Читать онлайн «История Древней Греции». Страница 115

Успехи Сиракуз в борьбе с Этрурией и Дукетием раззадорили амбиции демократического режима. В 446 г. Сиракузы напали на Акрагант, второй по величине город в Сицилии, и в ходе борьбы вернули Дукетия, чтобы основать совместную греко-сикелскую колонию в КалеАкте, где имелся ценный корабельный лес. Вскоре Сиракузы и их союзники нанесли жестокое поражение Акраганту и его союзникам – в бою погибло более тысячи акрагантцев. Дукетий пытался восстановить сикелский союз, но в 440 г. умер своей смертью. Сиракузы и их союзники продолжили покорение сикелов и обратили в рабство уцелевших защитников последнего их оплота на равнинах. После этого Сиракузы стали крупнейшим государством в Сицилии. Они претендовали на гегемонию над многими греческими государствами и собирали дань с городов сикелов. Разбогатевший город удвоил свои кавалерийские силы, построил флот из 100 трирем и накопил крупные финансовые ресурсы. Целью Сиракуз стало завоевать всю Сицилию. Сиракузы своими методами напоминали Афины, амбиции которых уже дали о себе знать на западе.

Заключив союзы с Сегестой в 458/57 г. и с Галикиями, Леонтинами и Регием в 454/53 г., Афины оказались в оппозиции Сиракузам – лидирующему дорийскому полису. Афинская колония в Фуриях (южная Италия) служила для нейтрализации Тарента, дочернего полиса Спарты. Когда разразилась Пелопоннесская война, Сиракузы, Тарент и их сателлиты объявили о своей поддержке Спартанского союза и увеличили экспорт зерна на Пелопоннес. Вскоре они оказались вовлечены в войну: Сиракузы и их союзники напали на Леонтины и дружественные им полисы, в которые входили Камарина и Регий, и в 427 г. Афины прислали 20 кораблей, чтобы помочь им и привлечь на свою сторону сикелов. Поначалу Сиракузы и их союзники – особенно Локры в южной Италии и Мессана на сицилийской стороне пролива – потерпели ряд поражений, но вскоре Сиракузы оказались на высоте положения. Они сумели разбить афинский флот, заманив его близко к берегу и цепляя вражеские корабли железными крючьями. Когда Афины в 425 г. прислали подкрепление из 40 кораблей, даже их союзники начали опасаться возможной афинской экспансии. На совещании делегатов от сицилийских городов, проходившем в Геле в 424 г., Гермократ Сиракузский убедил сицилийцев помириться друг с другом и изгнать афинян с острова. Сиракузы снова подтвердили свои претензии на лидерство, отстояв независимость Сицилии от заморской державы.

Однако единство Сицилии так и осталось мечтой. Вражда между полисами пустила слишком глубокие корни. Война увеличила пропасть между богатыми и бедными, а это зачастую вело к гражданским войнам. В Леонтинах демократы предложили провести передел земли, и олигархи обратились за помощью к Сиракузам; тогда в Леонтинах, как и в Керкире, произошел раскол на две враждебные группы. Мессану также раздирала гражданская война, и одна из партий на некоторое время сдала город Локрам. В 422 г. Афины послали Феакса во главе дипломатической миссии в Италию и Сицилию, надеясь сколотить коалицию против Сиракуз. Феакса хорошо приняли в Акраганте, Камарине, Локрах и у сикелов, но он нигде не добился успеха. Он вернулся домой, когда уже шли переговоры о Никиевом мире. Тем временем греческие полисы из-за взаимных раздоров становились добычей соседей. В 421 г. были разрушены Кумы, форпост эллинизма на севере, и на их месте поселились кампанцы.

Многие члены Спартанского союза были разочарованы, и Коринф взял инициативу в свои руки. Он начал заигрывать с Аргосом, сильным демократическим полисом, который в течение войны пользовался преимуществами нейтралитета и свободы от блокады. По предложению коринфских послов, возвращавшихся с совещания союзников Спарты, аргосское народное собрание избрало двенадцать представителей, наделив их полномочиями заключать тайные союзы с любыми греческими государствами, за исключением Афин и Спарты. Если они все-таки пожелали бы вступить в переговоры с Афинами или Спартой, то сперва им необходимо было проконсультироваться с аргосским народным собранием. Затем аргосские представители пригласили греческие государства вступить в союз с Аргосом. Они надеялись создать Аргосскую коалицию за счет Спартанского союза. Первыми приглашение приняли демократические Элида и Мантинея, так как во время войны они напали на ближайших соседей и теперь ожидали репрессий со стороны Спарты. Затем к Аргосу присоединился Коринф и его союзники – халкидянские государства. После этого Коринф и Аргос пригласили в союз Тегею, но та отказалась, так как Тегея и Мантинея только что воевали друг с другом. Мегара и Беотийская лига отклонили все приглашения; их олигархические правительства не доверяли аргосской демократии. В итоге Аргосская коалиция состояла лишь из Мантинеи, Элиды и Коринфа, а также союзников Мантинеи и халкидянских союзников Коринфа. Их силы явно были недостаточными, чтобы бросить вызов объединенным силам Спарты и Афин. Поэтому коалиция оставалась тайной и неофициальной.

