Читать онлайн «ТЕРРОР ПОСЛЕ 1917. СУПЕРТЕРРОР. СОПРОТИВЛЕНИЕ. Том 6.». Страница 107

А в апреле 1920 года Всероссийский сионистский конгресс был Советской властью разогнан, ибо Центрожид не хотел, чтобы евреи уезжали из России в Палестину, ведь уже был запущен проект строительства Израиля в Крыму, и нечего было обсуждать.

Ранее мы видели — как в тяжёлый для Советской власти период во время наступления армий Деникина произошла солидаризация многих еврейских организаций с Советской властью, которые пришли к ней на помощь и пополнили её кадры, более половины 400-тысячной организации Бунда влилось в ленинский аппарат управления захваченной Россией. А. Солженицын в своем исследовании цитирует признание Российской Еврейской Энциклопедии: «Укреплению позиции евсекции способствовал распад ряда старых еврейских политических партий. Бунд, сионисты-социалисты и поалейционисты раскололись, и значительная часть их вождей перешла в лагерь победителей и отреклась от идей демократического социализма».

Легкость, с какой многие еврейские деятели переходили в управленческую партию Ленина просто потрясает и приводит к мысли о большой условности ярлыков: меньшевик, эсер, сионист и т.п. В этом исследовании уже не раз приводились фамилии лидеров Бунда, перешедших на работу к Ленину, можно ещё напомнить: М. Рафес, А. Вайнштейн, М. Литваков, М. Фрумкин-Эстерь, Израиль и Григорий Леплевские, Соломон Котляр, Абрам Хейфец, Давид Заславский и т.д.

«Немало мы знаем и меньшевиков, перешедших к большевикам. — отмечает Солженицын. — «Примкнул» Борис Магидов (пошёл сразу!) начальником политотделов 1-й армии, затем всего Донбасса, секретарем Полтавского, Самарского губкомов.) Прямые перебежчики были: Абрам Деборин (пошёл по вершинам красной профессуры, и всем нам морочил голову диаматом — истматом); Александр Гойбарг. Из перемётчика от эсеров можно отметить Якова Лившица (с 1919 г. — зампред Черниговской Губчека, потом Харьковской, затем и председатель Киевской Губчека). Из перебежчиков от анархокоммунистов выделился Лазарь Коган, который возглавил армейский особый отдел, затем был пом. Нач. войск ВЧК, а с 1930 — начальник ГУЛага, с 1931 — возглавил Беломорстрой НКВД».

Желающие могут найти много интересных подобных биографий в исследовании А. Солженицына. В этих биографиях еврейских деятелей в России бросается в глаза не только лёгкость перехода, но и, во-вторых, — доверие им сразу высоких постов в Советской власти, и в-третьих, — сколько эти демократы всех названий кричали о свободе, правах граждан и т. д., — а когда переходили на работу в Центрожид, то становились кровавыми палачами россиян.

Еврейская национальная партия «Фарейникте» перешла на службу к Бронштейну и Ленину и стала называться «Комфарейнике». Те же представители еврейских организаций, которые не выразили полную солидарность с Лениным и Бронштейном и не пошли к ним служить — подвергались различного рода гонениям и репрессиям или получали предложение на должность, «от которого невозможно отказаться». Например, из дневников С.М. Дубнова можно узнать, что ему Советская власть предлагала различные должности в университетах, но он мягко от этих предложений уклонялся. А когда в ходе зачисток Ленин и Бронштейн решили весной 1922 года поставить последнюю точку в своей властной монополии и «построить» самых строптивых бундовцев, и начальник 8-го спецотдела СО ГПУ Бренер арестовал Гоца, Ратнера, Герштейна, Гендельмана и примкнувшего к ним Тимофеева и некоторых русских прилипал, то С.М. Дубнов не стал искушать судьбу и вместе с другими добровольно покинул Россию, к нашему большому сожалению, ибо в нашем исследовании истории России он был ценным авторитетным свидетелем. Зато благодаря ему, мы узнаем лучше о процессах, происходящих в Германии.

Также покинул Россию один из первых лиц начала революции — меньшевик Карл Чхеидзе. А вот известную революционерку-кадетку Кускову Екатерину Дмитриевну (1869-1958 гг.), которая в 1921 году пыталась спасти свой русский народ от голода, и была организатором гуманитарной организации «Всероссийского комитета помощи голодающим» — «Помгола», Ленин за «вредную деятельность» выслал из России. А сам «Помгол» «за ненадобностью» летом 1921 года в самый разгар смертельного голода закрыл. С этим страшным голодом получилась омерзительная история.

