Читать онлайн «Новая история стран Азии и Африки. XVI–XIX века. Часть 2». Страница 89

Порте не удалось разрешить самостоятельно свой конфликт с Мухаммедом Али. 15 июля 1840 г. турецкий посол в Лондоне подписал с представителями России, Англии, Австрии и Пруссии конвенцию, которая объявила о намерении этих держав «наблюдать за поддержанием целостности и независимости империи Оттоманской», т. е., иными словами, открыто ставила Турцию в зависимое положение по отношению к упомянутым четырем странам. Основное положение конвенции сводилось к ультимативным требованиям, которые должны были быть предъявлены Мухаммеду Али с тем, что если он не примет их, державы окажут султану вооруженную помощь.

В действительности здесь учитывались не интересы Турции, а интересы западных держав и, в первую очередь, Англии, которая сумела ловким дипломатическим маневром разрешить к своей выгоде сложную задачу: изолировать Францию, получить за это от Николая I согласие на коллективные вооруженные действия против Мухаммеда Али и добиться закрытия проливов для русских военных кораблей; далее с помощью России и Австрии ликвидировать независимость Египта и самой обосноваться на стратегических путях восточного Средиземноморья (начало этому положил захват англичанами в 1839 г. Адена), а затем, используя отказ Николая I от Ункяр-искелийского договора и учреждение европейской опеки над Турцией, уничтожить русское влияние в Стамбуле и поставить Порту под свое безраздельное господство. В итоге проиграли и Мухаммед Али, и Порта, и Франция, и Россия, а выиграла одна Англия. Надо отметить, что Англия не в меньшей степени, чем Россия, вела наступательную политику в восточном вопросе. Разница была лишь в методах. Николай I отказался от Ункяр-искелийского договора и намеревался разрешить восточный вопрос путем раздела Османской империи между европейскими державами. Англия, напротив, надеялась захватить Турцию целиком, поставив ее под свой протекторат. В этом заключалось основное противоречие на Ближнем Востоке в рассматриваемый период.

После отказа Мухаммеда Али принять лондонский ультиматум объединенный англо-австрийский флот осенью 1840 г. бомбардировал Бейрут, сирийские порты, а затем Александрию. Египет капитулировал. Мухаммед Али сохранил наследственное владение Египтом и Суданом, но потерял Крит, Аравию, Сирию, Палестину и Киликию, обязался возвратить султану флот, сократить численность армии до 18 тыс. человек, уничтожить верфи, арсенал, распространить на Египет действия англо-турецкой конвенции 1838 г., открыв таким образом английским товарам беспрепятственный доступ в страну, платить султану дань. Это было крушением всех планов Мухаммеда Али, по сути дела крахом всей его жизни. Важным последствием египетского кризиса было заключение 13 июля 1841 г. в Лондоне международной конвенции о проливах. Европейские державы – Россия, Англия, Франция, Австрия и Пруссия, с одной стороны, и Турция – с другой, подписали конвенцию о том, что проход через проливы Дарданеллы и Босфор «постоянно остается закрытым для военных иностранных судов, пока Порта находится в мире». Этим постановлением Англия закрепила свою дипломатическую победу над Россией: режим проливов устанавливался теперь не двусторонними соглашениями черноморских держав (Турции и России), а многосторонними конвенциями государств, не имеющих владений на Черном море. Франция, вернувшаяся в «европейский концерт» стала содействовать антирусской политике Англии и Турции.

Как только ликвидация египетского кризиса устранила непосредственную угрозу трону, интерес турецких правящих кругов к реформам снизился. Конечно, реформы внесли некоторое оживление в общественную жизнь страны, несколько улучшили дело народного образования: наиболее важным мероприятием в этом отношении было создание наряду с религиозными, также светских школ, и учреждение министерства просвещения в 1847 г. Однако танзимат, затронув лишь поверхностную сферу законодательства, не ликвидировал ни одного из глубоких пороков государственного и общественного строя. Произвол властей царил по-прежнему. Законы провозглашались и тут же отменялись. Откупная система так и не была отменена, гарантии жизни и имущества существовали лишь на бумаге, правовое неравенство немусульман сохранялось. Поэтому данные реформы не могли найти широкой поддержки. К тому же танзимат встретил противодействие европейских держав. Несмотря на разногласия, разъединявшие их, все они были заинтересованы в дальнейшем ослаблении Турции.

