Читать онлайн «Партизанство». Страница 60

Но и такой несовершенный орган управления, как ЦШПД, окончательно ликвидировали 13 января 1944 г., т.е. тогда, когда численность партизанских сил в тылу врага перевалила за 200 тысяч и когда партизанская война переносилась за границы СССР.

Оказанием помощи в развертывании партизанской войны в Польше, Чехословакии, Румынии и Венгрии занялся Украинский штаб партизанского движения.

Последовавшая, без учета ситуации на местах, ликвидация республиканских штабов партизанского движения, в частности Латвийского ШПД, нанесла большой вред партизанской войне. Например, до 9 мая 1945 г. в Курземе находилась 300-тысячная группа армий «Север», позднее переименованная в «Курлянд», окруженная советскими войсками. Многочисленные партизанские формирования в «Курляндском котле» сразу же лишились поставок вооружения и боеприпасов, что трудно оправдать при массовом дезертирстве из гитлеровской армии латвийских легионеров, уходивших в леса.

Для многих партизанских отрядов, лишившихся связи, снабжения оружием и боеприпасами, сложившаяся обстановка стала катастрофической и привела к большим потерям.

До последних дней существования главная школа партизанских кадров ОМСБОН – бригада, занимавшаяся подготовкой, формированием, экипировкой и переброской специальных разведывательно-диверсионных формирований за линию фронта – оставалась в подчинении НКВД. ГРУ имело свои школы и партизанские формирования в тылу противника. Созданные 17 августа 1942 г. в армии отдельные гвардейские батальоны минеров для действий на коммуникациях противника, а также Отдельная гвардейская бригада минеров при Ставке Верховного Главнокомандования «для минирования и разрушения коммуникаций в тылу противника» также ЦШПД не подчинялись.

6 сентября 1942 г. ГКО был учрежден пост Главнокомандующего партизанским движением, и назначенный на этот пост К.Е.Ворошилов вскоре фактически превратился в Главкома партизанскими силами. Будучи членом Политбюро ЦК ВКП(б) и членом ГКО, он мог координировать действия спецформирований НКВД и ГРУ, а также гвардейских минеров.

В этот период много внимания уделялось обеспечению партизан специальными средствами борьбы, подготовке кадров, военизации партизанских формирований, широкому вовлечению в них военнослужащих, оказавшихся на временно оккупированной территории, и, наконец, планированию действий партизанских сил, материально-техническому снабжению, авиационным перевозкам для партизан. Было налажено массовое производство необходимых для партизан мин, бесшумного оружия.

И вот 19 ноября 1942 г. началось контрнаступление войск Красной Армии. Однако в этот же день был упразднен пост Главкома партизанским движением, по официальной версии – «в целях большей гибкости руководства партизанским движением». Этот акт также следует признать ошибочным. Рассматривая партизанскую войну как управляемый процесс, необходимо подчеркнуть, что при организации партизанских действий в интересах регулярной армии, обеспечении обязательной согласованности усилий нельзя обойтись без центрального органа руководства партизанскими силами.

Партизанские силы страны имели централизованное военное руководство в лице Главкома за весь период войны всего 2 месяца, что не могло не сказаться на результативности партизанских действий в целом. И это – при непрофессиональном руководстве.

Не приходится сбрасывать со счетов и субъективный фактор: соперничество между П.К.Пономаренко и Н.С.Хрущевым. Преобладание ведомственных интересов над общегосударственными в отношениях между К.Е.Ворошиловым и Л.П.Берией. Стремление И.В.Сталина «руками партии» держать партизан под контролем. Все это, несомненно, сказывалось на судьбе Центрального штаба партизанского движения, так и не ставшего полноценным штабом партизанских сил.

Формы организации и принципы управления партизанскими формированиями в годы войны определялись, прежде всего, задачами и способами их боевой деятельности, а они зависели от разных факторов. В их числе: складывающаяся политическая обстановка; экономическое состояние района боевых действий; характер и результаты действий регулярной армии на фронтах; применяемые средства вооруженной борьбы; физико-географические условия местности; соотношение противоборствующих сил; уровень руководства партизанским движением.

