Читать онлайн «История Древней Греции». Страница 176

3. Замирение Греции и убийство Филиппа

Уверенность Демосфена, что Филипп намеревается «уничтожить» Афины, была, таким образом, опровергнута. Слова Филиппа, что он желает лишь сотрудничать, подтверждались его поведением как победителя. В порыве благодарности афиняне даровали гражданство Филиппу и Александру и решили установить статую Филиппа на Агоре. В то же время Демосфена избрали произнести погребальную речь в честь погибших. Через несколько недель после битвы Исократ написал письмо Филиппу. Год назад он сочинил «Панафинеик», в котором восхвалял любимые Афины, «Афины в венке из фиалок», спасшие Грецию. Теперь он заклинал Филиппа «положить конец безумию и имперским амбициям (pleonexia), которые портят взаимоотношения между греками, примирить их и привести к согласию (homonoia) и объявить войну Персии». Он радовался своему долголетию (ему было уже 98 лет), поскольку считал, что его мечты о единстве Греции вот-вот сбудутся. Но он умер до того, как они исполнились.

Находясь в центральной Греции, Филипп постановил, чтобы Совет амфиктионии снизил штраф, наложенный на Фокиду, с 60 до 10 талантов в год, а с Амфиссой, жертвой последней Священной войны, обошелся столь снисходительно, что благодарные амфиссяне, по-видимому, установили в Дельфах статую Филиппа. Из центральной Греции Филипп проследовал на Пелопоннес, где ему воздали почести все государства, кроме Спарты, не позволившей ему вступить в свои пределы. Тогда он прошел через Лаконию в Гитеон, как сделал когда-то Эпаминонд, и отдал часть спартанских земель Аргосу, Мессении и только что воссозданной им Аркадской лиге. Рассудив прочие территориальные споры, он пригласил все греческие государства поздней осенью на совещание. Приглашение приняли все, кроме Спарты; прибывшие на совещание делегаты получили от Филиппа манифест, в котором он обрисовал свои планы по защите интересов Греции. В течение зимы манифест обсуждался по всей стране, Филипп же вывел свою армию в Македонию, вероятно, как и в Кадмии, оставив гарнизоны в Коринфе, Халкиде и Амбракии.

Весной 337 г. организация греческих государств – Греческая лига, или Коринфская лига, как она называется сейчас, – была окончательно ратифицирована на совещании в Коринфе, и каждое государство принесло ей клятву. Членами федеративного союза, который назывался просто «Греки», стали все материковые государства к югу от Олимпа, кроме Спарты, и многие островные государства. Они обязались соблюдать всеобщий мир; применять военные санкции против любого нарушителя мира в соответствии с принципом коллективной безопасности; уважать свободу и независимость каждого члена союза и его государственное устройство, которое могло быть изменено лишь с соблюдением законных процедур; отказаться от казней, перераспределения земельной собственности и других мер подавления, противоречивших существующим законам; бороться с разбойниками и пиратами. Они стремились разорвать порочный круг межгосударственных войн и внутренних революций в отдельных государствах. Правящим органом союза стал Совет греков, члены которого избирались каждым государством в числе, пропорциональном его военно-морской мощи. До нас дошел неполный список членов союза, являющийся приложением к союзному уставу. В союз входили как полисы, так и племенные единицы, образующие одну группу (например, племена, обитающие в окрестностях долины Сперхея), а всего государствам и племенным группам при основании союза принадлежало, вероятно, 100 или больше голосов. Решения совета, принятые большинством голосов, были обязательны для всех его членов. В компетенцию совета входили все стороны деятельности федерации: объявление войны и мира; сбор войск, припасов и налогов; суд над нарушителями федерального устава и их изгнание с территории федерации; назначение арбитров для урегулирования споров и должнностных лиц для поддержания всеобщего мира. Собрания совета должны были проходить в греческих религиозных центрах – Дельфах, Олимпии, Немее и Истме. На каждую сессию из числа советников жребием избирались пять председателей.

Наиболее близкой по своему устройству к этой организации была Полисная лига, образованная в 362/61 г. уже при жизни Филиппа. Федеративный союз был более централизован (поскольку его решения были обязательны для всех членов и не соблюдался принцип одного голоса для каждого государства), но он являлся прямым наследником греческих федеративных образований IV в. Полисная лига не сумела осуществить своих целей, поскольку ей не хватало сильного руководства, а сама она оставалась статичной. На первом регулярном заседании летом 337 г. федеративный союз навечно заключил наступательный и оборонительный союз с Македонским государством, названным в тексте договора как «Филипп и его наследники». Затем он издал совместную декларацию о войне с Персией с целью отомстить за святотатства, совершенные Ксерксом в храмах греческих богов, и единогласно избрал Филиппа как «благодетеля Греции» гегемоном, доверив ему верховное командование силами союза на суше и на море. После объявления войны Персии Филипп стал как бы связующим звеном между Грецией и Македонией. Военные действия проводились «в соответствии с решениями совета и приказами гегемона», а гегемон или его заместитель выполняли роль председателя на сессиях совета. Таким образом, греческие государства, вспомнив о союзе 481 г., который позволил им победить персов, предприняли религиозный военный поход с намерением освободить своих сородичей в Ионии и смыть пятно позора неоднократных вмешательств царя царей во внутренние греческие дела.

