Читать онлайн «Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана». Страница 55

Этот факт вызывает серьезное недоумение у историков. Действительно, с 1914 года папские сундуки находились, так сказать, в критическом состоянии: по причине вызванного войной экономического кризиса, который коснулся всей Европы и в том числе Италии, они были почти пусты.

Ватикан решительно отказался от прописанной еще в так называемом «Законе о гарантиях» 1871 года ежегодной контрибуции, которую итальянское правительство должно было выплачивать в качестве компенсации за потерю папских областей. Папа думал, что пожертвований пилигримов и «обола Петра» будет достаточно для покрытия расходов не только собственно Святого престола, но и многочисленных учреждений католической церкви, разбросанных по всему миру. Однако война прервала поток туристов и пилигримов и их пожертвований Ватикану. Единственными получателями поступающих мизерных средств были жертвы войны, беженцы и переселенцы. Может быть, Ватикан и не оказался полным банкротом, но его финансовое положение стало столь шатким, что функционирование всей папской машины могло в недалеком будущем оказаться поставленным под сомнение.

Кайзер Вильгельм, понимая, что у него есть шанс заслужить благосклонность папы, начал передавать через Эрцбергера большие суммы денег, чтобы облегчить тяжелое финансовое положение Ватикана. Скоро эти «скромные пожертвования» превратились в миллионы, которые переводились как «специальные фонды» через различные швейцарские банки. А кардинал Пьетро Гаспарри, чтобы избежать каких-либо подозрений со стороны стран, входивших в Антанту, дал Священному Альянсу распоряжение учитывать пересылаемые кайзером Вильгельмом деньги как часть так называемого «обола Петра».

В качестве связного в тайных финансовых операциях Ватикана с Германией Священный Альянс избрал некоего отца Антонио Лапому, прогермански настроенного священника, который работал в городе Потенца. И с этого момента отец Лапома и шпион Матиас Эрцбергер вместе начали осуществление так называемой операции «Белый Медведь» (под этой кличкой немецкие агенты в Риме знали папу Бенедикта XV).

Начальным этапом операции «Белый Медведь» стал сбор в городах империй средств для нужд Ватикана. Для того, чтобы осуществить это, Эрцбергер поехал в Берлин. Он стремился организовать целую сеть сборщиков пожертвований не только в кругах искренне преданных веpе богобоязненных католиков, но и среди лютеран и протестантов. Правительство кайзера Вильгельма заставило предпринимателей, банкиров и даже домохозяек принимать активное участие в сборе средств, не раскрывая им того факта, что средства эти должны уйти в Ватикан по специально для этого созданным швейцарскими банками каналам. Гражданам Германии объясняли, что эти деньги предназначались для тех, кто был ранен в сражениях.

В церковных кругах Италии считалось, что Бенедикт XV унаследовал от Пия X в 1914 году пустые сундуки, а теперь, в 1915 году, обнаружилось, что папа каким-то таинственным образом сумел поправить дела Ватикана. Никто не знал, что основным источником доходов папы были Германия и сам кайзер Вильгельм. Разведка Антанты старалась доказать свои подозрения относительно того, что папа, по крайней мере в экономическом плане, находится во власти империй. А кайзер никак не ограничивал Эрцбергера в финансовой помощи Ватикану.

Агент кайзера поддерживал тесную связь с одним из сотрудников немецкого посольства в Риме, неким Францем фон Стокхаммерном, который с началом войны принял на себя руководство секретными агентурными сетями своей страны в Италии. Чтобы не допустить вспупления Италии в войну, Эрцбергер и Стокхаммерн в тесном сотрудничестве со Священным Альянсом в лице Антонио Лапомы, который имел задание прекращать любые попытки политиков, партий, гражданских движении и организаций втянуть Италию в конфликт на стороне того или другого противника, проводили тайные операции.

Папа Бенедикт XV и государственный секретарь кардинал Пьетро Гаспарри знали, что именно тут лежали кайзеровские миллионы марок. Стоит ли удивляться, принимая во внимание нейтралитет Святого престола, что и итальянская католическая пресса, провозглашавшая себя выразителем мнения итальянских граждан твердо стояла на защите нейтралитета Италии. В начале 1915 года австрийское посольство в Риме доложило Вене, что некоторые итальянские католические газеты (на самом деле их было около полусотни) подчеркивают, что единственным другом центральноевропейских империй остается Италия, которая стойко сопротивляется попыткам втянуть себя в военный конфликт.

