Читать онлайн «Тыл Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне». Страница 122

В связи с трудностями эвакуации раненых и больных из войск автомобильным транспортом на решающих направлениях для этой цели широко использовалась санитарная и военно-транспортная авиация. Главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке Маршал Советского Союза А. М. Василевский 8 августа 1945 г. отдал приказ об использовании обратных рейсов транспортных самолетов для медицинской эвакуации. Только на Забайкальском фронте за операцию транспортной и санитарной авиацией было эвакуировано из дивизионных медицинских пунктов и армейских госпиталей в лечебные учреждения госпитальной базы фронта около 50 процентов всех раненых и больных505.

Особо важное значение в ходе наступления приобрели санитарно-гигиенические и противоэпидемические мероприятия. На территории Внутренней Монголии и в Маньчжурии среди местного населения были широко распространены опасные заразные болезни — сыпной, возвратный и брюшной тиф, дизентерия, регистрировались случаи заболевания натуральной оспой. Полосы наступления наших войск в Северо-Восточном Китае и Корее были эпидемичны по чуме и холере. Эпидемические вспышки этих особо опасных заболеваний среди населения неоднократно возникали здесь еще в годы, предшествовавшие войне Советского Союза с милитаристской Японией.

Медицинская служба заблаговременно провела вакцинацию всего личного состава войск против опасных инфекций, в том числе и против чумы506. Помимо этого она систематически вела тщательную санитарно-эпидемиологическую разведку и на особо опасные направления своевременно направляла противоэпидемические и специальные части и учреждения. За первыми эшелонами войск двигались подвижные отделения санитарно-эпидемических отрядов с приданными им силами и средствами отдельных дезинфекционных рот, обеспечивавших в случае необходимости санитарную обработку личного состава. В Забайкальском фронте в составе армейских санитарно-эпидемиологических отрядов были созданы специальные противочумные отделения, которые также неотступно двигались за наступающими войсками и вели активную разведку. В случае надобности они предпринимали практические меры по борьбе с чумой, по строжайшей изоляции чумного очага (района) от войск. Для решения этой задачи привлекались также подвижные отделения по особо опасным инфекциям из состава фронтовых санитарно-эпидемических лабораторий. В местах, где были выявлены очаги инфекционных болезней, устанавливался строгий карантин, после чего они ликвидировались специальными силами и средствами медицинской службы. Следует отметить, что и после завершения наступательной операции медицинская служба Советской Армии приняла ряд чрезвычайно важных и срочных мер по ликвидации вспышек чумы, возникшей среди местного населения, в частности в районах Ванемяо и Бодунэ.

Мероприятия, проведенные военно-медицинской службой в ходе операции, обеспечили санитарное благополучие личного состава и быстрое излечение раненых и больных. Благодаря героическому труду военных врачей и всего личного состава медицинской службы было возвращено в строй 79 процентов раненых. Такого высокого показателя в ходе второй мировой войны не имела ни одна медицинская служба воюющих стран. В этом еще раз со всей полнотой проявилась величайшая забота Коммунистической партии, Советского правительства, военного командования и органов тыла о советском воине.

В операции советских войск на Дальнем Востоке возникла настоятельная необходимость повседневной координации деятельности медицинской службы фронтов. Ее осуществляло Управление тыла при главнокомандующем советскими войсками на Дальнем Востоке, в составе которого имелось Военно-санитарное управление во главе с заместителем начальника Главного военно-санитарного управления Советской Армии генерал-майором медицинской службы Н. И. Завалишиным.

Во время наступательных действий наши войска захватили значительные трофеи различного медицинского имущества и медикаментов японской армии (около 700 вагонов по состоянию на 20 ноября 1945 г.)507. После учета и тщательной проверки часть из них была использована для медицинского обеспечения войск. Выявлением, охраной и учетом трофейного медицинского имущества и медикаментов на всех трех фронтах занимались нештатные трофейные бригады, которые были созданы к началу операции. Только на 1-м Дальневосточном фронте с 17 по 25 августа работало до 20 таких трофейных бригад508.

