Читать онлайн «Партизанство». Страница 70

Были проведены предварительные мероприятия по материальному обеспечению операции. Так, в полосе 1-го Прибалтийского фронта партизанским бригадам было заброшено 81 тонна боевых грузов, в т.ч. 17 тонн взрывчатки, что позволило партизанам мощным одновременным ударом вывести из строя и уничтожить 15 632 рельса. Уже в ходе наступления дополнительно было перебито 9779 рельсов, взорвано 8 железнодорожных мостов, 3500 шпал, 137 телеграфных столбов, пущено под откос 15 эшелонов с живой силой и техникой врага. В итоге часть железнодорожных коммуникаций была полностью выведена из строя, пропускная способность остальных была сокращена в 3 раза. Партизаны выполнили свою задачу – сорвали перевозки войск, техники и грузов железнодорожным транспортом, не допустили переброску его резервов. В то же время в ходе взаимодействия с наступающими войсками было уничтожено 72 автомашины, 10 танков, 5 бронемашин, разрушено 37 мостов.

Аналогичная картина складывалась в полосе действий других фронтов. Партизаны полностью вывели из строя железнодорожные линии Орша – Могилев, Орша – Борисов, парализовали перевозки противника на участке Полоцк – Молодечно, Крулевшизна – Воропаево – Вильнюс, Минск – Барановичи, Осиповичи – Барановичи, Пинск – Брест и др.

Начальник транспортного управления немецкой группы армий «Центр» впоследствии писал, что молниеносно проведенная в ту ночь крупная операция партизанских отрядов вызвала полную остановку железнодорожного движения на всех важных коммуникациях, ведущих к районам прорыва.

Зарубежные историки отмечали, что еще до того, как Красная Армия начала наступление в Белоруссии, боеспособность немцев на фронте была значительно ослаблена действиями партизан в тылу. В ночь на 20 июня партизаны совершили более 10 тысяч рейдов, перерезав все линии связи и снабжения немецкой армии, парализовав тем самым деятельность немецкого командования в самый ответственный момент.

Чтобы обеспечить бесперебойную работу агентурной партизанской разведки в период непосредственной подготовки операции «Багратион», в расположение партизан Белоруссии было переброшено 196 радистов, а непосредственно в западные области Белоруссии – 11 организаторских групп. Накануне операции партизаны сообщили командованию Красной Армии о расположении 33 немецких штабов, 30 аэродромов, 70 крупных складов, составе 900 вражеских гарнизонов и около 240 частей, направлении движения и характере перевозимых грузов 1642 эшелонов противника.

В ходе общего наступления, начатого 23 июня 1944 г., партизаны продолжали выполнять поставленные ранее задачи, одновременно отвлекая на себя значительные силы немецко-фашистских войск. Только партизаны Бегомльско-Борисовской зоны в полосе 3-го Белорусского фронта в ходе первого этапа операции «Багратион» отвлекли на себя и продержали долгое время более чем 80-тысячную фашистскую группировку, оказав помощь войскам фронта при прорыве.

На втором этапе операции характерны тактические действия партизан по захвату и удержанию населенных пунктов, находившихся в глубине обороны противника, где он рассчитывал задержать свои войска. Войска противника дробились на мелкие группы и не могли оказать сопротивления на промежуточных рубежах.

Победоносное завершение Белорусской операции привело к полному разгрому группы армий «Центр», что явилось не меньшей катастрофой для немцев, чем битва на Волге. Г.К.Жуков впоследствии писал: «Разгром немецкой группы армий «Центр» проходил в тесном взаимодействии с белорусскими партизанами. В ходе подготовки и ведения наступления наших войск белорусские партизаны провели ряд операций на железных и шоссейных дорогах, разрушая мосты и важные железнодорожные сооружения. Они пустили под откос около 150 эшелонов с войсками и боевой техникой противника. Активные действия партизан на тыловых путях немецко-фашистских войск парализовали деятельность снабжающих органов и перевозки, что еще больше подорвало моральное состояние немецких солдат и офицеров».

Бывший фашистский генерал Л.Рендулич вынужден был признать, что «история войн не знала ни одного примера, когда партизанское движение играло бы такую большую роль, какую оно сыграло в сражениях за Белоруссию в последней мировой войне. Взаимодействие партизан с частями Красной Армии представляет собой нечто совершенно новое в военном искусстве».

