Читать онлайн «Партизанство». Страница 144

Боевые действия против колонизаторов в послевоенный период в большинстве стран Африки, как уже говорилось, приняли форму партизанской войны. Поэтому военное командование при стратегическом планировании, исходя из требований контрпартизанской войны, стремилось, прежде всего путем организации сухопутной, морской и воздушной блокады, изолировать всю страну или район партизанских действий как от внешних (сопредельные страны), так и внутренних (крупные города) источников снабжения. Затем создавалась сеть укрепленных опорных пунктов и гарнизонов, которая должна была лишить партизан возможности маневра и сковать их силы в опорных базах. Путем уничтожения национальных политических организаций, их подпольной сети, активным ведением психологической войны предполагалось нарушить связи между народными массами и партизанами, подорвать моральный дух последних.

Наконец, маневренные ОВГ должны были уничтожить опорные базы партизан, их подвижные соединения и отряды. Выполнить эти задачи считалось возможным при условии единства политических решений и действий военного командования, для чего в колонии, как правило, создавалось объединенное военно-административное руководство. Не менее важным условием была эффективная разведка, позволяющая постоянно иметь исчерпывающие сведения о повстанцах. Высокой подвижности партизанских сил противопоставлялась стратегическая и тактическая мобильность «сил безопасности». Специальная подготовка войск для ведения контрпартизанской войны была призвана свести на нет тактические преимущества партизан.

Наряду с общими взглядами на противоповстанческие и противопартизанские действия, в разных империалистических армиях существовал и ряд особенностей. В английских колониях роль армии в психологической войне ограничивалась преимущественно репрессиями против населения, его переселением, осуществлением голодной блокады, обучением «внутренней стражи». Вопросами идеологической обработки населения и бывших партизан занимались другие правительственные организации, церковь и примыкающие к ней ассоциации.

Во французских колониях – Алжире, Камеруне – на армию непосредственно возлагалось также ведение психологической войны. При сравнении действий английского и французского командования в Кении и Алжире общие черты противоповстанческой стратегии выделяются довольно явственно. В Кении, в соответствии со стратегическим планом контрпартизанской войны, колонизаторы начали с того, что заняли всю зону восстания войсками и полицией, создали опорные посты и т.д. Английские войска были разделены на 2 оперативные группировки. Основные силы получили зоны для размещения и контроля над населением, был сформирован подвижный резерв, усиленный бронеавтомобилями, самоходной артиллерией и авиацией.

В Алжире контрпартизанская война тоже началась с размещения основной части войск в городах и населенных пунктах для контроля за крупными промышленными и стратегическими центрами, а также вдоль коммуникаций. Другая часть войск образовывала подвижные резервы, состоявшие из «отборных» подразделений и предназначавшиеся для активных наступательных действий против партизан.

После закрепления в отведенных районах «силы безопасности» переходили к активным наступательным действиям. В Кении началось вытеснение партизан из резерватов в горно-лесные зоны и переселение жителей в «новые деревни», охраняемые войсками и «внутренней стражей». В Алжире каждая из известных зон АНО была окружена «зоной умиротворения», в значительной степени нарушена связь между партизанскими округами. Одновременно гражданское население в массовом порядке перемещалось в «укрепленные деревни», чтобы лишить внутреннюю армию его поддержки. Параллельное развертывание психологической войны имело целью настроить население против АНО.

Изоляция повстанцев от центров снабжения осуществлялась примерно теми же методами. Если в Кении для этого служили усиленные инженерные заграждения (рвы, проволочные заграждения, охраняемые войсками), то в Алжире создавались электрифицированные заграждения по границам с Тунисом и Марокко («линия Мориса»), чтобы изолировать внешнюю армию АНО от внутренней.

В обеих странах действиям против опорных баз повстанцев в горах предшествовали удары по их силам в городах (в Кении – разгром подпольной организации в Найроби, Накуру и прилегающих резерватах кикуйю, эмбу, меру). В Алжире колонизаторы успешно использовали поражение повстанцев в «битве за г. Алжир».

