Читать онлайн «История города Рима в Средние века». Страница 300

В это время Фридрих стоял на вершине своего могущества; имперские права по отношению к Риму были восстановлены; имперский папа был водворен в соборе Св. Петра; григорианская иерархия была упразднена, и с порабощением Италии могла быть снова создана всемирная Римская империя. Но среди этих блестящих успехов на сцену неожиданно выступили ангелы смерти в образе римской лихорадки для того, чтобы, как говорили верующие, спасти папу. Ужасное бедствие положило предел торжеству победителя и дало городам возможность сбросить с себя оковы. Рок, казалось, наложил на Фридриха свою руку, как некогда на Ксеркса. Духовенство могло ликовать: Рим стал вторым Иерусалимом, а император Фридрих ненавистным Сеннахеримом. 2 августа мрачные тучи разразились над городом ливнем, и затем наступил палящий зной; малярия, угрожающая здесь в августе смертью, получила характер чумы. Цвет непобедимого войска погиб бесславной смертью; всадники, пехотинцы и оруженосцы заболевали и умирали, часто неожиданно, едучи или идя по улице; вскоре стало не хватать более сил для погребения умерших. За семь дней Фридрих потерял своих лучших героев; Райнольд Кельнский, Готфрид Шпейерский, Эбергард Регенсбургский, графы нассаусский и Липпе, Фридрих Ротенбургский, многие епископы и князья и бесчисленное множество знатных и простых людей были похищены смертью. Рим точно так же страдал от чумы; люди умирали тысячами, и их трупы бросали в реку. В течение целых столетий город не переживал таких ужасных бедствий, как битва при Monte Porzio и вслед затем чума. Панический страх овладел германцами: карающая рука Господня, говорили они, поразила их за то, что они напали на священный город, жгли церкви и оскверняли христианские храмы, проливая в них кровь.

Преисполненный отчаяния, император снялся с лагеря уже 6 августа и двинулся в путь с остатками своего войска, в котором люди походили на тени. В Витербо он оставил Пасхалия III и римских заложников и затем направился в Пизу; но на дороге у него еще умерло более 2000 людей. Остальные, возвращаясь в Германию, несли смерть с собой на родину или умирали так ж е на пути через Италию, как, например, Acebus Morena и юный герцог Вельф, последний член фамилии Эсте, наследовавший патримонии графини Матильды — Сполето, Тоскану и Сардинию. Такой ужасный конец имела война Фридриха с Римом, у стен которого со времени готов целые народы Германии находили свои безвестные могилы. И, проходя вдоль высоких стен Аврелиана, немец не может не чувствовать душевной боли, когда перед ним встают воспоминания о тяжких испытаниях, пережитых великим городом, и о той крови его предков, которой здесь пропитана каждая горсть земли.

Нельзя не удивляться непоколебимой твердости духа, с которой Фридрих I безостановочно продолжал борьбу с городами, несмотря на несчастье, постигшее его на территории Рима; но ослепление, которое в этом случае проявил император, может вызывать только сожаление. В недолгом времени этому герою предстояло глубоко позавидовать счастью Александра Великого, который не знал Италии и направил свои силы на завоевание далекой Азии. Уже весной 1108 г. Фридрих принужден был бежать из Ломбардии. И между тем, как он истощал силы своего государства в борьбе с более могущественным, чем он, духом времени, папа подчинился требованиям этого времени. Исключительный ход событий привел к тому, что независимость республик была поставлена под охрану церкви и, наоборот, независимость церкви под защиту республик. Если бы содействие установлению гражданской независимости было свободным актом со стороны церкви, это составило бы ее великую славу. Но папы, поддерживая гражданскую независимость в Ломбардии, где ее противником был император, в то же время боролись с ней в Риме, где граждане, отстаивая свою независимость от папской власти, искали опоры у императора. Как бы то ни было, победа, одержанная демократией, спасла папство от схизмы и от императорской диктатуры.

