Читать онлайн «Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана». Страница 26

Креки считал, что папа должен был воздать ему почести представителю Людовика XIV, но папа придерживался но этому поводу иного мнения. Кардинал Паллавичино приказал корсиканской гвардии выстроиться у входа в резиденцию папы и ни в коем случае не допустить проникновения вооруженных людей в покои понтифика. Тогда посланник де Креки подал протест государственному секретарю кардиналу Роспильози и сообщил о нанесенной ему как посланцу французской короны обиде Людовику XIV.

Второй инцидент имел место 20 августа 1662 года, когда четыре человека, по-видимому, агенты Священного Альянса, повздорили с тремя французскими дипломатами. То, что началось как обычная ссора, закончилось уличной дуэлью на шпагах невдалеке от дворца Фарнезе, где располагалась французская дипломатическая миссия. Звон шпаг в конце концов привлек внимание наряда папской корсиканской гвардии, который патрулировал окрестности, и наряда французских солдат, которые стояли на страже у здания французской миссии. Прибыв на место схватки, патрули обнаружили смертельно раненных двух французов и одного агента Священного Альянса. Остальных участников дуэли арестовали и отправили в карцер казарм корсиканской гвардии, преодолев сначала серьезное сопротивление со стороны французских солдат.

Три агента Священного Альянса оказались старыми членами «Черного Ордена», которым командовала Олимпии Майдалькини, и были отпущены на свободу. Похоже, кардинал Паллавичино решил реанимировать «Черный Орден» в виде контрразведывательной службы, несмотря на противодействие папы Александра VII. Сфорца Палламичино хотел сохранить в качестве мощного кулака подобранных Майдалькини людей, а также секреты, накопленные за годы пребывания во главе понтификальной разведывательной службы свояченицы папы Иннокентия X.

Когда в Париже стало известно о втором инциденте, Людовик XIV приказал немедленно выдворить из Франции папского нунция, французские войска пришли и движение и заняли графство Авиньон, и, наконец, вся армия получила приказ готовиться к продолжительной карательной кампании против горделивого папского государства. Война стучалась в двери Ватикана, и на сей раз слабая Испания мало что могла сделать для ее предотвращения.

Александр VII сделал попытку искать посредничества герцогини-регентши Савойи, тетки Людовика XIV, но безрезультатно. Папа вынужден был стерпеть унижение и принять условия Пизанского договора, который был подписан 12 февраля 1664 года. Кардинал Киджи и кардинал Империали, правитель Рима, были отправлены в Париж для принесения извинений Людовику XIV. Марио и Агостино Киджи, родственники папы, были посланы во дворец Фарнезе для принесения извинений французскому послу, герцогу де Креки. Корсиканские гвардейцы были уволены, а сама часть распущена. Кардинал Паллавичини был отстранен от государственной деятельности и отодвинут на второй план, хотя в пределах стен Рима он сохранил прежнее могущество.

Тем временем папа Александр VII обеспечил себе заметное место в истории, подписав 18 февраля 1664 года «секретную буллу», в которой протестовал против «принуждений со стороны французов» и принятия условий Пизанского договора, который он подписал только несколькими днями раньше для спасения Италии от иноземной оккупации:

«Мы заявляем, следовательно, что пред лицом таких деяний мы подчинились насилию, силе и необходимости, ибо никоим образом не могли оказать сопротивления согласно нашему желанию и воле. Приказы-паю, чтобы настоящий протест и декларация, написанная нами, расценивались как утверждающие истину полностью и в полную силу, хотя бы мы и не смогли обнародовать сей документ».

(Совершенно ясным является то, что грубость, проявленная Людовиком XIV в отношении папы после инцидента 20 августа, была только предлогом, чтобы унизить Рим, Александра VII, его правительство и католическую церковь. И, даже лежа на смертном одре, понтифик спрашивал с герцога де Шоля за оскорбление, нанесенное нунцию в Париже, и ущерб, причиненный королевской властью французской церкви. Папа Александр VII скончался 22 мая 1667 года в возрасте семидесяти девяти лет н был похоронен в великолепном мавзолее, который Бернини возвел для него в базилике Святого Петра.

Смерть Александра VII вызвала новую волну активности Священного Альянса в Азии.

