Читать онлайн «Краткий очерк истории и описание Нижнего Новгорода». Страница 133

637

Полное собрание русских летописей, IV—350; VI—104; VIII—53.

Хмыров, № 328.

Храмцовский в выше цитированном труде его.

Если, по некоторым соображениям, следующий за Андреем сын Константина Димитрий родился в 1331 году, то Андрей Константинович должен был родиться по крайней мере годом раньше. См. П. Н. Петрова «История родов русского дворянства» (таблица князей суздальско-нижегородских), и М. Д. Хмырова, № 72. См. прим. 643.

Полное собрание русских летописей, IV—63; V—228; VIII—10; Никоновская летопись, III—205.

Никоновская летопись, III—207.

Полное собрание русских летописей, V—228 (Софийская первая, по рукописи Царского): «Съезд бысть в Переславли в. кн. Ивану Ивановичю с кн. Андреем Костянтиновичем; и дары многи и честь велику сотвори брату своему молодшему, и отпусти его с миром».

Впрочем о Димитрии-Ногте мы еще будем говорить.

Никоновская летопись, III, 212–213.

Полное собрание русских летописей, VIII—11; Никоновская летопись, III—216; Архангелогородская летопись под 1360 годом, где начальник ушкуйников назван Анфимом Никитичем. По Никоновской летописи (стр. 212) в предшествовавшем году Андрей Константинович поставил в Нижнем церковь во имя архистратига Михаила.

Там же, IV—64; V—229; VIII—11; Никоновская летопись, III— 212, 217–218; «Временник» Строева, I—339.

Никоновская летопись, III—212, 214–215.

Никоновская летопись, IV, 4–6. Под тем же годом здесь помещен рассказ о бывшем в Нижнем Новгороде чуде: в послеобеденное время владыка суздальский Алексий благословил князя Андрея Константиновича крестом, из которого, к общему удивлению присутствовавших, потекло миро.

Никоновская летопись, IV—6. М. Д. Хмыров (№ 328) говорит, что в 1363 году Андрей Константинович ссорился с Константином Васильевичем, князем ростовским. Это не Андрей Константинович, а Андрей Федорович, племянник Константина Ростовского и сам князь ростовский, владетель Сретенской стороны Ростова.

Полное собрание русских летописей, I—231; IV—65; V—230; VIII— 13; Никоновская летопись, IV, 7–8.

Известия о супруге Андрея Константиновича чрезвычайно перепутаны: одни называют ее Анастасией, в иночестве Вассой, другие — Василисой, в иночестве Феодорой. Годы рождения, замужества, вдовства также чрезвычайно перепутаны. Сведения о ней получаются из ее жития, Степенной книги (1—486), Никоновской летописи (IV—18, 78–79) и карамзинской Троицкой летописи (Карамзин, V, прим. 4). В Никоновской летописи о супруге Андрея сказано, под 1367 годом:

«Того же лета в нижнем Новегороде пострижесь великая княгиня Андреева Костянтиновича Настасья во святыи ангельский иноческии чин».

Но в той же летописи, под 1378 годом, жена Андрея называется иначе: «Того же лета преставися княгини Василиса князя Андрея Константиновича нижнего Новагорода в иноческом чину, имя ей иноческое Феодора, и положена бысть в монастыре святаго зачатия, его же сама создала». Далее в той же летописи говорится, что она родом тверянка, отец ее — Иван Киасовский, а мать — Анна. Василиса по той же летописи родилась в 1331 году в царствование византийского императора Андроника, при великом князе Иване Данииловиче, и выдана в замужество за Андрея Константиновича двенадцатилетней девочкой. После тринадцатилетнего супружества Андрей Константинович скончался, а Василиса приняла ангельский чин. По карамзинской Троицкой летописи она вышла за Андрея также двенадцати лет, во вдовстве была четыре года, постриглась лет сорока, в черницах была восемь лет. Степенная книга против Никоновской летописи добавляет, что Василиса хотела идти в монастырь, но родители ее не согласились на то и двенадцатилетнею девочкой выдали за князя Андрея Константиновича и прочее.

Господин Шилов в «Родословных таблицах», составленных им, как и его же «Указатель» к «Истории России» С. М. Соловьева (Степенная книга от Рюрика, 17, № 74), дает Андрею сына Ивана, умершего в 1357 году. Но в летописях мы не находим ни одного Ивана, который бы умер в 1357 году. В летописях (Полное собрание русских летописей, IV— 63; V—228; VIII—10; Никоновской летописи, III—211) под 6866 (1358 годом, а по Никоновской летописи, 6866–1357, по мнению издателей) сказано, что умер князь Иван Андреевич. Но здесь разумеется князь Иван Андреевич Боровский.