Сложные задачи пришлось решать в Дальневосточной кампании и ветеринарной службе действующей армии. Маньчжурия, Внутренняя Монголия и Корея, а также войска противника в эпизоотическом отношении были крайне неблагополучными. В течение трех лет, предшествовавших наступлению советских войск, в японской Квантунской армии насчитывалось свыше 8 тыс. лошадей, больных инфекционной анемией. Большинство из них пало или было уничтожено японской ветслужбой. Но и после этого нередко отмечались заболевания лошадей анемией, сапом и чумой. Кавалерийские и гужтранспортные части противника были укомплектованы лошадьми, конфискованными у населения Маньчжурии и Внутренней Монголии, среди которых сап имел широкое распространение. Например, в Чаньчуньской, Харбинской и Мукденской провинциях зараженность лошадей сапом достигала 30–40 процентов. Во всех провинциях имели место заболевания крупного рогатого скота чумой. Владельцы больных животных, как правило, забивали их на мясо и свободно торговали им на рынке, в силу чего чума крупного рогатого скота беспрепятственно распространялась по территории всей Маньчжурии и за ее пределы. Ветеринарная служба Японии противочумные прививки животным проводила только в местах заготовки скота и мяса. Разумеется, эти частичные мероприятия не могли уничтожить заболеваний скота чумой. В ряде случаев крупный рогатый скот в названных районах болел ящуром, а свиньи — чумой и рожей.

Крайне опасная эпизоотическая обстановка требовала от ветеринарной службы фронтов и армий больших усилий по поддержанию ветеринарного благополучия конского состава и надежной защите войск, по предотвращению заноса эпизоотий на территорию Советского Союза.

Чтобы не допустить проникновения чумы крупного рогатого скота на территорию СССР, вдоль всей государственной границы была создана пограничная иммунная зона. Силами и средствами ветеринарной службы армий и фронтов совместно с гражданской ветеринарной службой всему крупному рогатому скоту в этой зоне (шириной 30 км) произведены прививки. На советско-китайской, советско-монгольской и советско-корейской границе осуществлялся строгий карантинный режим. Был установлен тщательный контроль за заготовками скота из местных ресурсов. Использование трофейных продовольственных животных на мясо допускалось лишь на специальных, соответственно оборудованных мясокомбинатах. Вывоз лошадей и других животных на территорию СССР не допускался.

В результате проделанной работы эпизоотии не перешагнули рубежи нашей Родины. В ходе операции на Дальнем Востоке (за август и сентябрь 1945 г.) амбулаторная заболеваемость лошадей составила 9,5 процента, а стационарная — 10,4 процента их списочного состава. При этом эксплуатационные болезни составили 58,2 процента общей заболеваемости, заразные болезни — 10,4 процента и боевые поражения — 6,1 процента.

Преобладание эксплуатационных заболеваний объясняется очень большой нагрузкой, которую пришлось нести лошадям при ограниченных возможностях обеспечения их фуражом и водой. В отдельные дни лошади, особенно в Забайкальском фронте, получали только по 3–4 л воды в сутки. От водного голодания многие из них быстро худели, не принимали пищу; часто наблюдались тепловые удары, нередко кончавшиеся падежом. Однако эффективность лечения лошадей по названной группе заболеваний была высокой. Она составила 97 процентов всех лошадей, подвергшихся эксплуатационным заболеваниям.

Боевые поражения лошадей в ходе операции были сравнительно незначительными. Они имели место в основном в первые дни операции, когда советские войска преодолевали мощные укрепления противника. Выздоравливаемость лошадей по группе боевых поражений достигла 92,9 процента.

Особую значимость в ходе операции приобрела надежная охрана и оборона тыла. Как известно, одним из «особых» средств ведения войны в японской армии являлись смертники-диверсанты, часть которых специально готовилась для уничтожения мостов, складов и других важных тыловых объектов. Кроме того, японское командование создавало специальные «летучие отряды», сформированные из отборных солдат и офицеров — ярых фанатиков. Скрываясь в лесах и горах, они должны были совершать диверсии, нападать на коммуникации и отдельные гарнизоны, дезорганизовывать работу войскового и оперативного тыла.