Читать онлайн «Шумеры. Забытый мир». Страница 85

Буря, которая засыпает людей,

[Они], словно вихрь, повергли странника,

Утопили его в желчи.

Это человек отходит «на другую сторону своей жизни».

Асаллухи увидел это, вошел в дом отца своего Энки

и обратился к нему: «О мой отец, злой Удуг, который пустынные дороги

делает труднопроходимыми, Который тайно ходит…»

Сказал это [богу Энки] и снова [заговорил]:

«Что мне делать в таком случае, не ведаю.

Чем помочь [больному]?» Энки ответил сыну своему Асаллухи:

«Сын мой, чего ты не знаешь? Что я мог бы тебе еще сказать?

Асаллухи, чего ты не знаешь? Что я мог бы тебе еще сказать?

То, что знаю я, знаешь и ты. Иди, сын мой Асаллухи! Водой наполни кувшин,

Брось в него тамариск и… веточку к нему,

Окропи этой водой человека,

Поставь около него сосуд с фимиамом и факел!

И тогда «демон судьбы», пребывающий в теле

этого человека, удалится. «Твердая бронза»,

витязь [бога] Ана Своей устрашающей мощью истребит всякое зло.

Приложи это туда, где…станет твоим помощником.

«Твердая бронза», витязь [бога] Ана

Придаст тебе мощи и устрашающего блеска.

Злой Удуг, злой Ала должен уйти,

Злой дух смерти, злой демон должен уйти,

Злой бог, злой страж должен уйти,

«Злое дыхание», «злая слюна» должны уйти,

Димме, Диммеа, обескровливающие человека, должны уйти.

Болезнь сердца, болезнь… страдание, головная боль,

Буря, которая засыпает человека, должны уйти!

Все великие боги заклинают тебя: уйди прочь!»

Это заклинание, в котором содержится призыв ко «всем великим богам», использовалось в тех случаях, когда болезнь казалась особенно тяжелой и непонятной и обращения к какому-либо одному божеству было недостаточно. Фигурирующий в заклинании бог Асаллухи, сын бога Энки, покровитель магических сил, в соответствии со своими божественными функциями знал – о чем свидетельствует текст, – как следует вести себя во время изгнания демонов. Он мог бы сам произнести соответствующие формулы, однако он обращается за помощью к своему отцу. Так же в предыдущем заклинании поступает Мардук (заметим, кстати, что в вавилонской религии имя бога магии Асаллуха превратилось в эпитет Мардука). Как полагают исследователи, в этом обращении к одному богу, богу-отцу, как к «вышестоящей инстанции» сказались те изменения в формулах заклина ний, которые произошли за годы, отделяющие государство Шумер от вавилонской эпохи. Ведь эти тексты, несомненно восходящие к шумерским прототипам, тем не менее созданы вавилонянами, доведшими искусство магических заклинаний до высшего совершенства и создавшими на основе древнейших суеверий целую систему представлений. В пользу такого предположения говорит оригинальное шумерское заклинание, записанное в эпоху третьей династии Ура, т. е. на несколько столетий раньше чем только что приведенные вавилонские заклинания. В шумерских заклинаниях бог магии довольствуется обращением к своему отцу Энки, к которому он направляет посланника. Вмешательства одного бога должно быть достаточно. Вот какими словами шумерские жрецы изгоняли злого демона по имени Самана:

Самана, имеющий пасть льва,

имеющий зуб дракона, имеющий когти орла,

имеющий хвост скорпиона, дикий лев Энлиля,

лев Энки, перегрызающий горло,

лев Нинсинны, имеющий кровожадную пасть,

лев богов, разевающий пасть:

из-за того что он у реки ответ на вопрос о приговорах богов] отнял,

из-за того что он у грудного младенца пищу отнял,

из-за того что он созревающей девушке в месячном кровотечении помешал,

из-за того что он юноше в его мужском созревании помешал,

из-за того что он жрице любви в ее занятии помешал,

из-за того что он проститутке в ее занятии помешал, Асаллухи

посла к отцу своему, Энки, направил:

