Читать онлайн «Советская экономика накануне и в период Великой Отечественной войны». Страница 129

Учитывая неэффективность «общинных хозяйств», гитлеровцы приступили к их разделу. В южных районах оккупанты решили насаждать вместо «общинных хозяйств» подобия «товариществ по обработке земли», а в северо-западных районах вводилась отрубная и хуторская система хозяйствования и делались попытки перехода на единоличное пользование землей. В 1942 г. на оккупированной территории СССР около 2 млн. крестьян получили участки земли в личное пользование, особенно в северных и центральных районах. В 1943 г. оккупанты предполагали резко увеличить численность единоличных крестьян. Эти «реформы» сопровождались пропагандистской шумихой, имеющей целью сыграть на частнособственнических стремлениях отсталой части крестьянства и доказать этим, что крестьяне не поддерживают колхозной собственности. По «декларации германского правительства о частной собственности крестьян на землю», опубликованной в июне 1943 г., земля в первую очередь предоставлялась лицам, отличившимся перед оккупантами. В «Служебных указаниях», которые явились практическим руководством по проведению землеустройства, говорилось, что правом привилегированного получения земли пользуются «крестьяне, состоящие в вооруженной охране», а также переселенцы и поселенцы, крестьяне, имеющие «особые заслуги», и крестьяне, «которые по политическим причинам были удалены Советским правительством из деревни». Таким крестьянам предоставлялось 7 и более га пахотной земли. Остальные же могли получить от 4 до 7 га земли1136.

Однако раздел земли между крестьянами не приносил оккупантам желаемого эффекта. Крестьяне отказывались получать землю от поработителей. Никакие «реформы» и уловки оккупантов не смогли примирить советских крестьян с немецко-фашистским аграрным порядком. Борьба с оккупационной политикой не прекращалась ни на один день. Когда к советским селам еще только подходил фронт, колхозное крестьянство, по каким-либо причинам не имевшее возможности эвакуироваться, готовилось к борьбе с захватчиками. В воззвании Советского командования войск юго-западного направления к населению, оказывающемуся в зоне оккупации, в июле 1941 г. содержался призыв вступать в партизанские отряды, объявить беспощадную войну немецким захватчикам. «Ни одного грамма хлеба врагу! Возьмите себе ровно столько, сколько вам нужно на ближайшее время, остальное уничтожьте. Уничтожайте плантации технических культур, свеклы, кок-сагыза, льна»1137.

Крестьяне, оставшиеся на оккупированной территории, с воодушевлением откликались на призывы Коммунистической партии, принимали участие в сборе средств на нужды обороны. Этот сбор средств на оккупированной территории проводился партизанскими отрядами. Население Глинковского района Смоленской области, например, собрало на создание танковой колонны «Смоленский партизан» и на военный заем облигаций на сумму 26,7 тыс. руб., 5145 руб. деньгами и 415 немецких марок. Жители оккупированных районов Брянской области внесли в Госбанк 2,5 млн. руб. К середине января 1944 г. население оккупированных районов Ленинградской области совместно с партизанами сдало 2110 тыс. руб. денежными знаками и 1 712 100 руб. облигациями1138. На строительство самолетов и бронепоездов «Советская Беларусь» партизаны собрали свыше 1,8 млн. руб. деньгами и облигациями, а также золото1139.

Советские крестьяне, находившиеся на оккупированной территории, срывали немецкие поставки, сберегали урожай для помощи партизанам, а иногда даже пользовались случаем направить продовольствие через линию фронта. Обозы в тыл Красной Армии направляли колхозники из Смоленской области, Белорусской ССР и других мест. Весной 1942 г. из партизанских районов Витебской области за линию фронта было вывезено 21 тыс. т хлеба, 10 тыс. т картофеля, 35 тыс. т сена, 2,5 тыс. лошадей, 1 тыс. голов скота, много разного имущества1140.

В 1942 г. сельское население Слободского и других районов Смоленской области сумело собрать и, не считаясь с огромными трудностями и опасностями переправить через линию фронта для Красной Армии более 300 голов крупного рогатого скота и более 200 т фуража, 150 лошадей. Крестьяне Всходского района Смоленской области зимой 1942 г. передали партизанам более 2 тыс. пар сапог, более 6 тыс. пар нательного белья. В Калининской области сельское население совместно с партизанской бригадой (командир В. И. Марго) летом и осенью 1943 г. заготовили 43 т ржи, 2,5 т пшеницы, 80 т картофеля1141. В общей сложности за счет деревни почти полностью кормилась и частично одевалась миллионная армия партизан, действовавшая в различных временно оккупированных районах Союза1142.

