоже явление не случайное. Белая лебедь – образ Великой Богини, создательницы и хранительницы мира. Скифы, как мы установили (смотри главу 4), называли ее Светой и считали, надо полагать, светлой, русоволосой девушкой. Девицы-лебедицы присутствуют в наших сказках, и, создав образ Царевны-лебеди, А. С. Пушкин особо выделил их роль в русской мифологической традиции. Этот образ опять-таки восходит к тем древнейшим временам, когда на Русской равнине обожествляли и почитали русалок. Так же, как и имена трех братьев, Лыбедь указывает на связь средневековых киевлян с древнейшими обитателями Русской равнины.