Читать онлайн «Начало русской истории. С древнейших времен до княжения Олега». Страница 85

«Алфавитный перечень стран» Иакута ар-Руми (ум. в 1229 г.) цитирует Бируни более пространно: «Что касается до положения морей в обитаемой части мира, то описание оных, найденное мною у Бируни, есть самое лучшее: море, говорит он, которое на западе обитаемой земли омывает берега Тандши и Андалузии [Африки и Испании], называется Всеокружающим морем... От сих стран это великое море распространяется к северу к стране славян, и выходит из него на севере страны славян большой канал [Балтийское море], проходящий к стране мухамеданских болгар [Волжской Булгарии]. Он-то называется именем моря Варан к. Это есть название народа, живущего у берегов оного, от коего оно распространяется к востоку...» Под северной частью «страны славян» арабы традиционно и в полном соответствии с исторической действительностью V—XII вв. понимали нынешнюю Германию — между Эльбой и Одером, где в то время проживали славяне-венды.

Комментатор Назир-ад-Дина Шериф Джорджанк (ок. 1409) сообщает то же самое: «Сие море, называемое Варанк, есть рукав [залив] Западного океана, который от северных берегов Испании входит посреди обитаемых стран, простираясь на север Славянской земли, и прошед... мимо страны варанков... обитаемых высокорослым и воинственным народом, простирается среди непроходимых гор и необитаемых земель до пределов Китая».

Писатели, независимые от литературной традиции, заложенной Бируни, тем не менее ни в чем ей не противоречат. Персидский ученый XIV в. Казвини говорит: «Шестой морской рукав есть море Галатское, иначе называемое Варяжским. На восток от оного находятся земли Блид (?), Бдрия (?), Буде (?) и часть варягов, на юг равнины Хард [хазар, то есть Северное Причерноморье]; на западе земля Франков и народа кастильского и другие, на севере Океан». Несмотря на некоторые неясности текста, очевидно, что варяги помещаются им по эту сторону Балтийского моря, к востоку от Франции.

У ад-Димашки (XIV в.) читаем, что Окружающий океан от Испании «простирается к устью узкого, но длинного пролива... Здесь находится великий залив, который называется морем Варанк... Баранки же есть непонятно говорящий народ и не понимающий ни слова, если им говорят другие...

Они суть славяне славян [то есть важнейшие, знаменитейшие из славян]». Достоверность этому известию придает последний идиоматизм, бытовавший именно в земле поморских славян. Латинская надпись на надгробии поморского герцога Богуслава (ум. 24 февраля 1309 г.) называет его Slavorum Slavus dux, то есть «величайший славянский герцог». Следовательно, Димашки или его информатор черпали сведения не из книжной традиции, а пользовались сообщением очевидца, знавшего «варанков» не понаслышке.

Гедеонов С.А. Отрывки из исследований о варяжском вопросе. Т. II. С. 159—160; Он же. Варяги и Русь. СПб., 1876. С. 167—169.

Xрисовулы — указы византийских императоров. Варанги упоминаются в хрисовулах 60—80-х гг. XI в., которые освобождали дома, поместья, монастыри, по просьбе их владельцев и настоятелей, от постоя наемных отрядов. Последние перечислены в следующем порядке: хрисовул 1060 г. указывает «варангов, рос, саракинов, франков»; хрисовул 1075 г. — «рос, варангов, кульпингов, франков, булгар или саракинов»; хрисовул 1088 г. — «рос, варангов, кульпингов [древнерусских колбягов], инглингов, франков, немицев, булгар, саракин, алан, обезов, «бессмертных» (отряд византийской гвардии, чей численный состав всегда оставался неизменным — выбывшие из него воины немедленно заменялись другими. — С. Ц.) и всех остальных, греков и чужеплеменников». Примечательно, что, варанги постоянно соседствуют с росами, как выходцы из одного региона.

Здесь уместно заметить, что характерным оружием викингов и вообще народов Северной Европы был не меч, а обоюдоострая секира. Наемников-норманнов византийские писатели XII в. называют «секироносцами»; они же именуют кельтов с Британских островов — «секироносными бриттами».