Борьба союза ломбардских городов против Фридриха навеки украсила Италию ореолом благородного эллинского духа. Пышный расцвет гражданской независимости, сменивший эпоху глубокого мрака, составляет самое светлое событие в Средние века. Один только город Рим был обречен катить Сизифов камень и мучительно бороться с непреодолимым роком. Наряду с ломбардцами и их геройской борьбой римляне производят тягостное впечатление своими непрерывными войнами, которые они вели с мелкими соседними городами, желая отомстить на них невыносимый позор постигшего их поражения. В апреле 1168 г. они разорили Альбано, и в этом им помогли Христиан Майнцский и имперский префект. Оба эти лица, несмотря на августовскую катастрофу, стояли еще во главе германской партии в Риме, куда, покинув Витербо, вернулся антипапа. Некоторое время Пасхалий III мог жить в Ватикане, в котором он был принят сенаторами, надеявшимися добиться возвращения заложников, но сам город оставался для Пасхалия недоступным. Опасаясь нового сената, избрание которого должно было состояться 1 ноября 1168 г., Пасхалий принужден был искать приюта в транстеверинском замке Стефана Тебальди, но между тем уже 20 сентября умер, находясь в

Ватикане, после чего место антипапы было занято струмским аббатом Иоанном, получившим имя Каликста III.

И к тому, и к другому папе римляне относились, не проявляя к ним никакого почтения. Будучи довольны вынужденным удалением Александра III из Рима, они тем не менее мирились с присутствием в городе кардинала, его наместника. Последний прилагал старания к тому, чтобы привлечь римлян на сторону Александра, и в то же время Конрад Виттельсбахский в качестве генерала Александра грозил из Беневента нападением на Лациум. Целью вторжения Конрада должен был быть Тускулум, который уже одним своим именем приводил римлян в совершенную ярость и, по их мнению, должен был быть разрушен так же, как Альбано. Но прогнанный обратно графами Чеккано, Конрад не мог подойти к Тускулу, и тогда Райно, последний тускуланский граф, не обращая внимания на права папы, уступил город, которому грозила опасность префекту Иоанну. Последний принял город под свою власть, но римляне решили взять замок приступом, что заставило Иоанна бежать. Тогда Райно снова вернулся, но уже не был принят гражданами, так как они решили отдаться под власть папы, надеясь найти у него помощь; вследствие этого Райно все свои права уступил церкви. Таким образом, 8 августа 1170 г. знаменитый Тускул стал папским владением.

В то время Александр III имел местопребывание в Вероли и вел горячую борьбу с королем Англии из-за архиепископа Кентерберийского Фомы. Желая склонить папу на свою сторону, король подкупал с этой целью римлян; усилия его, однако, были тщетны; не менее безуспешно предоставлял он так же в распоряжение папы свои средства и свою помощь для покорения Рима. Александр принял послов Фридриха, пожелавшего заключить мир, и затем, призваниях им самим, послов ломбардских городов. В это же время явились и греческие послы с возложенными на них новыми предложениями; в своей предупредительности Эммануил Комнен пошел так далеко, что предложил выдать замуж за знаменитого вассала папы Оддо Франджипане свою собственную племянницу. Бракосочетание было торжественно совершено в Вероли; тем не менее Александр не принял предложений греков. Ничем не кончились так же его переговоры с Фридрихом; в Рим Александр, однако, надеялся теперь проникнуть. 17 октября 1170 г. он вступил в сопровождении войска в Тускул. Здесь, в неприступном замке, имея перед своими глазами Рим, знаменитый папа вынужден был оставаться более двух лет, так как римляне не соглашались впустить его в город. Здесь же им было получено известие о злодейском убийстве в Кентербери Фомы Бекета, которое в скором времени должно было стать для папской власти значение могущественным рычагом; но в то время как Александр, принимая послов английского духовенства и короля Генриха, был занят обсуждением самых важных церковных вопросов, его собственное вынужденное нахождение в Латинском замке оказывалось поразительным противоречием с таким значением папства. Христиан Майнцский не переставал теснить папу, и тускуланцам только с помощью большой суммы денег удалось откупиться от Христиана и уговорить отступить от города; не менее беспокоили папу так же римляне, негодовавшие на него за то, что он взял Тускул под свою защиту. В заключение они предложили папе коварный договор, по которому они соглашались принять его к себе, если он дозволит разрушить хотя некоторую часть стен Тускула. Этот договор был скреплен клятвой 800 римских граждан, и тем не менее римляне уничтожили все укрепления ненавистного им города. Обманутый папа не пожелал вернуться в Рим и не покинул беззащитного Тускула, но в начале 1173 г. перебрался в Сеньи, потеряв, по-видимому, всякую надежду, что его изгнанию наступит когда-нибудь конец.