В отличие от регулярных войск, партизанские формирования не имели постоянных баз снабжения, обеспечивавших систематический приток необходимых материальных средств. Их боевая деятельность велась на территории, контролируемой противником. Основным контингентом для формирования партизанских групп и отрядов являлись, главным образом, гражданские лица, добровольно (причем многие из них впервые) взявшиеся за оружие. Поэтому на начальной стадии борьбы уровень военной подготовки большинства партизан был низким, многие из них приобретали военные знания и навыки лишь в ходе боевых действий.

Учитывая, что противник всегда превосходил партизан в средствах вооруженной борьбы, вступать с ним в длительные открытые бои было невыгодно. Партизаны ориентировались, главным образом, на внезапные нападения (налеты, засады), которые носили обычно скоротечный характер. Они прибегали к различным способам нанесения противнику урона в живой силе, а также материального ущерба и без боевых столкновений.

Естественно, это оказывало непосредственное влияние на организационную структуру партизанских формирований. Создание их в различных районах страны имело свои особенности. Там, где отряды (группы) организовывались местными партийными и советскими органами заблаговременно, до оккупации врагом определенного района (области), формирование их шло параллельно с обучением личного состава в специальных партизанских школах. После получения задачи отряды оставались в назначенных районах до захвата этих районов противником или же перебрасывались в тыл врага. В ряде случаев партизанские формирования организовывались из военнослужащих и чекистов.

В 1941–1944 гг. в тылу противника вместе с партизанскими формированиями сражались и группы специального назначения, направленные туда по линии армейского командования и органов госбезопасности. После прибытия в указанный район они быстро «обрастали» местными патриотами и, по существу, превращались в партизанские отряды и даже бригады, что значительно расширяло их разведывательные и боевые возможности, позволяя более эффективно выполнять специальные задания в интересах Центра.

Широко, особенно в первый период войны, практиковалась заброска в тыл противника организаторских групп, на базе которых создавались партизанские отряды и даже крупные соединения. В составе таких групп обычно насчитывалось от 10 до 25 человек (командир, комиссар, заместитель командира по разведке, радист, медицинский работник, инструктор минно-подрывного дела и несколько бойцов). Особенно большую роль организаторские группы сыграли в западных районах страны, где вследствие внезапности нападения врага и быстрого продвижения его в глубь советской территории местные партийные органы не успели проделать необходимую работу по развертыванию партизанского движения.

Партизаны вооружались в основном стрелковым оружием, а противник использовал в борьбе с ними танки и артиллерию, авиацию для разведки расположения партизанских отрядов, радиосвязь, автомобильный транспорт, что позволяло оперативно руководить карательными акциями. Все это говорило о нецелесообразности создания «громоздких многочисленных партизанских формирований».

В то же время в районах, где применение противником указанных средств было затруднено (обширные леса, болота, горы, покрытые растительностью), как показала практика, базировались и успешно действовали не только мелкие, но и крупные партизанские формирования.

Там, где нельзя было на местах получить материальную помощь и пополнить свои ряды за счет местных жителей, действовали мобильные отряды численностью 50-150 человек.

На развертывание партизанской борьбы существенно влияла политическая обстановка в захваченных врагом районах. Морально-политическое единство оставшихся на оккупированной территории советских людей обеспечивало исключительно благоприятные условия для наших партизан. Однако в некоторых западных районах, где Советская власть существовала сравнительно недолго, в Прибалтике и Крыму оккупанты имели опору в лице коллаборационистов, которые оказывали, особенно в начале войны, значительное влияние на большую часть местного населения. Прямой агентурой оккупантов здесь были националисты и их организации. В этих районах постоянно действовали лишь подпольные организации и немногочисленные партизанские группы и отряды. А крупные партизанские формирования, например латвийские, базировались в партизанских районах на Освейщине (БССР) и отсюда совершали рейды на территорию Латвии.