В свое время В.Г. Васильевский убедительно показал, что норманнское завоевание Англии в 1066 г. должно было вызвать значительную англосаксонскую эмиграцию. Но островные бритты испытывали еще большие притеснения, так как наряду с национальным угнетением их коснулись еще и религиозные гонения. В 1074 г. папа Григорий VII предал анафеме женатых священников. Это был выпад не столько против греческой церкви, сколько против церкви бритто-ирландской, которая жила по особому уставу, позволявшему, в частности, монахам жить с семьями и передавать кафедры по наследству от отца к сыну. Спустя еще десятилетие, в 1085 г., Григорий VII фактически ликвидировал самостоятельность бритто-ирландской церкви. Поэтому массовая эмиграция в первую очередь коснулась не англо-саксов, а бриттов и других кельтов, продолжавших придерживаться своих верований (см.: Васильевский В.Г. Варяго-русская и варяго-английская дружина в Константинополе XI и XII веков. Труды. Т. 1. СПб., 1908.).

Бритты, естественно, вливались в славянский корпус варангов на протяжении многих лет и далеко не сразу получили в нем численное преимущество. Важную роль в «оваряживании» бриттов сыграла их конфессиональная принадлежность. Славянские наемники, как правило, принимали в Константинополе христианство греческого образца. Русы, а потом и варанги имели в византийской столице особую церковь, которая называлась Варяжской Богородицей и была расположена при западном фасаде храма Святой Софии. Найдены свидетельства, что она принадлежала Константинопольскому патриархату. Преследуемые Римской церковью бритты, поступая в корпус варангов, также молились в этом храме и вообще легко находили общий язык с православием, чему способствовали некоторые общие черты ирландской и греческой Церквей: допущение брака для священников, причащение мирян под двумя видами (вина и хлеба), отрицание чистилища и т. д. Конфессиональная близость бриттов православию привела к тому, что они унаследовали прозвище славян-вендов — «варанги», в значении «верные», ибо никакие другие наемники в Византии не исповедовали греческой веры. Византийские авторы XII столетия уже совершенно забыли об этнической принадлежности первых, настоящих варангов-меченосцев и сохранили только смутные воспоминания, что они жили в какой-то «варварской стране близ Океана» и что они чем-то родственны «росам», рядом с которыми варанги и продолжали упоминаться в исторических сочинениях и документах. Зато арабские писатели, получившие в XI в. от византийцев сведения о варангах (поморских славянах), закрепили эти знания в качестве устойчивой литературной традиции о «море варанков» и «народе варанков» — «славянах славян» (такая обработка и передача из поколения в поколение известий, полученных однажды из первоисточника, вообще характерна для арабской географической и исторической литературы об отдаленных землях и народах).

Корзухина Г.Ф. К истории Среднего Поднепровья в середине I тысячелетия н. э. http://www.kirsoft.com.ru/mir/KSNews_326.htm.

Никитин A.Л. Основания русской истории. С. 100.

Константин Багрянородный. Об управлении империей. М., 1989. С. 316. Комм. 20.

Б.А. Рыбаков замечает, что «...в этом смысле имя основателя Киева напоминает имя императора (правильнее, короля. — С. Ц.) Карла Мартелла — Карл Молот (Рыбаков Б Л. Древняя Русь: Сказания. Былины. Летописи. М., 1963. С. 25).

Иванов В.В., Топоров В.Н. Славянская мифология: Энциклопедический словарь. М., 1995. С. 222.

Былинин В.К. К вопросу о генезисе и историческом контексте летописного «Сказания об основании Киева» // Герменевтика древнерусской литературы X—XVI вв. М., 1992. Сб. 3. С. 18.

Данилевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков. С. 70.

Тарон — историческая область Великой Армении (на территории современного турецкого вилайета Муш).

Арутюнова-Федонян В.А. Божество грома в Тароне // Вестник ПОТУ III: Филология 2008. Вып. 4 (14). С. 16, 17, 20—22; Еремян С.Т. О некоторых историко-географических параллелях в «Повести временных лет» и «Истории Тарона» Иоанна Мамиконяна // Исторические связи и дружба украинского и армянского народов. Киев, 1965. С. 151—160.

Ковачев Н.П. Средновековното селище Киево, антропонимы Кий и отражението му в бъларската и славянската топонимия // Известия на Института за български език. Кн. XVI. София, 1968.

Под Константинополем найдена надгробная плита, датированная 559 г., с надписью: «Хильбудий, сын Самватаса». Прокопий Кесарийский упоминает славянского (антского) вождя Хильбудия, благодаря чему можно предположить, что имя Самватас также относилось к славянскому именослову.