Читать онлайн «История Румынии». Страница 157

Для РРП и Дежа наступал новый этап преобразований, на протяжении которого румынский лидер действовал в строгом соответствии со своей основной целью – сохранение абсолютной власти путем ограничения советского влияния. Наряду с советскими интеграционными планами, которые являлись свидетельством поверхностного понимания механизмов, необходимых для образования общего рынка, социалистический лагерь должен был выдерживать нападки со стороны Мао Цзэдуна. Продолжая сталинский курс, Мао открыто выступил против предложенной Хрущевым политики десталинизации, обвинив его в ревизиониз- /637/ мe и отказе от соблюдения революционных принципов в отношениях с США. Обвинения Мао оказались несостоятельными. Попытки советского руководства превратить Кубу в плацдарм для ядерных ракет и Карибский кризис в октябре 1962 г. свидетельствовали о том, что советская внешняя политика продолжала оставаться весьма активной. В данной ситуации Румыния отказала в поддержке Советскому Союзу. Четвертого ноября 1963 г. в беседе с государственным секретарем Д. Раском румынский министр иностранных дел К. Мэнеску заверил американского представителя, что Румыния сохранит нейтралитет в случае возникновения ядерного конфликта между СССР и США.

В результате возникших трудностей внутреннего порядка, а также по настоянию Венгрии, ГДР и Чехословакии советское правительство возобновило предложения об экономической специализации. Румынская делегация во главе с А. Бырлэдяну решительно отвергла советские предложения, заявив, что Румыния продолжит процесс индустриализации, сохранив сотрудничество с социалистическими странами и свое членство в СЭВ. После возвращения в Бухарест Деж провел 26–27 февраля 1963 г. заседание Политбюро ЦК РРП, на котором заручился поддержкой всего руководства партии по вопросу об отклонении советских предложений. Политбюро был созван Пленум ЦК, на котором румынская официальная точка зрения была доведена до сведения местных партийных руководителей Румынии.

Оставаясь в стороне от конфликта между Москвой и Пекином, Деж воспользовался им для дальнейшего отдаления от Советского Союза и подготовки к возможным ответным мерам. Еще на III съезде РРП в 1960 г. Деж вполне ясно дал понять советскому руководству, что он намерен занять нейтральную позицию под лозунгом «равенства всех социалистических стран». Румыны попытались предложить посреднические услуги, однако во время визита в Пекин в 1964 г. И. Г. Маурер встретил весьма холодный прием со стороны Мао Цзэдуна. Инициатива Дежа становилась опасной, вызывая все большее раздражение советского руководства. В ответ на заявление Мао об аннексии Советским Союзом Бессарабии советские лидеры выразили готовность провести в Бессарабии плебисцит одновременно с подобным плебисцитом в Трансильвании.

Вскоре после последовавшего высказывания Хрущева по поводу плебисцитов, была возобновлена попытка проверки позиции /638/ румынской стороны. В феврале 1964 г. на страницах одного из советских научных периодических изданий появился материал за подписью ученого-экономиста, а вовсе не политического лидера, в котором излагался план образования «Дунайского региона», который бы включал часть территории СССР, Болгарии и Румынии. Согласно плану Румыния должна была внести основную лепту (42 % территории и 48 % населения) в создание этого экономического региона. Учитывая традиционное сопротивление румын любым попыткам ущемления их суверенитета, план, по всей вероятности, был изложен его истинными авторами под видом размышлений ученого и в зависимости от обстоятельств мог быть либо поддержан, либо оставлен без внимания советскими официальными властями. В румынской прессе данный материал был расценен как покушение на суверенитет страны, а впоследствии он был раскритикован и в СССР. РРП и Деж усвоили правила игры. Румыния могла сохранять неизменным свое положение в сфере советского влияния до тех пор, пока ее внутренняя политика не давала повода для обсуждений. Деж отдавал себе отчет в том, что, как только советские военные рычаги давления будут заменены на экономические, его будущее может стать неопределенным.

