Читать онлайн «История города Рима в Средние века». Страница 401

Мы перечислим наиболее значительные ни этих дворянских замков, составляющих важнейшую характерную особенность Рима в XIII и XIV веках, когда аристократия поделила между собой владение городом.

В Трастевере стояли башни родов Папа и Романи, Нормании и Стефанески, к которым позднее присоединилась крепость рода Ангвильяра. На острове Тибра возвышались башни Франджипани, которые в середине XIII века принадлежали префекту Вико. Теперь из мостовых башен осталась только одна.

Ватиканским кварталом, где вокруг базилики Св. Петра стояли маленькие дома, а также и замок Св. Ангела, владели с середины XIII века Орсини, и уже поэтому Николай III составил план постройки своей Ватиканской резиденции, которая, таким образом, находилась в округе его собственного рода. Владея крепостью Св. Ангела, Орсини господствовали над подступами и к Ватикану, и к городу, где они занимали также по эту сторону реки местности Понте и Парионе. Их дворцы находились на Монте-Джиордано и в развалинах театра Помпея на Кампо ди Фиоре. Монте-Джиордано, находившийся вблизи моста Св. Ангела и состоявший из обломков античных зданий, назывался еще в 1286 г., когда на нем уже жили Орсини, Monte Iohannis de Roncionibus и вскоре после того получил свое название от имени Иордана Орсини. В 1334 г. он уже является в виде квартала, обнесенного стенами. Другой замок Орсини на Кампо ди Фиоре, называвшийся Аркапата, был выстроен из гигантских обломков Помпеева театра. Теперь он уничтожен, но должен был находиться на том месте, где теперь стоит дворец Пио. Таким образом, этот аристократический род владел, кроме неизвестного числа домов по обеим сторонам реки, тремя главными укреплениями: замком Ангела, Монте и Аркапата.

Вдоль городского берега реки, в кварталах Понте, Париони, Регола и С.-Анджело до Капитолия возвышались башни многих родов. Массими жили уже там, где находится теперешний их красивый дворец. Маргани и Стации выстроились в цирке Фламиния; Бонфилии, Аматески, Калицуки, Боккападули и Буккамаца жили в соседних кварталах. В театре Марцелла держались еще Пьерлеони, но сила этого рода, родственного Анаклету II, в XIII веке уже настолько стала ничтожной, что имя их почти не появляется в городской истории, однако их главный замок, находившийся в Марцелловом театре, дворец Пьерлеони, перешел к Савелли только в следующем веке.

Большое Марсово поле хотя и представляло много развалин, годных для постройки, но благодаря своему местоположению не отличалось достаточной безопасностью. Этот квартал был подвержен наводнениям от разливов Тибра; он был еще мало заселен и большей частью находился под огородами, почему и лишь редко становился театром городских войн, касавшихся рода Колонна. Род этот господствовал над всей пустынной равниной от Порта дель Пополо до Квиринала, т. е. частью города, отличавшейся своим великолепием при Траяне, Адриане и Антонинах, Главные замки, принадлежавшие Колонна, были на Марсовом поле — Мавзолей Августа и Mons Acceptorii (в настоящее время Монте-Читорио). В руинах стадия Домициана Миллини и Сангвиньи построили еще и теперь стоящие башни, а в квартале Пантеона Синибальди и Кресченци — их укрепленные дворцы.

Но самые большие дворянские замки находились в настоящем Древнем Риме, на холмах, спускавшихся к форуму и к Circus Maximus. Эта местность представляла собою арену средневековой истории города Рима с тех пор, как городская община Установила свое местопребывание в Капитолии. Запустевшие холмы получили вследствие этого новую жизнь и отчасти снова заселились, несмотря на недостаток в воде. На Целии и на Палатине властвовали Франджипани, но Анибальди из Латеранского квартала, где было главное их местопребывание, уже оспаривали у них владение Колизеем, т. е. амфитеатром, значительная часть которого обрушилась во время землетрясения, бывшего 1 июня 1231 г. Септицониум на Палатине, башня Картулария, триумфальные арки Тита и Константина, вероятно, также Arcus Fabianus в местности возле С.-Лоренцо in Miranda, Янус Quadrifrons и башни на большом цирке составляли большое городское владение Франджипани, бывшее часто Убежищем пап и местом их избрания. Эта крепость, окопами которой служили знаменитейшие памятники Древнего Рима, с черными стенами, зубцами и башнями, могла, конечно, быть названа оригинальнейшей на свете и представляла самый необычайный вид.