Европейские дипломатические миссии стали появиться в Китае начиная, вероятно, с 1668 года — года свержения династии Минь, и пользовались благосклонностью правительства Кинь. В 1668 году там, видимо, появились голландцы, а в 1670 году их примеру последовали португальцы. За португальцами последовали русское посольство и, уже в начале XVIII века, посольство государства Ватикан, что превратило Китай в еще одну арену раздиравших Европу политических и религиозных распрей и, следовательно, в идеальное поле для операций агентов той и другой сторон.

Первым появившимся в Китае агентом Рима был, по-видимому, голландец по имени Олферт Даппер, который прибыл в Азию в 1667 году по приказанию ван Хорна. Даннер пытался достичь с высшими иерархами двора Кинь договоренности о предоставлении эксклюзивной торговой концессии его стране в ущерб интересам других стран Европы. Договоренность включала прекращение взимания налогов с голландских судов, швартовавшихся в портах Китая.

Когда папа Климент IX узнал о происках Голландией, он приказал своим агентам устранять любые препятствия, которые могли бы встать на пути кораблей и интересов католических государств в Китае. 11 октября 1668 года Олферт Даппер был найден обезглавленным в одной из трущоб Кантона недалеко от порта.

Жившие в городе европейцы решили, что это было делом рук какой-нибудь китайской банды, хотя в пределах европейских миссий ходили также разговоры о том, что голландский дипломат и коммерсант был казнен «Кругом Октагон», тем самым, к которому принадлежал Жан-Франсуа Равальяк, убийца французского короля Генриха IV, или «Черным Орденом». Как бы то ни было, не подлежит сомнению, что убийство Олферта Даппера на много лет задержало подписание договора между Голландией и Китаем.

Ввиду скоропостижной смерти Климента IX 9 декабря 1669 года конклав вынужден был собраться вновь. Не менее шести партий вели спор о том, кто должен прийти на смену столь недолго властвовавшему Клименту IX. Испанцы, в союзе с кардиналом Киджи, выдвинули кандидатуру кардинала Сципиона д’Эльче, но французы не приняли ее. Тогда кардинал Аццолини представил в качестве кандидата кардинала Видони, в прошлом папского нунция в Польше, но на этот раз воспротивились испанцы. И только когда короли Венеции, Испании и Франции приказали своим посланцам найти кандидата, который вызвал бы всеобщее одобрение, конклав, после четырех месяцев голосований, избрал новым папой престарелого кардинала Эмилио Альтьери. Этот папа принял имя Климент X в память о своем предшественнике, который пожаловал его кардинальским пурпуром.

Папа Климент X не отводил Священному Альянсу каким либо значительной роли в политических играх Европы. Этот папа предпочитал утонченность политики и Дипломатии грубым методам Священного Альянса. Новый понтифик решил препоручить свою власть кому-либо другому и, не имея умевших молчать родственников, предпочел крепкие плечи могущественного кардинала Палуцци. Сила этого кардинала было такова, что политики и власть имущие того времени даже окрестили его «кардинал Палуцци-Альтьери». За несколько месяцев Палуцци не только превратился в тень понтифика, но и взял в свои руки бразды правления папской агентурой и делами государства. Ничто и никто, включая государственного секретаря, не мог совершить ничего, о чем бы не знал Палуцци.

Считается, что именно он воскресил «Черный Орден» в качестве контрразведывательной службы, хотя не существует ни одного документа, который подтверждал бы эту точку зрения. Однако совершенно достоверно то, что за те примерно шесть лет, в течение которых Климент X занимал престол святого Петра, Палуцци сосредоточил в своих руках власть, принадлежавшую к числу величайших в истории Римской курии. Разведка и контрразведка являлись для него страшным оружием в могущественной руке, и не подлежит сомнению, что он готов был пользоваться этим оружием и знал, как это надо делать.

При Клименте X отношения с Францией тоже развивались не лучшим образом, в основном из-за высокомерия, с которым Людовик XIV относился ко всему, что касалось папы и Рима. Самый серьезный кризис в отношениях между Парижем и Римом разразился 21 мая 1670 года, когда французский посол, герцог д’Эстре, обвинил великого кардинала Палуцци в наложении вето на назначение всех французских или профранцузски настроенных кардиналов. Палуцци отверг это обвинение и, пока Климент X поднимался с трона, чтобы показать, что аудиенция окончена, в свою очередь обвинил короля Людовика XIV в антипапистских и антикатолических умонастроениях. В этот момент француз бросился на старика-папу и заставил его снова сесть. Понтифик взглянул на дипломата и поклялся, что не позволит французам продолжать наносить ему оскорбления. Кардинал Палуцци взял это на заметку.