Прямых указаний на год рождения Димитрия Константиновича старшего нет в летописях. Но в Воскресенской летописи (Полное собрание русских летописей, VIII—49) и в Никоновской (IV—142) сказано, что он «бысть на великом княжении два лета, а в своей отчине на великом княжении 19 лет, а жив всех лет 61». Итог из сопоставления цифровых данных очевиден. Но всего вероятнее годом рождения Димитрия Константиновича нужно считать 6832 год, так как по другим летописям (Полное собрание русских летописей, IV—91; V—239) он умер в 6892, да и по самой Воскресенской летописи выйдет то же, если мы будем считать девятнадцатилетнее сиденье Димитрия на великом княжении Нижегородском с года смерти старшего брата его, т. е. с 1365 года. Мальгин, в своем «Зерцале» (стр. 336), говорит, что Димитрий родился в Твери в 1332 году (1323?); М. Д. Хмыров (№ 72) говорит, что он родился, по некоторым сказаниям, в Твери в 1321 году. Что касается Мальгина, то надобно заметить, он смешивает Димитриева отца с Константином Васильевичем Ростовским, почему и называет Димитрия Константиновича Суздальского внуком Ивана Калиты; относительно же «некоторых сказаний» Хмырова сказать что-нибудь определенное трудно, так как он под «некоторыми сказаниями» часто разумеет того же пресловутого Мальгина.

Никоновская летопись, III, 214–215; то же в Троицкой летописи (см. Карамзин, IV, прим. 392). По другим летописям (см. следующие примечания) Димитрий Константинович получил великое княжение от Хидыря. В Троицкой летописи под 1360 годом читаем: «Тое же весны выйде из орды на великое княжение Дмитрий Костянтинович и въехав в Володимерь за неделю до Петрова дни. Тое же весны приде на царство Вольжское некий царь с Востока (в других — „Заяицкий“) именем Хидырь, и бысть лесть во князех ординских, и убиен бысть царь Наврус от Хидыря».

Полное собрание русских летописей, I—230; III, 87; IV—63; V— 228; VIII—11; XV—428; Никоновская летопись, III, 214–215.

Полное собрание русских летописей, III—87; IV—63; V, 228–229; VIII—11; Никоновская летопись, III—215.

Полное собрание русских летописей, III—87; IV—63; Никоновская летопись, III—215.

См. биографию Димитриева брата Андрея.

Полное собрание русских летописей, IV—65; V—230; VII—220; VIII, 13–14; продолжение Несторовской летописи, 103; Татищев, IV— 203. В Никоновской летописи (IV—8) и следовательно, как и в Нижегородском летописце, эти события и относительно хронологии, и относительно других обстоятельств представляют разницу, хотя, впрочем, незначительную. Нижегородские старожилы знают пословицу: «Дмитрий да Борис за город подрались», которую некоторые относят к спору братьев за великое княжение Нижегородское («Нижегородские губернские ведомости», 1847, № 6).

На обратном пути из Нижнего в Москву Сергий поставил пустынь близ Гороховца, на берегу реки Клязьмы, во владениях князей шуйских. В первом томе «Актов исторических» есть грамота царя Федора Ивановича от 1 августа 1591 года, в которой, между прочим, говорится: «В Гороховском уезде пустынька Сергия чудотворца, а был в ней храм Живоначальная Троица да Христов мученик Георгий, а поставил деи ту пустыньку и храм сам чудотворец Сергий в те норы, как его посылал в Нижний Новгород прадед наш великий государь, князь великий Димитрий Иванович ко князю Борису Константиновичу».

Полное собрание русских летописей, IV—65; V—230; VIII—14; Никоновская летопись, IV—18.

Нижегородский летописец; Храмцовский, «Краткий очерк истории Нижнего Новгорода».

Полное собрание русских летописей, IV—65; V—230; VIII—14; Никоновская летопись, IV—12. К этому известию в Никоновской летописи есть добавление: «Тако же и Новгородцких (т. е. избили гостей или вообще жителей) и жены, и дети их избиша и товар их безчисленно пограбиша, и суды их вся изсекоша»; любопытен перечень этих судов для сравнения их с настоящими: «и паузски и кербасы и лодьи и учаны и мишаны и бафьты и струги, и все огню предаша, а сами отидоша в Каму».