После объявления войны члены союза одобрили присутствие македонских гарнизонов в Фивах, Халкиде, Амбракии и Коринфе, а Филипп начал сбор войск по всей Греции. Весной 336 г. авангард, насчитывавший не менее 10 тысяч бойцов, под командой Пармениона и Аттала и при поддержке флота пересек Геллеспонт. Главная часть армии под командованием Филиппа должна была прибыть осенью. Ментор, вице-царь Малой Азии, умер, а его брат Мемнон унаследовал от него лишь военную власть. В Сузах командир дворцовой стражи Багоас в 338 г. отравил Артаксеркса Оха, в 336 г. его сына Арсеса, но и сам был отравлен Дарием Кодоманном (ок. мая 336 г.). Армию вторжения приветствовали Кизик и другие греческие города, восставшие против персов. Эфесяне установили статую Филиппа в храме Артемиды, а Пиксодар, сатрап Карии, предложил свою дочь Арридею в жены сыну Филиппа. Тем временем в Афинах сторонники и противники сотрудничества с Македонией осыпали друг друга обвинениями. Что касается внутренних дел, Ликург пытался восстановить финансы государства. В 337 г. Демосфен был избран верховным распорядителем Праздничного фонда, в котором снова скапливались избыточные поступления, и добился от народного собрания одобрения восстановительных работ по укреплению Пирея. В начале 336 г. предложение Ктесифона даровать Демосфену золотой венец на Дионисиях было отвергнуто Эсхином как незаконное, и народное собрание воздало почести македонскому полководцу Алкимаху. Когда Филипп потребовал для кампании против Персии конное войско и триремы, Фокион убедил народное собрание выслать их незамедлительно. При получении сообщения, что в июле 336 г. дочь Филиппа Клеопатра выйдет замуж за Александра Молосского, афиняне послали Филиппу золотую корону и выразили свою готовность выдать ему всякого, кто, замыслив покушение на его жизнь, нашел бы прибежище в городе. Таким образом, демократия продолжала колебаться между оппозицией и сотрудничеством.

Полигамия, вероятно, была традицией у македонских монархов. Аминт, отец Филиппа, имел не менее шести сыновей от двух браков и тем самым гарантировал передачу престола в рамках царской семьи. У Филиппа было шесть жен, но лишь двое сыновей – первенец от Олимпиады Александр и сын Филинны Арридей, больной эпилепсией. Олимпиада, гречанка из царского рода, называлась царицей, и Александр считался наследником престола. Если бы Филипп и Александр погибли в грядущей азиатской кампании, то ни Арридей, ни Аминт, сын Пердикки, при котором Филипп первоначально был регентом, не заслуживали престола. Вероятно, в надежде иметь еще одного сына Филипп в 337 г. женился на Клеопатре, племяннице знатного македонянина Аттала. Этот брак, однако, привел к отчуждению Олимпиады и Александра, которые покинули двор, но были возвращены к нему Филиппом в 336 г.; дочь Олимпиады Клеопатру выдавали замуж за Александра Молосского именно в знак примирения. Во время свадебных торжеств Филипп появился в театре в Эгах без телохранителей и был убит знатным юношей Павсанием, которым двигала личная вражда, а не какие-либо политические мотивы. Тело 45-летнего царя было погребено в гробнице македонских царей, а его сына Александра народ провозгласил царем Македонии.

Военные и дипломатические достижения Филиппа были очевидны его современникам. На их глазах слабое Македонское царство достигло такого могущества, какого еще никогда не знало ни одно европейское государство. Исократ полагал, что по сравнению с таким деянием покорение Персии будет менее трудной задачей. Историк Теопомп, при своей жизни увидевший завоевание Персии, писал, что никогда еще в Европе не рождался такой человек, как Филипп, сын Аминта, и что вся Европа оказалась бы под его властью, если бы он продолжал соблюдать принципы своей политики. Те, кому не нравилось, как Филипп обошелся с Грецией, не отрицали его успехов на Балканах, где он создал оплот против кочевых народов Северной Европы, остававшийся несокрушимым в течение нескольких столетий. Филипп стал творцом великого Македонского государства. Не разрушая его институтов и не исчерпав людских резервов, а, напротив, укрепив и расширив те и другие, Филипп увеличил пределы своих владений от Адриатического до Черного моря и от Дуная до границ Лаконии. Несмотря на скорость, с какой росла македонская нация, она сохранила достаточную силу, чтобы выдержать напряжение кампаний Александра в Азии и остаться главным бастионом на Балканах.