Ликвидация опорных баз партизан в горах Кении осуществлялась путем операций по прочесыванию и действий специальных команд. В Алжире для этого был разработан «план Шаля», суть которого состояла в том, чтобы в условиях полной изоляции его от внешнего мира серией операций, проводимых последовательно с запада на восток, уничтожить опорные базы АНО внутри страны и разгромить политико-административную организацию ФНО (ПАО). Для оперативно-тактического обеспечения этого замысла был значительно увеличен общий подвижный резерв, «линия Мориса» усилена второй линией заграждений, создана «непроницаемая» воздушная и морская блокада Алжира со стороны Средиземного моря и пустыни Сахары. Для ее поддержания использовались все рода войск, особенно авиация, против партизан была применена «усовершенствованная» тактика. Однако в обоих случаях, несмотря на подавляющее превосходство колонизаторов в численности, вооружении и боевом опыте, противоповстанческие действия или не смогли решить поставленные задачи, или решили их не полностью. В Кении английские войска добились военного поражения повстанцев, но не смогли «завоевать на свою сторону» население и в конечном счете проиграли войну политически. В Алжире «план Шаля», несмотря на хвастливые уверения автора, что ему якобы не хватило лишь трех месяцев до полного уничтожения АНО, не принес ни военного, ни политического решения проблемы. Французская армия не смогла уничтожить АНО. Выявился также полный провал психологической войны, так как алжирское население не только не отошло от ФНО, но оказало ему поддержку.

Особая агрессивность военно-колониальной стратегии империализма в борьбе против молодых независимых государств в 50 – 60-е годы проявилась в использовании активных наступательных доктрин, новейших способов применения вооруженных сил и самого совершенного вооружения, коллективном характере действий. Особенности этой стратегии наиболее отчетливо выявились во время ограниченной войны против Египта в 1956 г., а также в ходе противоповстанческой войны в Конго (Леопольдвиль) в 1964 – 1965 гг.

Тройственная агрессия Великобритании, Франции и Израиля против Египта в 1956 г., поддержанная США и осуществленная в форме ограниченной войны, была направлена на свержение правительства этой страны. Эту цель предполагалось достичь средствами открытого вооруженного нападения после того, как политические разведки США, Великобритании и Франции пришли к выводу, что организация антинасеровского переворота обречена на провал.

Для участия в интервенции были использованы крупные вооруженные силы Великобритании, Франции и Израиля: 229 тысяч солдат и офицеров, 650 самолетов и свыше 130 военных кораблей. Операция планировалась как внезапный комбинированный удар англо-французских сил с суши, моря и воздуха по основным стратегическим объектам – «нервным узлам» Египта, в то время как израильские войска должны были разгромить египетскую армию в Синайской пустыне. Предполагалось, что падение правительства Насера произойдет в результате осуществления второй или третьей фазы операции «Мушкетер».

Как известно, первая фаза предусматривала уничтожение египетских ВВС за 36 часов, вторая – многодневное круглосуточное воздушное наступление с целью разрушения египетской экономики, транспортных коммуникаций и вооруженных сил.

Авторы плана считали, что в соединении с психологической войной, направленной на подрыв морального духа египтян и возбуждение недовольства режимом Насера, «воздушный террор» принесет желаемые результаты. В случае неудачи третья фаза – оккупация зоны канала и наступление в западном направлении к дельте Нила и Каиру – должна была устранить неугодный колонизаторам режим.

План потерпел неудачу. Международная изоляция агрессоров и активное противодействие им со стороны мировой общественности, сил лагеря социализма заставили английское и французское правительства еще до начала операции изменить план войны, ограничив оперативный замысел захватом зоны канала, что лишило операцию ее политического значения.

Примером противоповстанческой войны, развязанной в поддержку неоколониального режима, была американо-бельгийско-английская интервенция в Конго (Леопольдвиль) в 1964 г. Характерной особенностью этой войны была доминирующая роль в ее подготовке и ведении ЦРУ США и бельгийской военно-политической разведки.