Читать онлайн «История Венгрии. Тысячелетие в центре Европы». Страница 135

К концу войны ухудшение жизненных условий затронуло все сословия, если не считать незначительного привилегированного меньшинства и еще одной группы населения, для которой все годы войны стали источником непрекращавшихся мучений. Провозгласив необходимость «защищать расу», третий антиеврейский блок законов, одобренный в августе 1941 г., запретил браки между евреями и неевреями, квалифицируя брачные отношения с евреями как «оскорбление для расы». Евреям призывного возраста запрещалось служить в армии. Вместо службы их заставляли отрабатывать в тылу трудовую повинность или же отправляли на фронт в составе трудовых бригад, не имеющих оружия и поэтому совершенно беззащитных. Наряду с бесчинствами, творимыми их офицерами, данное обстоятельство объясняет, отчего эти бригады несли столь большие потери. Однако, несмотря на жестокую дискриминацию, жизнь большинства евреев в Венгрии не подвергалась непосредственной угрозе вплоть до 1944 г., когда в страну прибыло около 100 тыс. евреев, бежавших в поисках убежища из соседних Словакии, Румынии и Хорватии, где они с 1942 г. регулярно подвергались погромам и депортации в лагеря смерти.

К концу 1941 г., когда Красная Армия остановила наступление вермахта под Москвой и расчеты на блицкриг явным образом не оправдались, министр иностранных дел Германии Риббентроп и глава Объ- /493/ единенного командования Кейтель прибыли в январе 1942 г. в Будапешт с требованием усилить участие Венгрии в войне. Наиболее последовательной сторонницей немецкой агрессивной политики в этот период стала партия Имреди, осенью 1941 г. сумевшая поглотить все остальные национал-социалистические группы и проявлявшая большую готовность служить интересам Германии, чем партия «Скрещенные стрелы», которая разделяла туманные идеи Салаши о создании «Венгерской империи». Однако Бардошши и сам был готов подчиняться: он не только выразил готовность отправить в первой половине 1942 г. армию в 200 тыс. солдат на русский фронт, но и дал согласие на вербовку 20 тыс. человек в Waffen-SS из немцев, проживавших в Венгрии. Этими решениями Бардошши, тем не менее, сам предопределил свою участь, как это делали Дарани и Имреди до него. Для тех лиц, включая самого регента, которые считали необходимым сохранять хотя бы минимум политической независимости Венгрии и, следовательно, любые связи с западными державами, Бардошши стал пристрастным, пронемецким политиком, чересчур резко качнувшим маятник в сторону Германии. Они были также встревожены тем, что премьер не сумел предотвратить жестокости военных в районе Уйвидека (Нови-Сад); эти события сильно дискредитировали Венгрию в глазах мировой общественности (хотя виновные и сумели бежать в Германию, они оказались на скамье подсудимых в 1943 г.). По этим причинам Бардошши был смещен с должности, и его место занял Миклош Каллаи – эксперт по сельскому хозяйству, известный деятель консервативной партии, активно боровшийся с национал-социализмом.

В первые месяцы правления Каллаи, однако, мало что изменилось в венгерской политике. Войска, затребованные немцами, были мобилизованы и отправлены на русский фронт в сопровождении еврейских трудовых бригад, а также «штрафных батальонов», состоявших из социал-демократов, профсоюзных функционеров и активистов нелегальной коммунистической партии, часть лидеров которой были казнены или замучены в тюрьмах. Иудаизм перестал быть «законной» религией. Земельная собственность, принадлежавшая евреям, объявлялась национализированной и распределялась среди крестьян, что и стало своего рода жалкой пародией на реальную земельную реформу, все исторические сроки проведения которой давно уже вышли. Хотя правительство Каллаи предприняло ряд мер, направленных на сдерживание ультраправых и на ограничение агитационной деятельности фольксбунда, однако подлинное изменение его политики произошло лишь в конце 1942 г., когда антифашистская коалиция на /494/ нескольких фронтах перешла в контрнаступление. С этого момента политика правительства стала ориентироваться на долгосрочную перспективу конечной победы западных союзников, а также на их высадку на Балканах и быстрое продвижение к венгерским границам, как и в конце Первой мировой войны с тем, чтобы преградить путь Красной Армии и обеспечить оккупацию Венгрии англо-американскими вооруженными силами (на практике это означало, что Венгрия не могла идти на самоубийственный разрыв с Германией, пока эта перспектива не станет реальностью). Подобно лидеру Партии мелких сельских хозяев Тибору Экхарту, который, эмигрировав в 1941 г. в США, организовал свою «Независимую Венгрию» и пытался убедить руководство западных стран в том, что венгерская политика того времени формировалась под сильным нажимом извне, Каллаи также установил секретные контакты с правительствами союзников, стремясь доказать им, что Венгрия не является тоталитарным государством и что она тотчас же покинет немецкий лагерь, как только их войска подойдут к ее границам. У себя дома Каллаи в октябре 1942 г. отказался выполнить немецкие рекомендации и перейти к «конечной стадии» решения еврейского вопроса. Однако правительство также отвергло всякую возможность сотрудничества с антифашистской оппозицией, хотя последней стало немного легче «дышать» по сравнению с прежними временами.

