Читать онлайн «Стальной кулак Сталина. История советского танка 1943-1955». Страница 50

Но химический состав американской брони преподнес нашим специалистам ряд сюрпризов.

Если в начале войны катаная и литая броня изготовлялись в США из марок стали, содержащих довольно большое количество никеля (содержание его достигало 3-5%), то в ходе войны на наиболее массовых танках (танки М4А2, М4А3 "Генерал Шерман") применялись марки сталей с содержанием никеля, пониженным до 1.05-1.10%, а в танках Корейской войны никель почти полностью исчез из состава катаной брони. Представители НИИ Стали отмечали, что американская катаная броня по химсоставу стала подобна немецкой катаной броне периода 1944 г., но отличалась лучшей вязкостью. Основными легирующими элементами в катаной броне стали марганец и молибден, содержание которых неуклонно увеличивалось: марганца до 1.78% на М26 (против 0.30% на М3, 0.89-0.97% на М4А3), молибдена до 0.60-0.83% на М-26 (0.11% на М3, 0.21-0.60% на М4А3). Состав литой брони также претерпел сходные изменения, однако тут избежать никеля не удалось и он в количестве около 1,6% применялся в броне средней и большой толщины (свыше 70 мм), которая шла на изготовление лобовых деталей корпуса и башни.

Значительными были и отличия в сварных соединениях броневых деталей американских танков. Главной особенностью было то, что американские технологи по окончании войны отказались от автоматической сварки броневых листов. Если в 1943-44 гг. при производстве танков М4А2 и особенно М4А3 часть соединений выполнялась автоматическим способом, то все сварные соединения танков М26 и М46 уже выполнены только вручную. Американцам удалось достичь высокой стабильности ручной сварки: твердость швов американских танков изменялась даже в более узких пределах, чем в выполненных автоматом швах танка Т-54.

Другой особенностью американского танкостроения было то, что свариваемые детали не имели опоры одной детали на другую при сваривании. Соединение осуществлялось с зазорами, целиком заполненными металлом расплавленного электрода. Теоретически это разгружало сварные швы от упругих сил, возникающих при деформации броневых листов вследствие снарядных попаданий. Шов, полностью заполняющий стык, играл роль дополнительной подушки между деталями. Кроме того, это позволило избавиться от значительного объема механической обработки кромок стыкуемых деталей. Однако проведенные нашими инженерами сравнительные стрельбовые испытания захваченных в Корее американских танков никаких преимуществ сварных соединений без упора перед соединениями с упором одной детали на другую не выявили. При применяемых в то время толщинах брони и бронебойных снарядов оба типа соединений работали примерно в равных условиях. Поэтому данный факт можно скорее отнести к технологическим особенностям, последствиям широкого применения литых деталей, чем к предполагаемым техническим преимуществам американских танков.

Таким образом, отмечалось, что американская катаная броневая сталь получилась более дешевой и простой по составу, чем отечественная, улучшилась ее прокаливаемость. Правда, характеристики хромоникелевой брони танка Т-54 были несколько выше, чем американской (предел прочности несколько выше при одинаковой ударной вязкости), но в целом механические характеристики американской брони были очень близки отечественным и результат ими был достигнут весьма многообещающий.

Таким образом, отмечались три главные особенности американского танкостроения послевоенной поры, взаимно дополняющие друг друга. Во-первых, это широкое применение литья, во-вторых, использование брони с пониженным содержанием таких легирующих добавок, как никель и хром, и в-третьих, использование особенностей в технологии сварки, позволяющих применять большие допуска при изготовлении броневых деталей.

Таким образом, главным выводом проведенных исследований была необходимость усиления вооружения отечественных танков с точки зрения пробивания брони и совершенно непонятно по какой причине родилось требование усиления их защищенности с носовых курсовых углов.

Итак, в июне 1950 г. два опытных образца "объекта 740" были переданы для госиспытаний, которые состоялись в районе Полоцка. Танки прошли их успешно и были рекомендованы для проведения полноценных войсковых испытаний, которые также закончились успешно.

Постановлением Совета Министров № 4768-2044 от 28 ноября 1950 г. было принято решение об освоении производства танка на Сталинградском Тракторном Заводе, относящемся к Министерству автотранспортной промышленности, который должен был в 1951 г. сдать войсковую серию с нормальной броней, а ЧКЗ к тому моменту должен был изготовить 2 танка с усиленной броней.

