Читать онлайн «Сахалинский инцидент». Страница 21

Зная, что наибольшим препятствием для доверия было уважение аудитории к властям, я превознес это чувство уважения, сказав, что каждый гражданин должен принимать заявления властей и подвергать их сомнению означало бы демонстрировать гражданское неповиновение. Я забросил приманку и сам же ее и заглотил.

Я упомянул, что поскольку японское правительство выпустило свое заявление за два часа до американцев, оно должно считаться первым, объявившим миру об исчезновении КАL 007. Я подчеркнул явные противоречия между заявлениями Токио (МиГ-23, запуск ракеты до 03:25, исчезновение в 03:29) и Вашингтона (Су-15, запуск в 03:26:20, исчезновение в 03:38). Я предположил, что надлежащее уважительное отношение к правительству требует, чтобы мы не считали какое-то из этих заявлений неверным. Давайте предположим, что оба они справедливы. В этом случае имели место две последовательности событий - перехват, пуск ракеты, гибель самолета, и обе они происходили в реальности. Время 03:38, названное Вашингтоном, было даже подтверждено информацией японского правительства, указывающего на то, что в это время был зафиксирован пуск ракеты, за которым в 03:39 последовало исчезновение с экранов радаров какого-то самолета. Более того, вся американская последовательность событий была на ленте Киркпатрик, которую США получили от японского правительства.

Имели место три официальные последовательности событий: одна до 03:25, по заявлению JDA, другая в 03:26:20 по ленте Киркпатрик и третья в 03:38 как по американским, так и по японским источникам. Время исчезновения с экранов радаров было дано: 03:29 (японское), 03:38 (американское) и 03:39 (японское). Три последовательности были независимо подтверждены японским правительством, когда Масахару Готода сказал, что три различных перехватчика МиГ-23 выпускали свои ракеты. Я никогда не ставил под сомнение веру в правительство. Я принял их слова на веру. Но я также заставил их самих придерживаться собственных слов.

Затем я доложил о сообщении "Чидори Мару", подтвержденном JMSA, другим официальным органом. Я продемонстрировал, что самолет, который видели рыбаки, не мог быть ни одним из тех трех самолетов, которые были уничтожены. Это не мог быть самолет, исчезнувший с экранов в 03:29, потому что тот самолет взорвался на высоте 33000 футов, в то время как самолет, замеченный рыбаками, взорвался на уровне моря. Это не мог быть самолет, исчезнувший в 03:38 или в 03:39, из-за различий в 8 и 9 минут соответственно со времени взрыва в 03:30.

Я обсудил ряд технических факторов исчезновения самолета. По данным радара в Вакканае, самолет, след которого казался принадлежащим КАL 007, передавал транспондерный код 1300 в режиме А. Транспондер - устройство, которое позволяет наземным радарам индивидуально различать самолет в зоне, контролируемой радаром. Каждому самолету назначен уникальный код, который только он и может использовать. Вызывая этот код на экран радара, оператор знает, след какого самолета он отслеживает.

Но корейский авиалайнер, следуя по гражданскому маршруту R-20 (ROMEO-20) над Беринговым морем, не использовал активный транспондер и обычно держал его выключенным. Во время приближения к Японии и готовясь войти в японскую систему управления воздушным движением, его транспондер должен был быть переключен на код 2000 в Режиме С, чтобы дать японцам знать, какие действия предпринимает экипаж. Код 1300, режим А является чем-то совершенно иным, и относится к другому самолету. Мой аргумент был неоспоримым, он был основан на официальной версии событий. Я воспользовался моментом, чтобы продвинуть мой аргумент еще на один шаг.

JDA, японское оборонное агентство, опубликовало карту с радарными отметками, которые предположительно принадлежали корейскому авиалайнеру и трем сопровождающим его перехватчикам, истребителям A, B и C. Согласно японской версии событий, именно истребитель А, МиГ-23, сбил "корейский лайнер". Согласно американским заявлениям, его сбил истребитель 805, Су-15. Истребитель 805 и А должны были тем самым быть тем же самым самолетом, потому что оба сбили "корейский авиалайнер". В результате, действия перехватчика, которые наблюдали японцы (истребитель А) должны были полностью соответствовать тем, которые совершал самолет (истребитель 805), наблюдавшийся американцами.