Характерной чертой организации взаимодействия партизанских формирований с армейскими частями являлось то, что кроме частных планов действий партизан в полосе каждого фронта БШПД был разработан и согласован с командующими фронтами общий план в интересах всей стратегической операции. Опыт белорусских партизан убедительно показал, что сохранить превосходство над противником или создать выгодное соотношение сил и средств можно не только разгромом наступающих частей врага, но и изоляцией их от тыла, сокращением притока свежих резервов, т.е. борьбой на коммуникациях.

Оснащение партизан минно-подрывной техникой и радиотехническими средствами позволяло военному командованию эффективно использовать их по своим планам. Особое значение приобретала партизанская разведка в период подготовки и ведения наступательных операций на том или ином ТВД.

Опыт Белорусской операции показал, что для успешных согласованных действий регулярных войск и партизанских формирований организации связи между командованием армий и оперативных групп БШПД недостаточно. Связь взаимодействия должна быть организована более тесно между партизанами и соединениями войск первого эшелона и штабом армии, между партизанами и соединениями армии второго эшелона при вводе последних в сражение, что позволяет направлять усилия партизан на решение боевых задач. А это – нарушение путей сообщения в целях затруднения перегруппировки и снабжения войск противника; захват и удержание переправ до подхода передовых частей наступающих войск фронта; получение разведданных об оборонительных укреплениях на промежуточных рубежах и отдельных опорных пунктах в полосе наступления войск фронта; блокирование ряда опорных пунктов и городов, занимаемых отступающими частями врага, овладение ими совместно со своими войсками; дезорганизация тыла и связи; помощь в ликвидации разрозненных очагов и групп сопротивления, решении ряда частных тактических и общих задач наступательных операций.

В целом партизанское движение и партизанская борьба играли важную роль в общих стратегических планах и расчетах Верховного Главнокомандования и принимались во внимание при разработке крупных наступательных операций, проводившихся на советской территории.

Нельзя не отметить, что на выработку организационной структуры партизанского движения и приведение ее в соответствие с характером войны и потребностями фронтов, как отмечают исследователи, ушло почти 2 года.

Накануне Великой Отечественной войны наша страна оказалась слабо подготовленной к ведению партизанской борьбы, несмотря на накопленный громадный теоретический и практический опыт. Руководству страны пришлось организовывать борьбу советских людей в тылу врага уже в ходе развернувшихся боевых действий ценой огромных усилий и материальных затрат.

Сказалась недооценка нашей военной теорией в предвоенные годы роли партизанской борьбы, отсутствие в результате репрессий партизанских кадров, способных организовать и успешно вести партизанские действия, что отрицательно повлияло на их результативность в первые месяцы войны. Последовало поспешное создание многочисленных партизанских формирований, когда патриоты горели желанием громить немецко-фашистских захватчиков, но не располагали для этого ни опытом, ни реальными возможностями. Большинство таких формирований не имело радиосвязи с «Большой землей», плохо снабжались оружием, минно-подрывной техникой, материальными средствами из тыла страны. В тактике партизан главенствовали приемы времен Гражданской войны, в то время как новые условия требовали новых способов боевых действий.

Серьезный ущерб партизанской борьбе наносило отсутствие системы оперативно-стратегического руководства партизанскими силами, ошибки и некомпетентность руководства в определении тактики, материально-техническом снабжении.

В частности, недооценка партизанского движения как одного из средств борьбы с противником явилась следствием военной доктрины, заключающейся в том, что «если империалисты развяжут против Советского Союза войну, то она будет проходить только на вражеской территории».

Другой причиной недооценки партизанского движения была распространенная в руководящих кругах точка зрения, что в условиях войны больших армий, с массовым применением танков и авиации, партизанские действия не смогут стать фактором, сколько-нибудь влияющим на ход войны.

Доктрина игнорировала создание партизанских формирований, чтобы в случае вражеского нападения развернуть в тылу агрессора организованную партизанскую борьбу в виде крупных операций партизанских сил с целью отрезать вражеские войска на фронте от источников их снабжения.