К тому же танзимат не сумел улучшить положение покоренных народов. В конце 40-х годов XIX в. национально-освободительная борьба балканских народов приобрела особый накал. Усилилась освободительная борьба и других народов: армян, арабов, населения Молдавии и Валахии. Как и реформы Махмуда II, танзимат только формально ограничивал права пашей. Фактически их произвол продолжался.

В этих условиях Николай I счел момент подходящим для того, чтобы получить свою долю Османского наследства. В мае 1853 г. Порте был предъявлен ультиматум о признании за русским царем права покровительствовать всем православным христианам в Турции. Николай I рассчитывал на полюбовное соглашение с западными державами, недооценив, что ни одна из них не допустит раздела Османской империи и усиления России. Порта отклонила ультиматум и осенью 1853 г. началась война. Турецкий флот был разгромлен адмиралом Нахимовым в Синопском бою. Тогда в войну вступили Англия и Франция и ввели свои эскадры в Черное море. Так русско-турецкая война переросла в европейскую.

В этой войне Турция играла подчиненную роль. В 1854 г. Порта получила первый заем от английских банкиров на грабительских условиях. За первым последовали другие, ставшие инструментом окончательного закабаления Турции. В том же году был подписан англо-франко-турецкий союзный договор, который запрещал Турции сепаратные переговоры с Россией. Между тем уже осенью 1854 г., когда русская армия покинула дунайские княжества, война утратила всякий смысл для Турции. Но в империи уже полноправно распоряжались английские и французские эмиссары. Тогда же у турок появилась поговорка: «Если союзники не могут захватить Севастополь, так они взамен захватили Константинополь».

Парижский мир, подписанный 30 марта 1856 г., еще больше ухудшил положение Турции. С внешней стороны турки выглядели как будто победителями. По Парижскому трактату Россия потеряла южную Бессарабию, была лишена права содержать военный флот и иметь укрепления на Черном море, султан сохранил сюзеренитет над Сербией, Молдавией и Валахией. Кроме того, Англия, Франция и Австрия заключили между собой отдельный договор, в котором обязались рассматривать всякую попытку нарушения целостности Османской империи как повод к войне.

Однако поражение России вовсе не означало победу Турции. Даже с формальной стороны Парижский трактат, установив «нейтрализацию Черного моря», возложил на Турцию те же ограничения, какие были навязаны России. Принцип «целостности и независимости» был направлен против России и освободительной борьбы нетурецких народов, но не препятствовал западноевропейским державам вмешиваться во внутренние дела Турции. Так, в 1859 г. английские и французские эскадры бомбардировали хиджазский порт Джидду, в 1860 г. французы осуществили военную интервенцию в Ливане, в Боснии и Герцеговине, 1866–1868 гг. на Крите и т. д.

Самое, казалось бы, почетное для Турции постановление Парижского трактата о включении ее в «концерт» европейских держав привело на деле к гибельным для нее последствиям. Капиталистические державы имели в виду собственные интересы: облегчить проникновение иностранного капитала в Турцию и поставить в более выгодные условия свою агентуру – христианскую инонациональную буржуазию Стамбула и других портовых городов. Именно этому в полной мере способствовал новый султанский рескрипт (хатт-и хумаюн).

Он был обнародован 18 февраля 1856 г., т. е. еще до подписания Парижского трактата, и исходил якобы от суверенной воли султана. В действительности рескрипт был полностью инспирирован европейскими державами, а упоминание о нем было внесено в Парижский трактат, чтобы связать Турцию договорными обязательствами.

По форме рескрипт 1856 г. являлся продолжением и развитием Гюльханейского хатт-и шерифа. Однако подлинная его цель была иная. Тогда, в 1839 г., провозглашение реформ должно было предотвратить вмешательство держав во внутренние дела Османской империи. Теперь, в 1856 г., новый акт танзимата появился уже в результате этого вмешательства и закреплял иностранную опеку над Турцией.

Перечисляя льготы, которые султан намерен предоставить своим подданным, хатт-и хумаюн уделял основное внимание привилегиям христианских и других немусульманских общин, а также правам инонациональной компрадорской буржуазии: создание смешанных судов, допуск представителей религиозных общин в Высший совет юстиции и пр. Нашли отражение и непосредственные интересы иностранных капиталистов. Рескрипт предоставлял иностранцам право владения недвижимостью, что открывало иностранному капиталу доступ в сельское хозяйство Турции. Отдельный пункт рескрипта предусматривал, что будут предприняты шаги к устройству банков, строительству дорог и каналов, развитию торговли и что «для достижения сей цели изыщутся меры к воспользованию капиталами Европы и применению их к делу».