Однако Спарта была в курсе происходящего. Летом 421 г. она вторглась в Паррасию и освободила ее – эта область в южной Аркадии находилась под властью Мантинеи. Аргос в ответ всего лишь разместил в Мантинее гарнизон, опасаясь афино-спартанского союза. Спарта делала все, что в ее силах, чтобы сохранить союз с Афинами. Она освободила афинских пленных, вывела войска из Амфиполя, Халкидики и Боттиеи и пыталась убедить своих упрямых союзников присоединиться к мирному договору. Афины освободили спартанских пленных, но удержали за собой Пилос до возвращения согласно договору Амфиполя и Панакта. После очередных спартанских представлений они удалили из Пилоса мессенийцев и беглых илотов и поместили там афинский гарнизон. Но ничего больше они не собирались делать, пока спартанцы не убедили своих упрямых союзников подписать Никиев мир. Афины даже считали, что Спарте следует пригрозить своим союзникам напасть на них совместно с афинянами. Но такой шаг разрушил бы Спартанский союз, и спартанские власти не могли на это пойти.

Зимой 421/20 г., когда стала ясна непрочность союза с Афинами, новые спартанские эфоры начали тайные переговоры с некоторыми должностными лицами Коринфа и Беотийской лиги. Они разработали следующий план: Беотийская лига уступит Спарте Панакт, который можно будет обменять на Пилос; затем Беотийская лига вступит в союз с Аргосом; и, наконец, Коринф и Беотийская лига настроят Аргосский союз против Афин и склонят его к сотрудничеству со Спартой. Но этот план провалился, поскольку беотийские представители не могли раскрыть его тайную цель правящему органу Беотийской лиги. Тогда Спарта приступила к осуществлению нового плана. В обмен на Панакт и на афинян, удерживавшихся в Беотии в качестве военнопленных, Спарта в феврале 420 г. заключила союз с Беотийской лигой. Поскольку Беотия все еще формально вела войну с Афинами (их взаимоотношения определялись перемирием, возобновлявшимся раз в десять дней), а Спарта и Афины обязались заключать мир лишь совместно, этот шаг Спарты поставил под угрозу афино-спартанский союз. Однако Спарта надеялась спасти союз, уступив Афинам Панакт и пленных в обмен на Пилос. Но и этот план не удался, так как Беотийская лига разрушила Панакт до основания, прежде чем передать его Спарте. Аргос также расстроил планы Спарты. Опасаясь, что ему придется иметь дело с коалицией Спарты, Афин и Беотийской лиги, он отправил в Спарту послов просить о пятидесятилетнем перемирии.

На этом этапе в игру включились Афины. Еще с весны 421 г. они вели операции в Халкидике. Скиона пала летом 421 г. после двухлетней осады; все взрослые мужчины были казнены, а остальное население продано в рабство. Подобная жестокость (как предвидел Диодот в 427 г.) лишь прибавила решимости другим восставшим полисам сопротивляться до конца. Халкидяне даже добились успеха, захватив два полиса, союзные Афинам, и афинский гарнизон; Амфиполь по-прежнему сохранял независимость. Афинский народ с восторгом приветствовал Никиев мир, надеясь избавиться от бремени войны и спокойно вернуться на свои поля. Никия прославляли как посланца удачи. Но надежды народа не сбылись. Беотия, Мегара и Коринф номинально продолжали войну с Афинами и угрожали их границам. Немало афинян оставалось в плену. Панакт, Амфиполь и повстанцы в Халкидике и Боттиее не сдались, а Спарта нарушила условия союза с Афинами, сепаратно заключив союз с Беотийской лигой. Позиции Никия отчасти пошатнулись. Тем не менее он не отступился от своей политики сохранения мира и союза со Спартой, благодаря которой Афины были ограждены от нападения и могли восстановить свои силы, позволив Спарте запутаться в отношениях с враждебным Аргосом и взбунтовавшимися союзниками. Достоинством политики Никия была ее осторожность. Он имел основания считать, что Спарта не сможет восстановить свой союз и в то же время избежать войны с Аргосом; а затем, если война разразится, Афины могут встать на ту сторону, на какую пожелают.