Читать онлайн «Тайная миссия Третьего Рейха». Страница 73

Гитлеровцы цинично заявляли, что принудительная стерилизация вовсе не является наказанием, что она направлена только на защиту интересов немецкого народа и самого индивида, что стерилизация вовсе не является поводом для общественного презрения и не затрагивает достоинство прошедших операцию. Между тем, согласно закону, прошедшие стерилизацию обязались сохранять молчание. Чувство унижения они должны были хранить в себе. Несколько десятков тысяч немецких мужчин и женщин были просто искалечены. Они с трудом находили работу, занимая малооплачиваемые должности. Стерилизация не спасла их от нищеты, но сделала существование еще невыносимее.

Расовая экспертиза в Третьем рейхе

Кстати, на программу стерилизации работала и сама система расового отбора, которая все чаще вторгалась в личную жизнь. Нацистское государство активно организовывало консультации по вопросам брака, где женихи и невесты просвещались относительно «наследственного здоровья расы». Многие не хотели добровольно посещать эти консультации, посему в 1936 году они стали обязательными при заключении брака. Накануне свадьбы будущие молодожены получали вызов в отделы здравоохранения, которые проверяли, не находится ли эта пара и их родственники в картотеке «негативно отмеченных личностей». Если в медицинских учреждениях возникали хоть какие-то сомнения, то жениха и невесту вызвали для исследования способности воспроизводства потомства. При малейших подозрениях на отклонения им отказывали в браке. Но даже наследственно здоровые пары не могли всегда рассчитывать на одобрение государством собственного брака. К примеру, «недостойными» для размножения считались люди, у которых имелись хронические болезни – такие, как камни в почках. Покажется нелепым, но людям, у которых было варикозное расширение вен, приходилось удалять его, дабы получить разрешение на брак.

О половой жизни иностранцев, угнанных на работу в Германию, нацисты проявляли куда меньшую заботу, даже не пытаясь прикрываться неким подобием юридического права. Чтобы более эффективно эксплуатировать миллионы работниц, угнанных из России, Польши, Голландии, Франции, Бельгии, немецкие врачи строго запрещали им беременеть. С 1943 аборты в среде угнанных приняли невообразимый размах. Только в Нижней Саксонии они были сделаны четверти от всех женщин. В Восточном Ганновере беременность была искусственно прервана у каждой третьей женщины. Операции проводились в ужасных условиях – прямо в бараках. Если у русских, польских или французских женщин все-таки появлялись на свет дети, то их тут же арестовывали и вместе с детьми направляли в концентрационный лагерь, что было равнозначно смертному приговору.

Никто из вождей Третьего рейха не имел медицинского образования. Однако вопросами стерилизации активно интересовался Генрих Гиммлер, который полагал, что их можно эффективно решить с помощью народной немецкой «медицины». По его приказу в концентрационном лагере Равенсбрюк проводились опыты по гомеопатической стерилизации еврейских и польских женщин. Доктор Адольф Покорный предложил Генриху Гиммлеру в октябре 1941 изучить воздействие Caladium seguinum (диффенбахия кровавая) на человеческий аппарат размножения. Исследования, проводимые в рамках немецкой фармацевтической промышленности, показали, что сок этого растения лишает животных и птиц плодородия. Но, несмотря на неимоверные усилия, его не удалось развести в тепличных условиях.

В мае 1942 года Гиммлер обратил внимание на опыты Карла Клауберга, гинеколога из Кенигсхютте. Тот давно занимался проблемами плодородия у женщин и обещал рейхсфюреру СС разработать метод стерилизации, который не предполагает хирургического вмешательства. Клауберг утверждал, что «стерилизационная команда» из одного врача и десяти человек вспомогательного персонала сможет «обработать» за день не менее тысячи пациентов. Гиммлер пришел в восторг от подобной перспективы. В апреле 1943 года он направил Клауберга в Освенцим, где блок № 10 был перестроен специально для проведения опытов по стерилизации. Это жуткое помещение было оснащено четырьмя экспериментальными площадками, фотолабораторией и самым современным рентгеновским оборудованием. Клауберг, наблюдая за женской репродуктивной системой, опробовал на 700 женщинах воздействие сульфата бария и смеси формалина с новокаином. Введенный состав должен был сделать яичники нежизнеспособными, а яйцеклетки спаять между собой, вследствие чего женщина на всю жизнь оставалась бы бесплодной. При помощи рентгена он наблюдал за результатами своих опытов. Они оказались неутешительными для исследователя: почти у всех стерилизованных женщин начиналось воспаление брюшины.

