Читать онлайн «История города Рима в Средние века». Страница 89

«Золотое изваяние из резного металла возвышается и улавливает в себе сияние дня. Ты мог бы подумать, что это Аврора поднялась из белых волн и ветерок несет кудрявое облако, орошающее нивы. Так возгорается на небе блестящая Ирида, так сверкает яркими красками пурпуровый павлин. Повелевший ночи окончиться и дню настать изгнал мрак от этой мученической могилы. Устреми взгляд свой наверх; то, что все приходящие здесь могут узреть, — этот обещанный дар принесен Гонорием. Его образ ты можешь узнать по его облачению и тому, что им сделано; его светлая душа пробуждает радость в сердце зрителя».

Согласно преданию, не внушающему, однако, доверия, этот же папа первый построил церковь S.-Vincenzo и Anastasio ad Aquas Silvias, за porta Paolo, на Via Ardeatina. Из трех уединенно стоящих здесь и возникавших одна за другою базилик, церковь, посвященная названным святым, самая замечательная. Никакая другая римская церковь не производит такого впечатления старины, как церковь S.-Vincenzo и Anastasio, хотя современный ее вид позднейшего происхождения, чем тот, который был придан ей Гонорием, конечно, если только последний действительно был строителем этой церкви. Великий испанский святой, диакон Викентий был предан при Диоклетиане мученической смерти в Сарагоссе, подобно своему соотечественнику Лаврентию, на раскаленной железной решетке. Благодаря этим двум святым Испания заняла почетное место в культе, установившемся в Риме. Анастасии был персидским магом в войске царя Хозроя, но покинул войско, принял христианство в Иерусалиме и вернулся в Персию уже проповедником новой веры. Предание говорит, что победоносный Ираклий отправил голову мученика в Рим. Таким образом алтарь имени этого святого являлся памятником персидских походов великого императора. В те времена монархи добивались от Рима признания некоторых излюбленных ими святых; поэтому епископы, желавшие заслужить расположение монархов, устраивали в Риме алтари таким святым; позднее государи стали уже требовать для своих любимцев кардинальского пурпура. Войны Ираклия были крестовыми походами той эпохи: увенчанный славой император потребовал у персов выдачи того самого креста, на котором, как полагали, был действительно распят

Христос и который в 614 г. был взят из Иерусалима Хозроем; крест этот был возвращен персами и затем доставлен в Иерусалим самим Ираклием в торжественной процессии.

Страстный строитель, Гонорий реставрировал также базилику Св. Панкратия. Этот святой был современником римлянки Агнессы и так же, как она, был предан смерти, когда ему было еще только 14 лет. Явившись в Рим из Фригии вместе со своим дядей Дионисием, он принял крещение на Целии и вскоре же затем был обезглавлен на Via Anrelia как последователь христианского учения. Благочестивая Октавилла похоронила тело юноши тут же, в пуццуоланских пещерах, и в скором времени этот юноша стал одним из самых почитаемых героев христианского Рима. Еще раньше, чем была выстроена Симмахом в 500 г. в катакомбах церковь этому святому, к его могиле уже стекались бесчисленные толпы пилигримов, а его именем даже были названы древние городские ворота, называвшиеся прежде porta Aurelia или Janiculensis. В своей истории готских войн Прокопий уже называет эти ворота porta Sancti Pancratii. К могиле этого святого обыкновенно приходили римляне в тех случаях, когда нужно было дать самую торжественную клятву, так как существовало поверье, что нарушителя клятвы, данной на этой могиле, непременно постигнет небесная кара. Именно этим поверьем, без сомнения, была обусловлена процессия папы Пелагия I, в которой он в сопровождении Нарзеса проследовал от Св. Панкратия к Св. Петру, желая очистить себя от обвинения в том, что он содействовал смерти Вигилия; очевидно, папа должен был в этом случае прежде всего явиться на могилу охранителя святости клятвы.

Рядом с церковью Симмаха Григорий в 594 г. воздвиг монастырь. Гонорий нашел старую базилику разрушенной и возобновил ее в 638 г. Надпись, сделанная внизу мозаики, говорит об этой постройке Гонория, но самого изображения уже не существует, и позднейшие переделки церкви лишают возможности судить о первоначальном ее расположении.

В одном искаженном месте книги пап, где говорится об этом сооружении Гонория, упоминается также, будто бы он устроил мельницы возле городской стены и водопровода Траяна, приводившего воду из Сабатинского озера. Так как мельницы на Яникуле ни в каком случае не могли действовать без воды, которую доставлял именно этот водопровод (он проходил через ворота Панкратия), то это указание может служить подтверждением тому предположению, что водопровод Траяна был восстановлен Велизарием.

