Читать онлайн «Партизанство». Страница 63

Между тем, по самым скромным нормам, в 1943 – 1944 гг. при средней численности белорусских партизан в 140 тысяч человек им требовалось в месяц минимально 4 тысячи тонн продовольствия. Это исходя из тылового пайка, а по фронтовым нормам – 7 тысяч тонн.

Снабжало население партизан одеждой и обувью. К сожалению, нет обобщающих данных об этом, как и о снабжении продовольствием. Приведем лишь отдельные примеры. Так, только осенью 1942 г. в связи с 25-й годовщиной Октября жители окрестных деревень передали партизанам 1-й Дриссенской бригады 306 пар шерстяных перчаток, 164 пары теплых носков, холст, теплые рубашки, полотенца и другие вещи. Бригаде Донукалова колхозники вручили подарки, в том числе шубы и валенки, бригаде им. К.Е.Ворошилова – 550 маскировочных халатов, 575 пар перчаток, 311 пар шерстяных носков, 150 пар белья. Жители Ельнинского района собрали и передали партизанам 6100 пар обуви, 7300 пар белья и много другой одежды. Колхозники Ленинградского партизанского края скатали и передали партизанам 500 пар валенок, сшили 160 полушубков, изготовили около 500 пар лыж.

Помощь партизанам населения оккупированных областей Белоруссии, РСФСР, Украины и других районов, где были партизанские края, продовольствием, одеждой и обувью была неоценима. По данным того же П.З.Калинина, «ни в одной из радиограмм из тыла противника не было просьбы об обеспечении одеждой, обувью, продовольствием».

В ряде случаев партизаны просто реквизировали продовольствие у местных жителей, выдавая им символические расписки с обещанием компенсации после войны. Изъятие продовольствия в семьях полицаев и пособников врага было делом обычным, само собой разумеющимся.

Большое значение для партизан имело обеспечение их жильем. Жилые здания в населенных пунктах они использовали на всем протяжении войны и почти на всей временно оккупированной территории. В них скрывались подпольщики, располагались партизанские формирования. Рейдирующие формирования тоже часто располагались в ходе рейда в небольших населенных пунктах. Крестьяне не раз укрывали у себя партизан, даже во время карательных операций. И.Д.Варвашеня, бывший секретарь обкома, действовавшего в тылу врага, писал: «Начали вести работу по сколачиванию крупного партизанского соединения и уже в декабре 1941 г. занимали несколько деревень и жили в них».

В ходе операций партизаны для отдыха часто пользовались крестьянскими хатами. Зимой они во многих районах на длительное время располагались в мелких населенных пунктах. При этом надо отметить, что, предоставляя свое жилье партизанам, жители рисковали больше, чем их постояльцы. Партизаны от карателей уходили, а оккупанты расправлялись с местным населением.

Немецкие прокламации часто сообщали, что «лица, способствующие в какой бы то ни было форме партизанам, снабжающие их припасами, укрывающие или дающие им убежище, сами будут считаться партизанами». Что это означало – хорошо известно. Далее указывалось, что лица, знавшие о появлении партизан и не сообщившие об этом ближайшей немецкой воинской части, подлежат смертной казни, а их жилища – уничтожению.

Приведенные частные факты типичны и наглядно иллюстрируют характер этой войны как народной. Вместе с тем они же наводят на размышления.

Государство, заботящееся о своей обороноспособности, должно заботиться о заблаговременной подготовке народа к партизанской войне. Эффективность партизанской борьбы находится в прямой зависимости от помощи местного населения продуктами питания. Чем богаче и развитее сельскохозяйственное производство в оккупированных районах – тем выше оборонительный потенциал страны.

Призывы, прозвучавшие из уст партийных и советских руководителей в начальный период войны – «жечь леса», оставлять после отступления «выжженную землю», «гнать немцев на мороз», уничтожая деревенские жилища, в которых укрывались завоеватели под одной крышей с местными жителями и их детьми, – по меньшей мере несостоятельны, а по большому счету преступны, ибо построены на неверии в свой народ, на пренебрежении им.