Австрийская разведка знала от разных осведомителей, что итальянские средства массовой информации получают вспомоществование из неизвестных источников и что, возможно, тут не обошлось без посольства Германии в Риме. На самом деле эти «вспомоществования» выплачивались из тех денег, которые кайзер Вильгельм переправлял в Ватикан через швейцарские банки. Их выдавал редакторам газет агент Священного Альянса отец Антонио Лапома.

Посол Великобритании при Святом престоле сэр Генри Ховард получал, возможно от кардинала Фрэнсиса Эйдена Гаскета, сообщения о сборищах в личных апартаментах Франца фон Стокхаммерна в элегантном отеле «Рюсси» в Риме. Там немецкий дипломат потчевал своих гостей французским шампанским и русской икрой. Среди его гостей были и кардиналы, и аббаты римских монастырей, и несколько епископов, связанных с важными департаментами Ватикана. Именно они писали статьи и иногда даже давали германскому дипломату советы относительно пропагандистской кампании, проводившейся в рамках операции «Белый Медведь». Благодаря этой кампании, руководимой агентом германской разведки Францем фон Стокхаммерном и агентом Священного Альянса отцом Антонио Лапомой, общественное мнение стало склоняться на сторону центральноевропейских империй и нейтралитета Италии и настраиваться против Антанты. Сер Генри Ховард подал формальный протест государственному секретарю кардиналу Пьетро Гаспарри, но результаты были весьма незначительны — Гаспарри обещал попросить редакторов газет постараться по возможности придерживаться большего нейтралитета в своих статьях и изданиях. Папа Бенедикт XV приказал Гаспарри, чтобы он, если пресса будет продолжать нападки на Антанту, сам написал статью в L'Ossewatore Romano, в которой осудил бы редакторов этих изданий. Но критики на страницах газет даже несколько усилилась, хотя кардинал Гаспарри потихоньку выдавал время от времени некоторые субсидии той или другой газете за то, чтобы какая-то статья или карикатура на Антанту остались неопубликованными. И эти субсидии тоже брались из денег, которые передавала Ватикану Германия.

Итак, Франц фон Стокхаммерн интенсивно работал с прессой, а Матиас Эрцбергер — с отцом Лапомой. С помощью большинства средств массовой информации они изливали на общество пропаганду нейтралитета и заставляли изменять мнение даже тех, кто вначале хотел вступления Италии в Первую мировую войну.

Поздней весной 1915 года папские шпионы сообщи ли немцам, что первый министр Италии Антонио Саландра и его министр иностранных дел Сидней Сонино собирались заставить парламент и кабинет министром утвердить договор, который они в этом месяце тайно подписали в Лондоне. Согласно этому договору, Италии должна была вступить в войну на стороне Франции и Великобритании. Отец Лапома связал Эрцбергера с Паскуале Гриппо, министром образования в кабинете Саландры.

Отец Лапома уже поставил Матиаса Эрцбергера в известность о своих секретных встречах в церквях Рима. Во время этих встреч Гриппо говорил ему, что когда Саландра и Сонино вышли с предложением начать войну на стороне Франции и Великобритании, свое несогласие высказали несколько министров, в частности министр связи Винченцо Риччо и министр сельского хозяйства Джанетто Кавасола. И Риччо, и Кавасола были твердыми сторонниками нейтралитета любой ценой.

После сообщения Паскуале Гриппо в Вене и Берлине решили, что воинственные настроения пробивают себе дорогу в Италии. Надежды секретных служб Германии и австрийского правительства были связаны с Джованни Джолити, влиятельным политиком с огромными связями и различных сферах общества, в том числе и в парламенте. Эрцбергер, Стокхаммерн и отец Лапома считали, что требуется выиграть время — или купить его, если потребуется. Эрцбергер получил из Берлина пять миллионов лир, которые следовало распределить между несколькими членами итальянского парламента. Австрийцы уже успели подкупить еще нескольких депутатов, а немцы (через Стокхаммерна) — нескольких журналистов, которые должны были усилить нападки на Антанту. Отец Лапома должен был собрать подписи епископов и кардиналов против вступления в войну. В этом деле ему помогали отец Фонк, директор Иезуитского института Библии, агент службы контрразведки с большим стажем, и монсеньор Бонкомпаньи, который занимал высокий пост в Ватикане и имел обширные связи в Римской курии и среди римской аристократии.