Преемником Гонория I, умершего и погребенного 12 октября 638 г. в базилике Св. Петра был римлянин Северин, сын Лабиена. Этот папа не утверждался более года, вероятно, потому, что он долго не решался скрепить своей подписью эктезис патриарха Сергия, составленный в благоприятном смысле для монофелизма.

Прежде чем Северин был утвержден, императорские чиновники уже успели расхитить сокровищницу римской церкви. В ризнице епископского дворца храни, лось не только бесчисленное множество драгоценных предметов, принесенных в дар церкви императорами, консулами и частными лицами, но также и деньги, которые, между прочим, шли на выкуп военнопленных и на подачу милостыни бедным. Полагали, что Гонории собрал здесь несметные богатства, и видимым подтверждением такому мнению были те роскошные постройки, которые возводил Гонории. Экзарх Исаак находился в большом затруднении относительно денег, а между тем императорские войска требовали выдачи им их жалованья; тогда он решил силой овладеть сокровищницей церкви. В Риме тогда находился хартуларий Маврикий, занимавший, вероятно, пост magister militum и начальника войска в Риме. Это «римское войско» получало свое жалованье от Византии, но представляло собою, без сомнения, уже городскую милицию. Вступив сначала в соглашение с знатными римлянами, Маврикий созвал этих солдат-наемников и объявил им, что у Гонория в патриаршем дворце накоплено много богатств, а солдаты все-таки ничего не получают оттуда, между тем как там же скрыто и их жалованье, которое время от времени посылает им император. После таких разъяснений весь народ в городе восстал и, горя желанием получить добычу, бросился в Латеран. Перед нами встает сцена, которая обычно разыгрывалась в Средние века по смерти каждого папы. Дворцовые служащие оказали, однако, мужественное сопротивление; Маврикий же побоялся довести дело до кровавого столкновения. Он продержал Латеран в осаде целых три дня, но затем созвал jurlices, т. е. всех высших чиновников и знатных лиц Рима, и после того, как это собрание обсудило дело, наложил императорские печати на помещение, в котором хранились церковные сокровища. Далее, он предложил экзарху прибыть в Рим лично и самому взять то, что ему захочется. Исаак не заставил себя ждать. Прибыв в Рим, он прогнал из города пресвитеров или кардиналов и затем в течение восьми дней, в которые он оставался в Риме, совершенно разграбил Латеран. Часть награбленного была отдана войскам, другую часть экзарх оставил себе, а третью он отослал императору Ираклию, который, по-видимому, не счел нужным подвергнуть наказанию виновных в этом грабеже.

Экзарх прибыл в Рим под предлогом утверждения избрания Северина, которое, по-видимому, и было оплачено разграблением Латерана, так как немедленно вслед за тем избранный был посвящен, а Исаак вернулся в Равенну. Северин вступил на престол Петра 28 мая 640 г., но занимал его недолго — всего два месяца и 6 дней.

Его преемник Иоанн IV, далматинец, сын схоластика Венантия, был посвящен 25 декабря 640 г. и пробыл папой только один год и 9 месяцев. Памятником ему служит построенная им капелла рядом с латеранской крещальней, о которой мы должны здесь сказать.

Баптистерий S.-Johannis in Fonte возле Латерана первоначально был той единственной капеллой в Риме, где епископы имели обыкновение совершать крещение в Великую Субботу. Она была прообразом всех тех древних крещален, которые устраивались отдельно от церквей, рядом с ними. Согласно преданию, баптистерии Иоанна был перестроен из одной залы дворца, где Константин принял крещение от Сильвестра.

Несомненно же одно, что восемь роскошных порфировых колонн воздвигнуты в этой крещальне Секстом III, и вообще можно думать, что ее современная восьмиугольная форма была придана ей этим же папой (впоследствии крещальня была только надстроена). Позднее Гиларий устроил в ней две часовни, одну в честь Иоанна Крестителя, другую — Евангелиста Иоанна, существующие доныне. Из их мозаик сохранилась небольшая часть на потолке часовни Евангелиста Иоанна: на ней изображены вазы, фрукты, птицы и орнамент — все это языческого стиля, которого мы более уже нигде не встретим. В капелле Крестителя сохранились бронзовые двери. Затем тот же Гиларий построил еще часовню Св. Креста и с другой стороны — часовню Св. Стефана.