Зимой 1942/43 г. время подготовки командиров партизанских формирований и специалистов уже доходило до 2–3 месяцев. Особенно улучшилась подготовка партизанских кадров после создания штабов партизанского движения. Только с 15 июля 1942 по 15 февраля 1944 г. в школах ШПД было подготовлено 218 командиров-организаторов партизанского движения, 4368 инструкторов минно-подрывного дела, 2154 радиста, 1644 разведчика и 12 016 подрывников. А всего в советском тылу было подготовлено около 60 тысяч партизанских командиров и специалистов, и не менее 30 тысяч партизанских специалистов обучено в «лесных академиях» в тылу врага. Это привело к увеличению эффективности действий и уменьшению потерь партизанских сил.

Если в первый год войны потери партизан на Украине, в Белоруссии и на северо-западном направлении составляли от 90 до 95%, то безвозвратные потери в хорошо подготовленных партизанских формированиях, уцелевших в первый год войны и созданных позднее, за всю войну не превышают 16%. При этом эти партизанские формирования нанесли врагу огромный урон. Так, в минной войне партизаны наносили противнику урон, не вступая с ним в бой. В этих диверсионных операциях они, как правило, не несли потерь. Больше того, диверсии партизанских сил на коммуникациях противника резко снизили его возможности по проведению карательных операций. Это в значительной мере снизило общие потери партизан.

В ходе вооруженной борьбы партизаны применяли различные тактические приемы, которые отличались от тактики регулярных войск. Обуславливалось это, прежде всего, своеобразием обстановки на оккупированной территории, степенью вооруженности партизанских отрядов, их материальной обеспеченностью. На тактику партизанских соединений определенное влияние оказало и то обстоятельство, что в их составе действовало немало военнослужащих.

Наконец, сказалось и разнообразие базирования партизанских формирований. Одни бригады и отряды имели постоянную дислокацию, располагаясь, например, на труднопроходимых лесистых и болотистых участках местности или в брошенных шахтах и каменоломнях. Отсюда они систематически производили боевые вылазки. Другие постоянно перемещались внутри одного или нескольких районов. Третьи совершали тысячекилометровые рейды, выходя за пределы области и даже республики, появляясь в самых неожиданных для противника местах.

Партизанами применялись специфические формы ведения боевых действий, так называемая партизанская тактика, основы которой изучались в специальных школах, где готовились партизанские кадры. Совершенствовались эти навыки на занятиях по боевой подготовке, проводившихся во многих партизанских формированиях.

Характерной чертой тактики партизан было необычайное разнообразие способов действий, главным ее принципом был «никогда не повторяться». В ней можно выделить лишь типичные черты, определенные закономерности. Партизаны нападали на противника после тщательно проведенной разведки, в моменты наименьшей его способности к сопротивлению, часто использовали для выполнения боевых задач и передвижения вечернее и ночное время, непогоду, за короткий срок скрытно сосредоточивали силы для нанесения удара и организованно выводили их из боя. Они, не принимая лобового удара превосходящих сил противника, умело маневрируя, неожиданно появлялись в самых уязвимых местах. Постоянно ставя врага перед новыми затруднениями, партизаны дезорганизовывали тыл оккупантов и наносили ему значительные потери.

При всем разнообразии способов партизанских действий их можно разделить на две группы. Первая группа включает такие способы действий, при которых боевые задачи решались путем непосредственных столкновений с врагом. Ко второй относятся способы действий, позволявшие решать эти задачи, не вступая в непосредственное боевое соприкосновение с противником. В первом случае основными способами действий партизан являлись засада и налет.

Засада представляла собой заранее подготовленное внезапное нападение партизан на движущегося противника: воинские подразделения, железнодорожные эшелоны, автоколонны и другие объекты. Засады применялись как в наступательных, так и в оборонительных целях. В зависимости от решаемых задач в них участвовало от группы (отделения) до отряда партизан, а иногда и более. Как правило, против крупных колонн войск и автотранспорта устраивались засады силами одного или далее нескольких отрядов.

Боевой порядок засады обычно состоял из ударной группы, групп обеспечения и резерва. Группы обеспечения располагались в таких местах, где можно было с наибольшим эффектом предотвратить или задержать подход подразделений резерва противника к месту действий ударной группы. Партизаны устанавливали мины, устраивали лесные завалы, а с началом действий ударной группы в случае необходимости вступали в бой, уничтожая остатки разгромленного противника.