Читать онлайн «Популярная история евреев». Страница 86

Привлекательность этой теории для простых евреев состояла в том, что она позволяла им верить, будто они держат свою судьбу в собственных руках. Некогда в древности они сражались с язычниками и со злом и проиграли. В Средние века они пассивно воспринимали все несправедливости, обращенные к ним, и ничего не произошло, их затруднительное положение лишь усугубилось. Теперь же им говорили, что они – действующие лица в космической драме, причем чем крупнее катастрофы, в которые вовлечены евреи, тем больше уверенность в том, что драма приближается к кризису. Они же самим своим благочестием могут ускорить разрешение кризиса, подняв великую волну молитв и преданности, на которой мессия вознесется к триумфу.

При всем при том на распространение мессианской каббалы среди еврейских масс потребовалось свыше столетия. Одна из причин, почему Маймонид был противником всяческих спекуляций относительно мессии и пытался описать мессианскую эпоху как таковую рациональным, почти обычным образом, а именно, как время, когда все евреи будут старательно заниматься богословием, состояла в том, что он боялся, как бы те, кого он называл чернью, не кинулись приветствовать и славить лжемессию, а после не впали в деморализующее разочарование. И его опасения оказались не напрасными. Изгнания 1492 года люди считали «родовыми схватками», предшествующими появлению мессии. В 1500—1502 годах в Северной Италии раввин Ашер Лемлейн сулил близкое Пришествие. Стали возникать и всяческие «мессии». В 1523 году некий располагающий к себе молодой человек, возможно, еврей-фаллаш из Эфиопии, появился в Венеции. Одна из его «легенд» состояла в том, что он – потомок царя Давида. Согласно другой, его отец был не кто иной, как царь Соломон, а брат – царь Иосиф, правитель исчезнувших племен: сынов Рувимовых, сынов Гадовых и половины колена Манассиина. Поэтому его называли Давидом из Рувимовых. Ему удалось привлечь на свою сторону многих евреев и даже на некоторое время кое-кого из христианских властителей. Но кончил он свои дни в испанской тюрьме. Его истории вдохновили другого самозванца, Соломона Молко, на то, чтобы он объявил себя мессией в Риме в 1530 году. Через два года его сожгли заживо.

Эти фиаско, а также и другие подобные истории разочаровали образованных людей в возможности использовать каббалистические методы, чтобы выявить признаки близящегося Спасения. Придя в Сафед, Иосиф Каро сознательно игнорировал каббалу как в академической, так и в популярной версии своего кодекса и не сделал ровным счетом ничего, чтобы поддержать рассуждения насчет мессианства. Однако кроме того, он написал некий мистический дневник, в котором фигурирует чудесный ментор, или маггид – персонификация Мишны. Большинство раввинов довольно прохладно относились к мессианству, поскольку было совершенно неясно, какую роль предстоит играть раввинам в Мессианскую эпоху (и предстоит ли играть вообще). Первый ученик Лурии, Хаим Виталь (1542—1620), даже и не попытался донести теорию своего учителя до масс. Последние годы своей долгой жизни он потратил на то, чтобы скрыть основные его уроки. Впрочем, в своей «Книге видений», которую он завершил в 1610—1612 гг., автобиографической работе, отражающей полувековую историю сновидений, он открыто заявляет, что, по его мнению, Лурия заслуживал того, чтобы стать мессией, да и он сам тоже мог претендовать на это звание. Вспоминая один из снов, он рассказывает: «Я услышал голос, который громко объявляет: «Мессия приидет, мессия стоит предо мной». Он протрубил в рог, и вокруг него собрались тысячи и десятки тысяч израильтян. Он сказал нам: «Идем со мной, и ты увидишь отмщение за разрушенный Храм». В дальнейшем, к 30-м годам XVII века, основная часть учения Лурии, подвергнутая ревизии Виталем и другим видным учеником мэтра, Иосифом ибн Табулом, была напечатана и пользовалась успехом у читателей.

Из Сафеда каббала в ее лурианском варианте постепенно распространилась по еврейским общинам в Турции, на Балканах и в Восточной Европе. В Польше, где еврейские типографии существовали в Люблине и других местах, ее воздействие было и сильным и широко распространенным. К концу XVI века она уже считалась там нормативной частью иудаизма. Раввин Иоиль Сиркес в своем респонсуме объявил, что «тот, кто возражает против науки каббалы… подлежит бойкоту». В течение первой половины XVII века в битком набитых еврейских штетлях и гетто Польши, Литвы и Украины эта форма иудаизма, чьи вариации лежали в диапазоне от изощренного мистицизма и аскетического благочестия с одной стороны, до глупых суеверий – с другой, стала преобладать.