Палатин и его императорские дворцы находились в совершенном упадке или были заселены только монахами, духовенством и служащими Франджипани. Этот мир развалин должен был представлять в то время величественное зрелище, и сведущий антикварий мог бы еще, вероятно, различить в нем дворцы Августа, Тиберия, Калигулы, Нерона и Домициана. Отрытое лишь в наше время Палатинское ристалище (Stadium) тогда еще должно было быть отчасти видимо. Целий был более населен, чем теперь, потому что еще в 1289 г. там находилась древняя улица, называвшаяся Caput Africae, чем доказывается, что этот холм не был, как думали, безлюдным уже со времени опустошения его Робертом Гюискаром. Квартал вокруг Колизея и по направлению к Латерану был тоже местами населен. В служебнике Ченчиуса по поводу распределения денежных подарков за триумфальные ворота на пути от башни Картуларии до Св. Николая у Колизея обозначены 23 дома, в том числе принадлежащие фамилиям Манчини, Райнучи Булгарелли и Красси. Напротив, от Колизея к Латерану население снова уменьшалось, и от Св. Климента вверх по направлению туда не поименовано ни одного дома.

Авентин, еще населенный во время Оттона III, потом опустевший, был занят родом Савелли. Они уже давно владели дворцом около С.-Сабины, так как Гонорий III подарил часть его доминиканцам для устройства монастыря. Гонорий IV отделал его под свою резиденцию и обнес ее стенами и башнями. Значительные остатки этого замка Савелли, выстроенного в стиле, носящем название saracinesso, сохранились еще и до сих пор. Он оставался главным местопребыванием рода, который впоследствии владел также Марморатой и театром Марцелла. Мармората постоянно носила это название, полученное ею от залежей мрамора, бывших на древней торговой площади, которая, впрочем, была почти совсем засыпана мусором. Здесь, под Авентинским холмом, около реки, находились многие церкви с добавочным названием де Мармората. Гонорий IV хотел вновь заселить Авентин. Он приглашал многих римлян строиться там, но недостаток воды не дал развиться этой савеллиевской колонии.

Многолюднее были склоны Эсквилина, потому что тут находились многопосещаемые церкви вроде С.-Мария Маджиоре, возле которой Николай IV основал папскую резиденцию; затем склоны Квиринала и еще сильно населенная Субура, тогда как Виминал был покрыт пустырями и виноградниками. Развалины отдаленных терм Диоклетиана не привлекли к себе никакой благородной фамилии для постройки там своего замка также, как и заболоченные гигантские бани Каракаллы или преторианский лагерь.

Напротив, могущественные роды владели склонами Квиринала и построили свои укрепления вблизи форума времен империи. В XIII веке именно эта местность была ареной борьбы партий, так как здесь были Пандульфи из Субуры, Капоччи, поселившиеся в термах Траяна, и Конти, тогда как вблизи, в термах Константина, находился четвертый замок Колонна, древнее местопребывание графов Тускуланских. Еще и теперь на этих склонах стоят гигантские остатки двух башен этой величественной эпохи. В то время как другие дворянские замки погибли, «башня графов» и «башня милиции» сохранились в виде значительных остатков, столь же твердых и несокрушимых, как и постройки античного Рима, с которыми они когда-то соперничали.

«Графская башня» (Torre dei Conti) относится к эпохе могущества рода Иннокентия III; честолюбивый Рихард Конти построил ее на средства своего брата папы на древнем форуме Нервы, и отсюда велась борьба против республиканской свободы Рима. Гигантские развалины форумов Августа, Нервы и Цезаря легко были превращены в крепость, и Конти воздвигли ее в виде господствующей над городом цитадели, которая могла держать в страхе и Капитолий, и Франджипанские башни. Постройка этой громадной башни относится к началу правления Иннокентия III. Ничто не доказывает, что она стояла уже многие столетия и была только увеличена Конти. Туфовые четырехугольные плиты служили ее основанием, сделанным из античных остатков, а стены были сложены из обожженного кирпича. Она была четырехугольная и сверх громадного основания состояла из трех суживающихся ярусов с тройной зубчатой надстройкой, которая, казалось, уходила за облака. Она считалась самой великолепной из всех городских башен, даже чудом строительного искусства, но отличалась лишь своей колоссальной величиной, а вовсе не архитектурной красотой. Петрарка, видевший ее раньше, чем землетрясение превратило ее в развалины, оплакивал ее падение, восклицая, что другой подобной ей не было в мире. Поэтому с ней не могла равняться знаменитая Трулья с Авиньонского дворца, которую построил там Иоанн XXII, которого Петрарка в насмешку называет страшным Нимвродом-башнестронтелем. Она пережила многие бури; даже землетрясение 1348 г. разрушило только ее верхний этаж, так как Беноццо Гоццоли еще в XV веке написал картину над ее входною дверью. Только уже Урбан VIII велел ее сломать до размеров теперешних ее остатков.