Читать онлайн «История Венгрии. Тысячелетие в центре Европы». Страница 101

В сфере внутренней политики самыми заметными событиями эпохи правления Тисы стали первые попытки ограничить закон о национальностях 1868 г., законодательную деятельность по поводу определения прав слуг и наемных работников, а также воспрепятствовать появлению на политической арене новых сил. Уже в 1875 г. «Матица словенска» (словацкое культурное общество) была запрещена по обвинению в пропаганде панславизма, которая якобы проводилась под прикрытием литературных изысканий. С этого времени этническим меньшинствам было разрешено сохранять только культурные и литературные ассоциации. В следующем году был принят так называемый «закон о слугах». Он в принципе заложил основы контрактной системы отношений между слугами (в их числе сельскими батраками и поденщиками) и «хозяевами», хотя в нем сохранялись патриархальные меры дисциплинарного воздействия, включая телесные наказания. С целью восстановления порядка работодатель мог вызвать жандармов из специального полицейского подразделения, созданного в 1881 г. для сельской местности. Эпоха Тисы также была отмечена подъемом организованного рабочего движения. После серии стихийных выступлений промышленного пролетариата вскоре появились трудовые ассоциации, члены которых в 1878 г. вошли в «партию неизбирателей» и в Венгерскую рабочую партию. В 1880 г. эти две партии объединились во Всеобщую рабочую партию Венгрии, которая вошла во II Интернационал, приняла марксистское учение и в 1890 г. была официально переименована в Социал-демократическую партию Венгрии. Во всех этих событиях ведущую роль сыграл Лео Франкель – выдающийся деятель Парижской Коммуны 1871 г., позднее сотрудничавший с Марксом и Энгельсом в Генеральном совете I Интернационала.

В то время, однако, значение других антилиберальных тенденций казалось более важным, поскольку они сразу выявились на политической сцене, т. е. в парламенте. Безусловно, они не представляли реальной опасности ни для Тисы, ни для его крепнувшей Либеральной партии, тем не менее, в «аграрном движении» консервативных магнатов, критиковавших однобокий «меркантилизм» правительства Тисы и выражавших интересы капиталистических латифундий, уже угадывалось их будущее политическое могущество, хотя до поры до времени они держались в умеренной оппозиции графа Альберта Аппони. Что касается политического движения антисемитизма, то оно перво- /374/ начально сложилось как организация, соперничавшая с Партией независимости, которая, во-первых, несколько пригасила свой прежний радикализм по вопросу о независимости, а, во-вторых, в атмосфере усиливавшегося национализма перестала подчеркивать необходимость примирения со всеми меньшинствами. Зарождавшееся антисемитское движение смогло перехватить инициативу у Партии независимости по двум причинам. Прежде всего, оно было откровеннее, по сути, даже агрессивнее в своем стремлении мобилизовать инстинкты национальной «самозащиты». К тому же главной своей аудиторией движение считало те слои населения, которые в основном голосовали за Партию независимости, а именно людей, проигравших в результате капиталистического развития страны в отличие от представителей еврейского среднего класса.

В значительной степени из-за большой иммиграции из Галиции и Моравии еврейское население Венгрии со скромных 83 тыс. человек, или 1 % жителей, при Иосифе II к началу Первой мировой войны достигло почти 1 млн. человек, или 5 % населения. Евреи-иммигранты свой первоначальный капитал зарабатывали на торговле зерном, лесом или шерстью. Их дети приумножали его с помощью кредитно-финансовых организаций или акций промышленных предприятий, тогда как внуки наиболее преуспевших из них пробивали себе путь наверх, приобщаясь к титулованной аристократии. Разумеется, таких евреев было ничтожное меньшинство среди массы мелких коммерсантов, бизнесменов и служащих, и они никак не могли подорвать образ жизни благородного класса, считавшего общественную деятельность единственным видом занятий, достойным уважения. Тем не менее, евреи оставались чужаками и при этом еще по-капиталистически успешными, что не придавало им достоинств в глазах нежизнеспособного класса помещиков. И это несмотря на то, что евреи лучше всех ассимилировались и с великим энтузиазмом поддержали идею венгерской национальной государственности. Последнее обстоятельство добавляло антисемитскому движению значительное число голосов представителей этнических меньшинств. Антисемитское движение во главе с Дьёзё Иштоци попыталось сколотить себе политический капитал на случае смерти девочки-служанки из деревни Тисаэслар в восточной части Венгрии в 1882 г. Евреев обвинили в том, что это было якобы ритуальное убийство. В 1883 г. на волне националистической агитации и антисемитских настроений была создана Национальная антисемитская партия. Эта партия поставила перед собой задачу свержения кабинета Тисы, чья твердость в противостоянии антисе- /375/ митизму объяснялась либеральными воззрениями и связями с еврейской крупной буржуазией. Однако Партия независимости удержалась от соблазна объединить с ней свои силы, и на выборах 1884 г. антисемиты выглядели весьма жалко. А к концу 1880-х гг., после того как затеянный ими судебный процесс по обвинению в убийстве оказался фикцией, движение вообще исчезло с политической сцены.