«О мой отец, из-за того что Самана, имеющий пасть льва,

имеющий зуб дракона, имеющий когти орла,

имеющий хвост скорпиона,

дикий лев Энлиля,

лев Энки, перегрызающий горло,

лев Нинсинны, имеющий кровожадную пасть,

лев богов, разевающий пасть,

у реки ответ на вопрос [о приговорах богов] отнял, у грудного младенца пищу отнял,

созревающей девушке в месячном кровотечении помешал,

юноше в его мужском созревании помешал,

жрице любви в ее занятии помешал,

проститутке в ее занятии помешал,

должен он, Самана, быть очищен, подобно каналу,

подобно рву, он должен быть вычищен,

должен он, подобно [быстро угасающему] костру

из тростника, сам по себе угаснуть, подобно разрезанному зерну, никогда не срастись».

За помощь жреца-заклинателя, использовавшего при лечении не только заклинания, но и лекарства (в первом из приведенных текстов содержится бесспорный намек на то, что одновременно с заклинаниями целитель прописывал лекарства), за вмешательство светского врача, пытавшегося спасти больного без привлечения богов и без изгнания демонов (а может быть, применявшего и эти средство), приходилось платить немало. В благодарность за помощь больные должны были приносить в храм жертвенные дары, а также платить за визиты лекарей. Стоило это недешево, что нашло отражение в шумерских пословицах и изречениях.

Демоны, как мы в этом уже убедились, не ограничивались одним лишь разрушением здоровья людей. По их вине путешественники сбивались с пути в пустыне, бури разрушали дома, смерчи истребляли посевы. Демоны были созданы для того, чтобы приносить несчастья, создавать трудности, мучить людей, усложнять им жизнь.

Дадим немного воли фантазии, попробуем мыслить категориями, соответствующими тем представлениям об окружающем мире, какие были у шумеров.

Глухо воет ветер. Это Кингалудда, бог злых ветров, вырвался из своего небесного дома и носится над землей, отгоняя сон от усталых путников, покинувших свой родной город, чтобы отправиться в дальний путь, в чужие края, где люди, говорящие на других языках, верящие в других богов, с нетерпением ждут их товаров. Караван купцов, которому мешает идти резкий, порывистый ветер, останавливается у подножия песчаного холма. Быстро темнеет. Облаком поднимается пыль, все быстрее кружатся песчаные вихри, песок сечет лицо, тысячами игл впивается в тело под легкой одеждой. Все выше вздымаются песчаные столбы, носятся из конца в конец по пустыне, дробятся, расплываются во тьме, делаются похожими на огромные многоголовые фигуры с тысячью рук и ног. Вслед за богом Кингалуддой слетелись и другие жестокие, кровожадные демоны. Это из-за них начали хромать и едва передвигают ноги вьючные ослы. И теперь караван, отданный во власть злым духам, вместо того чтобы дойти до поселения и заночевать на постоялом дворе, вынужден проводить ночь здесь, в этом темном, обдуваемом ветрами пустынном месте. Это они, злые духи – Удуг, Галла и десятки и сотни других демонов – помешали уставшим от долгого пути людям отдохнуть под крышей, смыть пыль с ног и пот с лица, поесть и выпить доброго пива, которое всегда найдется в корчме, рассказать о том, что они видели, и послушать других людей. Это они не позволили жрицам любви, ожидающим путников в корчме, утешить усталых мужчин – во славу богов и на радость людям. Всего этого лишили их злые силы.

А ветер воет и доносит из тьмы голоса пустыни: шуршание сыпучих песков и смех шакала, плач гиены и рыкание льва… Есть в караване люди отважные и решительные, охотники, закалившиеся в стычках с дикими зверями. Они вооружены. Но не демоны ли это, притаившиеся во тьме, обманывают людей, подражая голосам животных? К счастью, здесь есть жрец, посвятивший многие годы изучению тайных заклинаний. Сейчас он произнесет спасительные слова:

Злой Удуг, безбожно скитающийся над землей,

Злой Удуг, рождающий хаос над всей землей,

Злой Удуг, не внемлющий мольбам,

Злой Удуг, пронзающий малых мира сего, словно рыб в реке,

Злой Удуг, повергающий великих, [складывая их] в груды,

Злой Удуг, поражающий старого мужчину и женщину,