Но они не соответствовали. В 03:20 истребитель 805 сделал предупредительные выстрелы по "корейскому авиалайнеру" с расстояния менее 1000 метров, на максимальном расстоянии для его пушек. В тот момент истребитель А появился на японских радарах на расстоянии 25 морских миль (29 миль) от "корейского авиалайнера". Из авиационной пушки нельзя стрелять на такое расстояние. Следовательно, истребитель А японцев и истребитель 805 американцев были двумя разными самолетами. Мы уже имеем указание на это: один из них был МиГ-23, другой - Су-15. Сейчас у нас есть доказательства: в 03:20 один находился в километре от самолета-нарушителя и открыл по нему огонь из пушки. В то же самое время другой находился в 29 милях. Оба они, и МиГ-23, истребитель А японцев и Су-15 истребитель 805 американцев сбили по самолету - один в 03:25, другой в 03:26:20.

Я заметил, что истребитель 805 следовал по трассе, изображенной на карте, опубликованной "Хоккайдо Симбун" 1 сентября 1983 года, пролетев над городами Долинск и Горнозаводск. Эта трасса явно отличалась от трассы на радарной карте JDA. Каждая из этих трасс отражала отдельное событие. Карта JDA показывала преследование самолета-нарушителя истребителем А. Карта "Хоккайдо Симбун" отражала преследование другого самолета-нарушителя другим перехватчиком, истребителем 805. У нас есть надежная информация, указывающая на то, что ни один из двух самолетов-нарушителей не был корейским лайнером КАL 007.

Самолет, который преследовался истребителем 805, летел со скоростью 430 узлов между 03:12 и 03:19 часов. Затем он увеличил скорость до 450 узлов, что являлось, возможно, его максимальной скоростью. Тем не менее, на отрезке своего полета, соотносящегося с этим промежутком времени, рейс 007 сохранял скорость 496 узлов, то есть летел заметно быстрее. Целью 805-го не мог быть рейс 007. Что же касается нарушителя, преследуемого истребителем А, радарная карта JDA показывает, что с 03:25 до 03:29 он пролетел 48 морских миль финального отрезка своего радарного следа за четыре минуты. Это означает, что он летел со скоростью 720 узлов, или Мах 1.25, а никакой Боинг 747 не может лететь быстрее скорости звука. Два самолета, один из которых был способен летать быстрее скорости звука, были сбиты над Сахалином и, очевидно, ни один из них не был корейским Боингом. Что же тогда случилось с рейсом 007?

Новости о его исчезновении противоречили друг другу с самого начала. Первоначально полагалось, что у него возникли проблемы на R-20, его официальном маршруте через Тихий океан. Японский военно-морской флот и спасательные суда JMSA сначала искали самолет рядом с NOKKA, контрольной точкой, где КАL 007 должен был находиться в 03:26 японского времени. Они не нашли ничего. Затем было объявлено, что лайнер приземлился на Сахалине и пассажиры были в безопасности. Затем оказалось что лайнер не приземлился на Сахалине и мог быть сбит. Какая из этих историй истинна? Первая, в соответствии с которой самолет разбился рядом с NOKKA в северной части Тихого океана? Вторая, что он благополучно сел на Сахалине? Или третья, по которой он был сбит?

Два самолеты были сбиты над Сахалином, но ни один из них не был корейским реактивным лайнером. Третий самолет, летевший над Тихим океаном, не был найден. Это подтверждает факт, что ни одна из этих трех версий не была правильной. Был только один способ увидеть истину: изучить в каком направлении дрейфовали обломки авиалайнера и принять во внимание время, за которое они достигли Монерона. Это изучение показывает, что рейс 007 не разбивался у Монерона.

Аудитория слушала меня очень внимательно. У меня было впечатление, что до сих пор я смог их убедить, но наиболее трудная часть моего выступления была еще впереди. Пока же, основываясь на анализе обломков, я должен был противоречить официальной версии событий. Мне нужно было излагать свои аргументы крайне дипломатично. К сожалению, я был настолько занят своей речью что потерял счет времени. У меня оставалось десять минут. Не так много времени для того, что я хотел сделать.

Я начал с замечания, что никаких обломков корейского лайнера не было найдено к северу от Монерона. Если бы я бросил бутылку с молоком или саке, вероятно я бы нашел молоко или саке, вместе с битым стеклом на земле, рядом с тем местом, где я бросил бутылку. Именно это заставило адмирала Исаму Имамура сделать замечание: "если мы не найдем никаких обломков от корейского самолета в следующие несколько часов, нам придется предположить, что он не разбивался в этом месте". Ни один обломок КАL 007 не достиг предполагаемого места падения в течении более чем недели после катастрофы. Если бы обломки приплыли на официальное место катастрофы, значит лайнер разбился где-то в другом месте.