В июне-июле 1951 г. в районе Черкасс состоялись войсковые испытания 12 указанных танков, которые продемонстрировали великолепный результат. С 20 августа по 6 сентября 6 танков из указанных 12-ти прошли морские испытания под Севастополем, в том числе с волнением до 4 баллов.

Постановлением Совета Министров СССР № 3686-1447 от 6 августа 1951 г. танк "Объект 740" был принят на вооружение Советской Армии под обозначением ПТ-76 (плавающий танк с 76,2-мм орудием). За создание и успешные испытания плавающих машин на соискание Сталинской премии первой степени был выдвинут следующий коллектив конструкторов: руководитель проекта Ж. Котин, главный конструктор П. Ворошилов, конструктор Н. Шашмурин – разработчик водометного движителя, конструктор Л. Троянов – один из авторов компоновки танка, Торотько – разработчик сварного корпуса из брони высокой твердости, Рыбин – конструктор боевого отделения, Бурханов – конструктор систем вооружения. Однако по разным политическим причинам ни Сталинская, ни позднее Государственная премия за танк ПТ-76 так и не были присуждены.

В процессе производства танк неоднократно подвергался различным модернизациям. В 1952 г. была доработана система охлаждения двигателя. В начале 1953-го рассмотрен проект стабилизации орудия системы НИИ-1, но ввиду недостаточного места в башне проект был отклонен.

В 1954 г. ОГК МИНТРАНСМАШ рассматривал вопрос осуществления комплекса мер по модернизации вооружения танка ПТ-76 путем установки в его башне 85-мм орудия ОКБ-92. В результате рассмотрения комплекса мероприятий выяснилось, что такое перевооружение потребует:

1) увеличения водоизмещения танка на 1,7-2,2 т;

2) уширения танка не менее, чем на 200 мм;

3) разработки новой башни.

Поэтому в указанное время данная работа не выполнялась. Единственно, что до конца 1954 г. были завершены испытания 76,2-мм пушки Д-56ТМ с более простым двухкамерным дульным тормозом конструкции завода № 9, которая в 1957 г. была принята в массовое производство взамен Д-56Т.

Танк ПТ-76 с 76-мм орудием Д-56ТМ выпуска после 1954 г.

И вновь "Меркава" по-русски?

Еще в 1948 г., когда завод № 183 осваивал улучшенный Т-54, именуемый в минстерстве "танк Морозова", его автор выступил с инициативой дать армии новый танк улучшенной защищенности и усиленного вооружения (100-мм длинноствольная пушка) при меньшей массе (не свыше 30 т). Он вернулся к компоновке танка А-44, выполнив эскизный проект танка с кормовым расположением боевого отделения. Но все финансовые средства НИР на год уже были съедены программой УКН и другими "работами" и потому возникла идея отработать конструкцию нового танка на примере противотанковой САУ. Л. Горлицкий рассказывал об этом так:

"Мы тогда разрабатывали СУ-100П, а Морозов носился с моделью танка "задом наперед". Такой, понимаешь, "Фердинанд" с башней сзади, из которой торчала длиннющая пушка. Недостатком нашей СУ-100П называли отсутствие у нее герметичной башни. А это не давало возможности нормально применять ее в условиях ядерного оружия…

Кто бы сказал мне заранее, что Морозов будет нашим конкурентом – посмеялся бы. А оно так и вышло. Ходил он по кабинетам со своим новым танком, ходил, а денег на танк ему не дали. Кто-то посоветовал ему переделать танк в противотанковую САУ с более мощным, чем у нас, вооружением длинноствольной 100-мм пушкой с малым сопротивлением откату. На САУ средства у Максарева не были израсходованы. Вот так и появилась эта чудная самоходка?"

Автор хочет повторить, что предыстория начала работ по созданию взята из рассказа Л. Горлицкого, так как проверить ее иными путями не представлялось возможным.

Как бы то ни было, но приказом Министра транспортного машиностроения Е. Максарева от 10 апреля 1949 г. завод № 75 должен был выполнить проект и изготовить опытный образец "танка улучшенной защиты – Объект 416" массой не свыше 26 т. Но 5 августа 1949 г. название танк касаемо "объекта 416" уже не произносилось, а по новому плану опытных работ по бронетанковой технике на 1949-1950 гг., утвержденному постановлением Совета Министров СССР № 4752-1832сс от 15 октября 1949 г., завод № 75 Минтрансмаша СССР обязывался: