Читать онлайн «Популярная история евреев». Страница 168

Тем не менее, сами грандиозные масштабы Холокоста привели к тому, что международное сообщество стало качественно менять свое отношение к насилию, совершенному в отношении евреев. Были приняты два важных решения – о необходимости наказания и о необходимости реституции, и в какой-то мере оба они были проведены в жизнь. 20 ноября 1945 г. в Нюрнберге начались судебные процессы над военными преступниками, причем главным элементом обвинения было «окончательное решение». Суд над главными нацистскими лидерами завершился 1 октября 1946 г., в День Искупления; 12 подсудимых были приговорены к смертной казни, трое – к пожизненному заключению, четверо – к различным срокам тюрьмы, трое оправданы. Затем последовали еще 12 крупных процессов над нацистскими преступниками, известных под названием «Последующих Нюрнбергских процессов»; в четырех из них основным было обвинение в планировании и проведении в жизнь «окончательного решения». В этих 12 процессах приговор был вынесен 177 нацистам. 12 из них были приговорены к смертной казни, 25 – к пожизненному заключению, остальные – к длительным срокам заключения. Впоследствии было еще много процессов в трех западных оккупационных зонах, и почти во всех фигурировали зверства против евреев. Между 1945 и 1946 гг. были вынесены обвинительные приговоры 5025 нацистам, из которых 806 получили смертный приговор. Впрочем, казнь свершилась лишь в 486 случаях. Более того, амнистия, объявленная в 1951 г. американским Верховным комиссаром в Германии, привела к досрочному освобождению многих видных военных преступников, находившихся в руках американцев. Комиссия ООН по военным преступлениям подготовила списки из 36 529 военных преступников (включая японцев), большинство из которых участвовали в зверствах по отношению к евреям. 3470 из этого списка предстали перед судом в 8 союзных странах в течение первых трех лет после окончания войны; 952 были приговорены к казни, 1905 – к тюремному заключению.

Почти во всех странах – участницах войны состоялось большое количество процессов над военными преступниками. Из 150 000 подсудимых обвинительный приговор получили свыше 100 000, причем многие – за преступления, направленные против евреев. Многие тысячи нацистов и их союзников, участвовавших в «окончательном решении», поглотил Архипелаг Гулаг. Когда в 1945 г. стали вновь функционировать немецкие суды, они тоже взялись за дела о военных преступлениях и за первую четверть века вынесли смертный приговор 12, к пожизненному заключению приговорили 98 и 6000 – к различным срокам. С созданием в 1948 г. Израиля он тоже смог (как мы это увидим) принять участие в процессе возмездия. Процесс поиска и наказания нацистских военных преступников продолжался еще в конце 80-х годов, более чем через 40 лет после окончания Холокоста, и у него есть шансы на продолжение в течение еще десятилетия; правда, в конце этого срока большинство преступников уже умрет или будет находиться в весьма преклонном возрасте. Никто, увы, не сможет сказать, что справедливость полностью восторжествовала. Ряд главных исполнителей «окончательного решения» скрылся от правосудия и где-то мирно дожил свои дни. Другие получили или отбыли сроки за преступления, не связанные с этим. Но, во всяком случае, следует отметить широкий масштаб и настойчивость попыток наказать тех, кто совершил самое ужасное преступление в истории.

Борьба за выплату компенсации жертвам также привела к неоднозначным результатам. Хаим Вейцман от лица Еврейского Агентства представил 20 сентября 1945 г. четырем оккупационным державам заявку на репарации. Из этого ничего не вышло – главным образом потому, что не было подписано всеобъемлющего мирного договора и даже еще не велось по нему переговоров. Три западные державы отложили для выплаты компенсаций еврейским жертвам часть выручки от распродажи конфискованной нацистской собственности. Однако жертвы должны были подавать индивидуальные заявления, и хорошо задуманный проект ушел в бюрократическую трясину. К 1953 г. были рассмотрены и удовлетворены только 11 000 заявок с суммарной выплатой 83 миллиона долларов. Тем временем в январе 1951 г. израильский премьер-министр Давид Бен-ГГгермании на выплату суммы в полтора миллиарда долларов, исходя из того, что Израиль принял 500 000 беженцев из Германии, каждому из которых причитается по 3000 долларов. Это означало переговоры напрямую с немцами, а многие из оставшихся в живых лагерников считали это неприемлемым. Но Бен-Гурион добился у них одобрения, выдвинув лозунг: «Не должны убийцы нашего народа быть его наследниками!» Сошлись на цифре 845 миллионов с выплатой в течение 14 лет; несмотря на попытки арабских стран помешать ратификации соглашения, оно вступило в силу в марте 1953 г. и было полностью выполнено в 1965 г. Оно стало также шагом к принятию федерального Закона о возмещении, предусматривающего выплату компенсаций пострадавшим лицам или их иждивенцам за потерю жизни, конечности, ущерб здоровью, карьере, профессии, пенсии или страховке. Кроме того, предусматривалась компенсация за лишение свободы в размере одного доллара за день, когда жертва находилась в заключении, была вынуждена проживать в гетто или носить звезду. Семьи, потерявшие кормильца, получали пенсию, бывшие государственные служащие получали компенсацию за возможное, но не полученное продвижение по службе, кто-то получал компенсацию за неполученное образование, за утрату имущества и т. д. Эта всеобъемлющая программа претворялась в жизнь коллективом из примерно 5000 судей, госслужащих и чиновников, через которых к 1973 г. прошло свыше 95% из общего числа 4 276 000 заявлений. В течение четверти века программа поглощала около 5% федерального бюджета. К моменту написания этой книги было выплачено около 25 миллиардов долларов, к концу XX века цифра превзойдет 30 миллиардов. Эти выплаты нельзя, строго говоря, считать слишком щедрыми и даже адекватными. Однако они намного превышают ожидания Вейцмана и Бен-Гуриона и показывают, что федеральное правительство искренне стремится как-то заплатить за германские преступления.

Другая часть вопроса о репарациях решалась гораздо менее удовлетворительно. Никто из немецких промышленников, участвовавших в программе использования рабского труда, не признал ни малейшей ответственности за его ужасные последствия. Защищаясь от предъявленных им уголовных обвинений и гражданских исков, они доказывали, что в условиях тотальной войны организация принудительного труда не была незаконной. Они использовали малейшие юридические лазейки, чтобы избежать выплаты компенсаций, и их поведение представляло собой удивительную смесь низости и невежества. Фридрих Флик объявил: «Никто из широкого круга лиц, которые знают меня и моих друзей-ответчиков, не захочет поверить, что мы совершали преступление против человечества, и ничто не убедит нас, что мы – военные преступники». Флик так и не заплатил ни одной дойчмарки; когда он умер в возрасте 90 лет в 1972 г., его состояние превышало миллиард долларов. Всего немецкие компании выплатили 13 миллионов долларов, и меньше 15 тысяч евреев воспользовалось частью этой суммы. Те, кто рабски трудился в Освенциме на ИГ-Фарбениндустри получили по 1700 долларов, рабы АЭГ-Телефункена – по 500 и меньше. Семьи тех, кто умер от непосильного труда, не получили ничего. Но поведение немецких капиталистов было ничуть не хуже поведения коммунистических стран-преемниц. Восточногерманское правительство даже не потрудилось ответить на просьбы о компенсации. Не было ответа и в Румынии. Во всей обширной зоне, где с 1945 г. коммунистические власти осуществляли свою политику угнетения, евреи не получили ровным счетом ничего.

Поведение Австрии было хуже всего. Хотя подавляющее большинство австрийцев поддерживало аншлюс, хотя почти 550 000 австрийцев (из семи миллионов) состояли в нацистской партии, хотя австрийцы до самого конца воевали на стороне Германии и (как мы отмечали) уничтожили почти половину погибших евреев, Московская декларация союзников в ноябре 1943 г. объявила Австрию «первой свободной нацией, павшей жертвой гитлеровской агрессии». Посему Австрия была освобождена от выплаты репараций на послевоенной Потсдамской конференции. Получив юридическое отпущение грехов, все австрийские политические партии вступили в сговор с целью избежать и моральной ответственности, получив статус жертв. Как заявила в 1946 г. австрийская социалистическая партия: «Не Австрия должна выплачивать реституцию, она должна быть получателем». Союзники обязали Австрию принять закон о военных преступлениях, однако до 1963 г. в ней не существовало органа, который должен был бы выступать в этих вопросах в роли обвинителя. Впрочем, даже и после этого многие из подследственных попали под амнистию, а дела, которые слушались в суде, обычно кончались оправдательным приговором. Евреям, просившим компенсации, советовали обращаться к Германии, если только они не смогут доказать, что их бывшая собственность осела в Австрии. Очень немногим из них удалось получить по тысяче долларов.