Тем не менее, отставка самого Тисы оказалась не за горами по причине его неспособности разобраться с проблемой реформирования сил обороны, найти решение, приемлемое как для императора, так и для венгерского парламента. Законопроект, предложенный им в начале 1889 г., вызвал не только горячие дебаты в государственном собрании, но и гневные демонстрации. И хотя законопроект этот, в конце концов, прошел, Тиса даже по своей партии понял, что настроение общественности сильно изменилось. Когда Совет министров отверг следующее его предложение, он подал прошение об отставке, которое на сей раз было удовлетворено Францем Иосифом. За периодом консолидации наступил период беспрестанного политического кризиса. Тиса находился в должности премьер-министра в течение 15 лет. За последующие 15 лет в Венгрии сменилось семь премьер-министров, и все они безуспешно пытались совладать с теми же самыми проблемами.

Политика взвешенного либерализма, проводимая Тисой, продолжалась и в 1890-х гг. при правительствах, возглавлявшихся его бывшими сотрудниками Дьюлой Сапари и Шандором Векерле. Сапари был человеком довольно посредственных способностей, но благодаря талантливым министрам, часть которых перешла к нему из кабинета Тисы, за время его премьерства с 1890 по 1892 г. был осуществлен ряд важных мер по улучшению инфраструктуры, финансовой системы и культурно-бытовых условий жизни населения. Габор Барош завершил программу национализации железнодорожных путей сообщения, начатую в первой половине 1880-х гг. И хотя оставалось несколько частных железных дорог, на государственных маршрутах стоимость проезда и транспортировки была ниже, а стандарты обслуживания стали более унифицированными. Барош также предпринял заслуживающие внимания попытки создать в Венгрии собственное морское судоходство с центром в Фиуме (Риека) на Адриатическом побережье. Хотя Фиуме, населенный в основном итальянцами, считала своим Хорватия, город, тем не менее, относился непосредственно к Венгрии. В 1873 г. железная дорога связала его прямо с Будапештом, и к 1914 г. он занял десятое место среди самых крупных портов Европы. Финансово-денежная реформа 1892 г., осуществленная в Венгрии /376/ Ш. Векерле в бытность его министром финансов, ввела в оборот по всей империи новую устойчивую денежную единицу – корону, поддержанную золотым запасом (что вполне соответствовало европейской практике с 1870-х гг.). В 1891 г. парламент утвердил пакет законов о медицинском страховании для рабочих, а воскресенье стало обязательным выходным днем. Одновременно правительство грозило железным кулаком сельскому пролетариату Альфельда (часть Среднедунайской равнины между реками Тиса, Марош и Кёрёш), где постоянно с 1891 г. до конца десятилетия вспыхивали волнения, связанные с преследованиями деятельности аграрно-социалистического движения и судебным процессом над его лидером Яношем Санто-Ковачем (1895).

При правительстве Сапари были выработаны предложения по реформированию отношений церкви и государства, хотя сами реформы проводились позднее, уже кабинетом Векерле. В Венгрии только малая часть католических священников (прежде всего, это Оттокар Прохаска и Шандор Гиешвейн) осознавала необходимость осторожного приспосабливания к современным буржуазным условиям жизни, т. е. восприняла основополагающие идеи движения христианского социализма, представленного фигурой папы Льва XIII. Однако даже папа-реформатор выступил против обсуждавшегося тогда отделения церкви от государства в официальном послании, посвященном именно положению христианства в Венгрии. Его протест был также поддержан глубоко верующим императором, считавшим церковь одной из самых прочных опор монархии, и поэтому католическая церковь эффективно сопротивлялась всем инновациям, уже введенным в большинстве западноевропейских стран несколько десятилетий назад: гражданские браки, государственная регистрация актов гражданского состояния – рождения и смерти, свобода совести и вероисповедания, а также атеизма, признание иудаизма «законной» верой. На фоне неугасавшего интереса общественности к этим вопросам и страстных полемик в стенах парламента реформы эти в 1894–95 гг. все же были проведены и образовали самую прогрессивную область либерального венгерского законодательства.