Повторюсь — авторы всех современных учебников для школьников и студентов пишут, что страшный голод в России в 1921 году начался по причине случившегося неурожая в 1921 году. Это вранье перешло в нашу эпоху с советских времен. Во-первых, если бы в 1921 году был неурожай, то голод начался бы через несколько месяцев после сбора урожая осенью 1921 года — зимой 1922 года, а голод начался с начала весны 1921 года. Во-вторых, в 1921 году не было зафиксировано никаких документов, сводок, свидетельствующих о засухе в стране или затоплениях, градах, саранче и других природных и сельскохозяйственных бедствиях. В-третьих, и главное — откуда взяться этому урожаю, — если:

1) после более трех лет жесткой продразверстки-грабежа, — когда у крестьян не осталось ни семенного материала, ни скота для разведения, и как указывалось выше в цифрах — ни лошадей для работы и разведения;

2) после ликвидации Лениным торговли ещё в конце 1917 года, — после чего у крестьян отпал весь смысл производить излишки и рисковать — везти на закрытые городские рынки и продавать из-под полы;

3) после трехлетней Гражданской войны, — когда три года вытаптывались многочисленными армиями с обеих сторон и всякими третьими силами, типа Нестора Махно, огромное количество полей и урожая, а для нужд армий проводились насильственные реквизиции продовольствия и живого скота;

4) после того, как в начале 1919 года в самых урожайных районах России — на Кубани, Дону и в казачьих областях предгорьях Северного Кавказа начался Холокост, в результате которого были уничтожены миллионы крестьян-казаков, а оставшихся в живых выгнали с этих территорий, — в результате чего эти плодородные земли два года не засеивались, и никто там не выращивал скот.

А, несмотря на большевикскую программу насильственного переселения-заселения этих земель крестьянами из других областей — она так и не была реализована.

5) А кроме пустующих Дона, Кубани и территорий Терского казачества, почти во всех оставшихся областях прокатились в 1920-1921 годах большие крестьянские восстания, — опять в течение двух лет вытаптывались поля и урожай, опять полностью изымалось у крестьян всё продовольствие, а самим крестьянам в этот период было не до работы, плюс — огромное количество землепашцев и скотоводов были убиты в боях, задушены военными газами, расстреляны карательными отрядами и сосланы в концлагеря.

6) Как косвенное доказательство предыдущих пунктов, — почему такого «неурожая» и страшного голода не было в соседних с Россией землях: белорусских, прибалтийских, молдавских, и даже в украинских, где советская власть была установлена к середине 1920 года. Я родом из Белоруссии, и мои обе бабушки рассказывали мне — как в эти годы из России: из псковщины, смоленщины, брянщины тянулись в Белоруссию потоки изможденных сильно исхудавших людей с детьми и просили у белорусских крестьян хлеба, просились на любую работу за еду, умоляли взять себе на пропитание хотя бы одного ребенка, и довольно благополучные белорусские крестьяне, особенно в Западной Белоруссии, у которых черноземов в природе нет, помогали русским, доведенным захватчиками до голодной смерти, чем могли.

Это был «накопленный» несколькими годами подряд Лениным и Гражданской войной голод, на этот раз Ленин со своими захватчиками погубил ещё около 3—4-х миллионов русских людей. Даже существует подозрение, что этот свой любимый метод, который Ленин стал применять уже с конца 1917 года, он применил в наказание крестьян, мстя им за последние большие восстания, ограбив их в конце 1920-го года «до нитки». Сколько ещё может продолжаться эта возмутительная наглая Ложь о неурожае 1921 года?! Ещё 90 лет?!

И Ленин прекрасно понимал причины голода и ближайшие ужасные перспективы, если он будет принципиально упорно придерживаться старых своих методов управления, поэтому он уже задолго до Кронштадтского восстания стал обдумывать изменения, другую политику — «нэп».

Казалось бы, Гражданская война закончилась, прорыв с «мировой революцией» в Европу не получился, и Ленин мог сконцентрировать все усилия на борьбу с голодом. Ведь во время ужасного голода 1921-1922 гг. в России пострадало по различным данным около 33-36 миллионов людей, из них несколько миллионов погибло от голода. Точное количество погибших неизвестно, так как Центрожид скрывал информацию, да и никто не считал погибших.

И, извините, ни в одном источнике или исследовании вы не встретите информацию, что в это время в России страдали от голода 5 миллионов евреев, которые уж точно хлеб не выращивали.

Можно представить себе удовлетворение Лейбы Бронштейна, — когда он читал сводки из различных областей России о трагическом голоде, например сводку ГПУ по Самарской губернии от 3 января 1922 года: «Наблюдается голодание. Наблюдается, детей не носят на кладбище, оставляют для пищи» (И.П. Ковалёв, «Русский Вестник» № 43-44, г. Минск, 2002 г.). Гражданская война закончилась, но кошмар в России продолжался. Напомню — когда делегация церковно-приходских советов Москвы во главе с профессором Кузнецовым обратилась к Бронштейну-Троцкому, как к главному руководителю новой власти (как они считали) с просьбой принять какие-либо спасительные меры, так как москвичи начинают умирать от голода, то этот фашист-коммунист им ответил: «Это не голод. Когда Тит брал Иерусалим, еврейские матери ели своих детей. Вот когда я заставлю ваших матерей есть своих детей, тогда вы можете прийти и сказать: мы голодаем». Теперь мечта Бронштейна-Троцкого сбылась.