Двойственность политики Каллаи усилилась после разгрома 2-й венгерской армии на русском фронте в начале 1943 г. С точки зрения вооружения и экипировки венгерские войска уступали не только немцам, но и русским. Поэтому все это в сочетании с их малочисленностью с самого начала делало невыполнимой задачу удержать 200-километровую линию обороны по берегу Дона к югу от Воронежа. К тому времени, когда 12 января 1943 г. советские войска перешли в решительное наступление на этом направлении, венгры уже потеряли несколько тысяч солдат, не выдержавших 40-градусных морозов. По требованию Гитлера, командующий венгерскими войсками Густав Яни отдал бессмысленные приказы держаться до последнего. Однако немецкая помощь так и не пришла, и 2-я венгерская армия обратилась в беспорядочное бегство, в результате которого она потеряла 40 тыс. убитыми, 35 тыс. ранеными и 60 тыс. взятыми в плен, т. е. две трети всего личного состава. Подлинные масштабы трагедии поначалу скрывались властями. О них знали лишь те в Венгрии, кто тайно слушали передачи Би-Би-Си (венгерское вещание на котором вплоть до августа 1943 г. вел историк Карлайл Эйлмер Макартни) или «Радио /495/ Кошут» из Москвы. Однако в конце апреля, когда домой вернулись остатки разгромленной армии, общественность полностью утратила воинственный настрой.

Правительство Каллаи отвергло требование Гитлера послать еще одну венгерскую армию на Восточный фронт, одновременно усилив собственные попытки договориться о перемирии с западными державами. С этой целью было создано специальное бюро, во главе которого был поставлен Миклош Хорти-младший. Посланники Каллаи стремились установить контакты с британскими и американскими дипломатами в столицах нейтральных государств: в Мадриде, Лиссабоне, Стамбуле и Стокгольме. Они предлагали план немедленной капитуляции венгерской армии, как только войска союзников подойдут к границам страны, выход из гитлеровской коалиции; и переход на сторону западных союзников (причем последнее не считалось ими вероломным предательством, поскольку, по их мнению, они были свободны от всяких обязательств после падения Муссолини в июле 1943 г. и связанного с этим прекращения действия Тройственного союза). Одновременно в документах, предлагавшихся союзникам, подчеркивалось, что Венгрия ожидает, по меньшей мере, сохранения за собой территорий, реаннексированных ею в 1938–41 гг. Кроме того, и Хорти, и Каллаи негласно подразумевали, что страна сохранит все аспекты своего межвоенного режима. Поэтому отвергались любые формы сношений с Советами и даже всякое сотрудничество с представителями демократической оппозиции, которая к этому времени уже обрела некоторую организационную определенность.

В демократическую оппозицию теперь входили даже аристократы и представители haute bourgeois – политики избранного круга Бетлена, который сначала организовал Национальное казино, а затем совместно с либералами Кароя Рашшаи создал Буржуазно-демократический альянс с программой постепенных реформ. Летом 1943 г. Эндре Байчи-Жилински и Золтан Тильди из независимой партии мелких сельских хозяев вручили правительству меморандум, в котором они настоятельно требовали разрыва отношений с Германией, заключения сепаратного мира, а также выработки с социал-демократами общей программы демократизации страны. Еще более левые в венгерском политическом спектре молодые интеллектуалы, присоединившиеся в августе 1943 г. в Балатонсарсо к конференции «народных писателей», пережили раскол. Часть из них примкнула к Ласло Немету, проповедовавшему идею «третьего пути», тогда как более радикально настроенные тяготели к прокоммунистическим воззрениям Дарваша, /496/ Эрдеи и Вереша. Несмотря на развернувшуюся массовую кампанию преследований в 1942 г., коммунисты реорганизовались в партию мира. Это облегчило им возможность сотрудничать с активистами «Независимого движения», которые придерживались как антифашистских, так и антибольшевистских воззрений.