Летом 1942 года программу стерилизации с Гиммлером обсуждал Виктор Брак, сотрудник канцелярии фюрера. Он настоял на том, чтобы при помощи рентгеновской радиации стерилизовать два-три миллиона европейских евреев. Его план выглядел так: лица, подлежащие стерилизации, должны были подходить к окну администрации для заполнения документов; в течение этих нескольких минут они облучались рентгеновскими лучами. Таким способом через «окно» можно было бы пропустить до 4 тысяч человек за день. Стоимость проекта Брак оценивал в 20 тысяч рейхсмарок. Проект вызвал споры. Эсэсовские врачи сомневались, что таким образом можно эффективно кого-либо стерилизовать. В частности, доктор Хорст Шуманн утверждал, что стерилизация мужчин при помощи рентгена требует значительно большего времени, а стало быть, ее стоимость увеличивается в несколько раз.

Доктор Хорст Шуманн за операционным столом

Чтобы прояснить вопрос, в конце 1942 года Шуманн направился в лагерь Биркенау. Там в блоке № 30 он подвергал здоровых мужчин и женщин в возрасте от 17 до 25 лет облучению, которое длилось в различных случаях от пяти до девяти минут. Для того чтобы изучить воздействие аппарата на ткань яичников и яичек, Шуманн заставлял мужчин опускать пенис и мошонку на рентгеновскую пластину. Женщин он устанавливал между двумя дисками, которые облучали снизу спину и живот. Последствия экспериментов были чудовищными. Дело доходило до тяжелейших лучевых ожогов, от которых заключенные медленно и мучительно умирали.

Для проверки эффективности рентгеновской стерилизации некоторым женщинами удаляли яичники. С целью экономии времени Шуманн изымал их через брюшную полость без соблюдения каких-либо элементарных правил медицинского искусства. Нередко за два часа он проводил по десятку подобных «операций». В результате многие из женщин умирали от потери крови. Одна из жертв Шуманна, выжившая в аду блока № 30, так описывала эти события: «Из инфицированных ран тек гной, поднялась высокая температура. <…> Воспаление легких. Мое тело опухло> если я нажимала на руку то после нажатия еще долго оставалось пятно. Они давали мне медикаменты. Я была словно парализована и не могла их принимать. Все мое тело полностью опухло. Мы знали, что стали деревом, которое больше не в состоянии приносить плоды. Эксперименты разрушили наши органы. Мы плакали, думая об этом. Нас использовали как каких-то подопытных кроликов». Впрочем, и мужчины чувствовали себя после облучения не лучше – сначала они должны были сдать свою сперму, затем их кастрировали без наркоза, чтобы тут же изучить удаленные яички. Только приход советских войск остановил чудовищные эксперименты.

Но даже этого нацистам было мало! Оборотной стороной евгенической политики стала программа эвтаназии, то есть умерщвления недееспособных. В 1935 году руководитель Имперской гильдии врачей Герхард Вагнер поставил перед Гитлером вопрос о предоставлении полномочий для уничтожения «недостойных жить людей». Однако фюрер выжидал, понимая, что в мирное время немецкий народ вряд ли согласится на планомерное уничтожение своих немощных соотечественников. Он вернулся к этому вопросу только в октябре 1939 года, когда Вторая мировая война уже началась. Гитлер уполномочил шефа своей канцелярии Филиппа Булера и своего личного врача Карла Брандта действовать в интересах реализации программы от его имени, давая санкции на убийство больных.

Дети из концентрационного лагеря Биркенау

Некая супружеская пара безуспешно ходила по инстанциям, ходатайствуя об умерщвлении новорожденного-калеки. Случайно узнав об этом от Брандта, Гитлер предложил исполнить желание родителей. Тогдашнее право этого не допускало, но глава нацистов таким образом создал прецедент. Он не стал вводить эвтаназию законным путем, но 1 сентября 1939 года отдал письменное распоряжение Булеру, Брандту, а также руководителю имперского союза врачей Вагнеру. В канцелярии фюрера разработали даже арифметическую формулу для расчета количества людей, подлежащих «обработке». Это число определялось по формуле 1000:10:5:1 – из тысячи людей 10, как правило, нуждаются в помощи психиатра, 5 из них подлежат стационарному лечению, а 1 – упомянутой «обработке». Исходя из общей численности населения Германии, умерщвлению по этим планам должно было подвергнуться около 70 тысяч немцев!