Многие суеверия гетто были очень древними. Хотя Библия, как таковая, на удивление свободна от историй, посвященных ангелам и дьяволам, они начали просачиваться в иудаизм начиная с ранне-раввинистского периода и приобрели официальный статус в аггаде. Волшебные истории, посвященные Лурии, воспроизводили рассказы о древних мудрецах. Илия, подобно Лурии, мог понимать, о чем говорят между собой птицы и вообще животные, и даже деревья и облака. Мудрецы распространяли всякого рода поучительные истории. Так, об ученике Илии, Иоане бен Заккан, говорили, что «он знал притчи о прачках и басни о лисе». Раввин Меир был известен тем, что знал 300 басен о лисе. Именно с легкой руки мудрецов в иудаизме появились дьяволы. Определенная сложность была связана, разумеется, с тем, что Библия осуждала колдовство (см., например, «Исход», 22:18: «Ворожеи не оставляй в живых»), а согласно иудаистским верованиям все происходит исключительно по воле Божьей, что исключает какой бы то ни было дуализм; несмотря на это, в текстах встречаются отголоски древней черной и белой магии и даже намеки на допустимость их использования. Так, колокольчики на рясе первосвященника должны были отгонять демонов; таково же назначение амулетов, которые признаются даже самыми благочестивыми. В Библии фигурирует не так уж много демонов, но, тем не менее, они встречаются: бог смерти Мевет, похитительница детей Лилит (иногда – сова), бог чумы Решев, другой бог болезней – Девер, Вельзевул – глава демонов, Сатана – над всеми силами, противостоящими Богу, Азазелло – божественный козел отпущения в пустыне. Так что внедрение демонов в иудаизм в период между 150 годом до н.э. и 300 годом н.э. имело прецедент. Само собой разумеется, что Илия мог понимать и язык демонов тоже. Демоны могли сильно отличаться друг от друга, хотя, согласно Исааку из Аккры, у них у всех отсутствуют большие пальцы. Некоторые, подобно Сатане и Вельзевулу, являются серьезными, грозными противниками. Некоторые представляют собой духов зла, нечестивости и называются в Талмуде руах тезазит. Они проникают в человека, овладевают им и говорят его ртом. Каббалистическая литература, написанная последователями Лурии, полна рассказов об этих омерзительных созданиях, которых в гетто евреев-ашкенази, особенно в Польше, называли диббуками. Литература также содержала наставления, как они могут быть изгнаны святым и ученым человеком, баал-шемом, который спасает несчастную душу, пользуясь одной из «искр» Лурии. Были также демоны полтергейста, называемые кесилим или лезим, которые швыряют предметы, и в частности, могут при этом попасть в людей, которые оставляют святые книги открытыми. Кроме демонов мужского пола, были еще и дьяволицы вроде Лилит; одна из них – царица Шебы. Евреи в гетто верили, что на стыке времен года опасно пить воду, потому что именно в это время дьяволицы капают в колодцы и потоки своей мерзкой менструальной кровью.

Чтобы победить этих демонов, требуется армия ангелов. Они тоже фигурируют в ряде мест Библии. У ангелов вроде Михаила, Гавриила, Рафаила и Метатрона был специальный алфавит на основе то ли древней клинописи, то ли староеврейского письма, в состав букв которого входили маленькие кружочки, похожие на глазки. Такие буквы изображали на всяких амулетах и талисманах, предназначенных для отпугивания демонов. Того же результата можно было добиться, произнося определенные комбинации букв. Одна из них, абракадабра, означала имя демона на арамейском языке; другая, шабрири, относилась к демону слепоты. Колдовство, основанное на использовании специальных заклинаний, составленных из секретных имен Бога и ангелов, было известно как «практическая каббала». Теоретически этой разновидностью белой магии могли пользоваться лишь люди великой святости. На практике же ее формулы имели широкое хождение в гетто. Существовала также черная магия, основанная на использовании «нечестивых имен». Согласно Зогару, источником этой запретной магии были листья с Древа Познания (см. Книгу Бытия). Падшие ангелы Азаил и Аза научили ей странников, которые посетили горы Тьмы. Добродетельные каббалисты имели право обучаться такого рода искусству, но только в теоретических целях. На практике же подобные заклинания также употреблялись в гетто.