Дискуссии по вопросам экономической политики между Румынией и частью социалистических стран продолжались на всем протяжении 1964 г. Наибольшей напряженности они достигли между представителями Чехословакии, Болгарии и Польши, с одной стороны, и Румынии – с другой, на заседании Исполнительного Комитета СЭВ (21–24 апреля 1964 г.), где советская делегация ограничилась посреднической ролью. Консультации в целях выработки единой политики в области развития промышленности чуть было не переросли в дипломатический конфликт, когда заместитель премьер-министра Польши Ярошевич обвинил Румынию в постоянном нарушении обязательств.{264}

Помимо соображений внутреннего характера, румынская сторона имела и другие серьезные причины для отклонения предложений остальных членов СЭВ об экономической специализации. Сокращение советской продовольственной помощи Польше и ГДР при незначительном развитии их сельского хозяйства вынуждало представителей этих стран добиваться поддержки СССР в навязывании румынской экономике ориентации на сельскохозяйственный сектор и превращении Румынии в поставщика продовольственных товаров для стран с развитой промышленностью. /639/ К тому же, в случае отказа от индустриализации Румыния становилась удобным рынком для сбыта промышленных товаров Чехословакии и ГДР. Озабоченность Польши и ГДР объяснялась и тем, что большинство социалистических стран, в том числе и Румыния, стали закупать более передовые западные технологии при меньших затратах. В период 1959–1961 гг. объем импортируемых Румынией товаров из ФРГ вырос в три раза, так же как и румынский экспорт в Италию, Францию и Швейцарию. После многолетних усилий Румыния в 1961 г. добилась самого высокого роста валового продукта во всей Восточной Европе.

Румынские планы начали давать первые результаты. Основанный на собственных ресурсах процесс индустриализации обеспечил снижение зависимости Румынии от высокоразвитых стран и способствовал повышению уровня жизни населения.

Оказавшись вынужденным отвечать на вопрос, чью сторону предпочитает занять Румыния в связи с советско-китайском конфликтом, Деж, опираясь на подчиненную ему партию, решился пойти на открытое проведение курса отдаления от Советского Союза. Результатом стало «Заявление о позиции РРП по вопросам международного коммунистического и рабочего движения», опубликованное в газете «Скынтейя» от 23 апреля 1964 г. Написанное в духе открытой поддержки принципа невмешательства во внутренние дела всех социалистических стран апрельское заявление можно расценивать как объявление Румынией своего военного нейтралитета в советско-китайском конфликте. Касаясь Китая, документ все же больше внимания уделил Румынии. Признавая за КПК право проводить в Китае сталинскую политику, румынские лидеры имели целью заручиться поддержкой со стороны Пекина.

При подготовке текста заявления румынское коммунистическое руководство не упустило возможности подвергнуть критике предложенный организацией СЭВ план экономической и административной реорганизации Румынии, подтвердив твердую решимость РРП сохранить право руководства национальной экономикой за собственным правительством.

Запад среагировал на это положительно. США, для которых торговля всегда являлась показателем уровня развития политических отношений, приняли румынскую экономическую миссию во главе с А. Бырлэдяну. В результате состоявшихся переговоров, они согласились передать важные для Румынии технологии. В июле 1964 г. румынский министр иностранных дел И. Г. Маурер посетил /640/ Париж, где встретился с генералом Шарлем де Голлем, который выступал за создание единой Европы от Атлантики до Урала.

Вступив в открытый спор с советским руководством, Деж решился на некоторые уступки народу. Были уменьшены масштабы репрессивных кампаний. Если в 1960 г. число политзаключенных составляло 17 613 человек, то в декабре 1962 г. их количество снизилось до 13 017 человек, в основном за счет бывших членов «Железной гвардии», освобожденных из тюрем. Годом позже было объявлено о частичной амнистии, а в 1964 г. большая часть политзаключенных была выпущена на свободу. В отличие от других социалистических стран, в Румынии освобождение политзаключенных не сопровождалось широким общественным обсуждением той роли, которую сыграли репрессивные органы в предыдущий период. Министр внутренних дел А. Дрэгич остался на своем посту, а служба безопасности и милиция были ограждены от критики.

Вступив в конфликт с советским руководством, имея целью укрепление своей власти как Генерального секретаря РРП, Деж шел на его углубление по мере того, как собственная власть руководителя партии становилась все сильнее, а противоречия между лидерами стран перешли в плоскость разногласий между двумя государствами. В 1965 г. были ликвидированы многие румыно-советские учреждения пропагандистского характера, отменено обязательное преподавание русского языка в школах и восстановлены румынские названия ряда улиц и зданий. Для защиты румынских интересов было даже использовано имя Маркса. В Бухаресте была издана книга «Карл Маркс о румынах» – сборник неопубликованных текстов, в которых содержалась острая критика проводимой Российской империей политики в отношении Румынских княжеств.