Чувствуя, что им недолго осталось хозяйничать на Советской территории, немцы осенью 1943 г. категорически запретили проводить на Украине сев зерновых культур. Однако коммунисты подполья и партизанское руководство призывали крестьян игнорировать приказ гитлеровцев и сеять хлеб, чтобы обеспечить Красную Армию. Несмотря на репрессии, колхозники одной только Полтавщины, например, засеяли 310 800 га1143.

Весной 1944 г. немцы, учитывая, что им придется отступать из Белоруссии, приказали перепахать все озимые посевы и пытались помешать весеннему севу. Они изобрели даже специальные катки для уничтожения посевов. Но «поскольку 60% сельской местности в большей или меньшей степени контролировалось партизанами (и даже подчинялось их власти: здесь существовали советские административные и партийные органы), немцы смогли выполнить приказы об уничтожении посевов лишь в некоторых местах»1144.

Советские крестьяне спасали знамена Советских частей, военную документацию, помогали в ряде случаев бежать советским военнопленным из концлагерей. Сельское население отказывалось сдавать гитлеровцам найденное оружие, боеприпасы, сберегали их для передачи партизанам.

Сопротивление оккупационному режиму проявлялось в отказе под тем или иным предлогом выходить на работу, а также в уклонении от службы в полиции, в нежелании работать старостами.

Одной из активных форм борьбы против оккупантов была раздача материальных ценностей колхозов членам сельхозартелей, чтобы они сберегли имущество, зерно, скот. Колхозники и рабочие совхозов разбирали тракторы и другие машины на части и прятали их. Они выводили из строя технику, предназначенную для отправки в Германию. Таким путем на Украине удалось сберечь десятки тысяч тракторов, в Белоруссии — около 1050 тракторов1145.

Основная масса колхозного общественного скота распределялась по колхозным дворам, чтобы колхозники сберегли скот, предназначенный для передачи партизанам. В районах, контролируемых партизанами, воссоздавались посевы на колхозных полях. Если появлялась опасность карательных экспедиций со стороны немцев, посевы культур организованно распределялись среди колхозников1146. Сохранение колхозного имущества представляло собой большую опасность для жизни крестьян. Фашистские власти прибегали к жесточайшим репрессиям. Вот выдержка одного из приказов немецкого командования: «В течение 48 часов после опубликования настоящего приказа все бывшее колхозное имущество, находящееся у селян, должно быть сдано соответствующим управляющим. За невыполнение — расстрел»1147. В областях, занятых оккупантами, практиковалась раздача продуктов по домам колхозников. Так, в селах Глуховского района Сумской области по решению подпольного райкома партии было роздано 1380 т хлеба, более 3 тыс. т картофеля, около 50 т сахара и значительное количество колхозного скота1148.

В Азовском районе после изгнания врага колхозники сдали в фонд Красной Армии полмиллиона пудов хлеба. В 12 районах Краснодарского края колхозники сохранили хлеба на площади в 40 тыс. га. К моменту освобождения Днепропетровской области было спасено 546 тыс. га зерновых, 104 тыс. га подсолнечника, в Полтавской области — 311 тыс. га зерновых1149. В некоторых районах под надежной охраной крестьян продолжали функционировать колхозы. Особенно это относится к Белоруссии. К марту 1942 г. партизанами была освобождена вся западная часть Брянской области с территорией свыше 1,5 тыс. км² и населением более 30 тыс. человек. Здесь было восстановлено 16 сельских Советов и 60 колхозов. Были области, где на протяжении всего периода оккупации сохранились сплошные колхозные зоны, охраняемые партизанами (например, Дедовичский и Белебелковский районы Псковской области, Ашевский район Калининской области и др.)1150.

Понятно, что в условиях оккупации почти не собирались колхозные собрания. Не во всех колхозах начислялись трудодни. Работы производились в основном вручную или при помощи лошадей и волов. Но производство осуществлялось организованно, коллективно. «Люди так привыкли к коллективному труду, — вспоминает колхозник А. Сливец из белорусской деревни Старосек, — что всегда с радостью стремились в кучу («у гурт»), чтобы работать вместе»1151.