Читать онлайн «Япония в войне 1941-1945 гг.». Страница 75

23 марта японский посол в Германии Осима встретился с Гитлером, узнал о планах военной кампании Германии на весну текущего года и сообщил об этом в Токио. Одновременно Осима просил пояснить ему план военной кампании Японии на предстоящий период. Несколько раньше министерство иностранных дел запросило мнение посла относительно заключения мира между Германией и СССР. На это Осима 8 апреля телеграммой сообщил: «Сепаратный мир между Германией и СССР нереален». В ответной телеграмме послу Осима было сказано, что данный вопрос имеет большое значение в руководстве войной и что он тщательно изучался министерством иностранных дел, представителями военного и военно-морского министерства и другими заинтересованными ведомствами. Было сделано заключение, что нет необходимости менять «Основные положения руководства войной на последующий период», утвержденные советом 7 марта, и что сейчас невозможно установить намерения Германии в отношении германо-советского мира.

1 мая военный атташе при посольстве Японии в СССР полковник Ямаока Митио по приезде в Токио выступил с докладом, в котором сделал следующее заключение: «Вопрос стоит так: либо заключить мир между Германией и Советским Союзом и привлечь СССР на сторону стран оси, либо полностью разгромить Советский Союз силами Германии и Японии. Если какое-либо из этих условий не будет осуществлено, Советский Союз окажется для Японии в нынешней войне последней самой большой злокачественной опухолью».[81]

К маю 1942 года начальный период войны в южных районах завершился и началась подготовка к ведению операций против стратегических районов на внешних рубежах. Как бы в поддержку этого на советско-германском фронте к 11 мая боевые действия возобновились с новой силой.

Примерно в это же время у руководящего ядра верховного командования армии значительно повысился интерес к установлению мира между СССР и Германией. Этот вопрос тщательно изучался, но из-за изменений военной обстановки на Тихом океане плоды изучения не были претворены в жизнь. Таким образом, удобный момент, который мог бы ускорить германо-советский мир в условиях стратегического превосходства Японии, так и не наступил.

20 июня от японского посла в Германии Осима пришла телеграмма: министр иностранных дел Риббентроп требует, чтобы Япония в ходе германо-советской войны выступила против Советского Союза. Но у Японии в этом отношении политика оставалась неизменной. 25 июля было созвано совещание Совета для обмена мнениями по данному вопросу.

Совет решил:

Японская империя будет твердо придерживаться намеченного курса в отношении северного направления и, ведя подготовку на непредвиденный случай, будет всеми силами стремиться не допустить возникновения японо-советской войны.

Японская империя будет по возможности прилагать усилия к тому, чтобы привести Англию к капитуляции и идти по пути осуществления общих военных целей трех стран.

Это решение было предложено в качестве основы для ответа на телеграмму посла Осима. В ответной телеграмме говорилось:

«На вашу телеграмму № 881. Насущные задачи Японской империи состоят в завершении войны против Англии и Америки. Для этого Япония будет усиливать свои военные операции против Англии и Америки и закреплять свое положение на южном направлении. Вместе с тем существует необходимость упрочить наше положение в захваченных районах Китая. Поэтому в сути нашей политики в том плане, как об этом уведомляло японское правительство германскую сторону 2 июля прошлого года, изменений не произошло, и в настоящее время требуется по возможности сохранить спокойствие в отношении северного направления. Если же со стороны Севера будут развязаны действия, мы дадим решительный отпор. При оценке всех этих факторов сейчас признается нецелесообразным ослабить давление на Англию и Америку и начать военные действия на Севере. В связи с этим желательно дать германской стороне следующий ответ:

1. Японская империя не может удержаться, чтобы искренне не поздравить Германию с ее выдающимися успехами в германо-советской войне. Мы понимаем точку зрения Германии, исходящую из стремления увязать все с развитием германо-советской войны. Мы глубоко заинтересованы в этом и желаем выразить свою точку зрения.

2. С начала войны (с декабря прошлого года) наши военные усилия направлялись на то, чтобы оказать давление на Англию и Америку в Индийском и на Тихом океане. Это обстоятельство послужило большим вкладом в дело приближения войны к концу для наших трех стран. Мы полагаем, что Германия это хорошо понимает.

3. Кроме всего прочего, Японская империя в настоящее время вынуждена прилагать значительные усилия к тому, чтобы покончить с Чунцином, являющимся передовым опорным пунктом Америки и Англии в Восточной Азии. Сейчас уже становится все более и более очевидным, что в последнее время Китайский материк превращается в плацдарм для англо-американского контрнаступления непосредственно на Японию.

4. Впредь Японская империя будет концентрировать свои усилия на ведении операций, которые приведут Англию к капитуляции, а также идти по пути завершения войны тремя нашими странами. В то же время, несмотря на огромные успехи, которых удалось добиться на сегодняшний день, контрнаступление с американской стороны остается вполне реальным. Следовательно, впредь нам необходимо не только приложить еще большие усилия к проведению военных операций, но и бросить значительные силы на то, чтобы овладеть сырьевыми ресурсами южных районов и не допустить к ним противника.

5. Учитывая изложенное выше, мы считаем, что взятие курса на активную политику в отношении СССР в нынешних условиях приведет к чрезмерному рассеиванию сил империи; существует опасность, что это не только не улучшит общую обстановку, но и значительно ослабит давление Японии на Англию и Америку в Восточной Азии. Это позволит Америке и Англии увеличить свои силы в Европе и даст возможность организовать контрнаступление против Японии. Поэтому мы убеждены, что открытие действий на Севере не будет лучшим вариантом политики, который следует избрать в области военно-стратегического руководства трех стран. Более того, Японская империя, сделав на всякий случай тщательные приготовления в северном направлении, тем самым оттянет силы Советского Союза на Восток. Такое положение будет существовать и впредь.

6. Мы считаем (и хотим, чтобы нас поняли), что курс, взятый империей с начала войны, является самым эффективным для достижения общих целей войны Японией, Германией и Италией; и мы будем сосредоточивать на этом курсе все усилия. В нынешних условиях Японская империя будет сохранять спокойствие на Севере, оттягивать в Восточную Азию силы Советского Союза и усиливать военные действия против Америки и Англии в Индийском и Тихом океанах.

Мы рассчитываем на полное понимание того, что изложенное выше является самым рациональным для достижения целей войны тремя странами — Японией, Германией и Италией».

Было решено (по предложению министра иностранных дел Того) данный ответ направить только Германии, ибо уведомление об этом Италии непременно стало бы известно всему миру.

Пока шел обмен телеграммами по поводу германо-советского мира, участия Японии в войне против СССР и другим важным вопросам в области общего стратегического руководства трех стран, верховное командование армии намеревалось послать в Германию и Италию небольшие миссии связи, которые вместе с военными атташе внесли бы вклад в дело общего руководства войной трех стран.

В то время верховное командование уже могло предвидеть, что англо-американское контрнаступление начнется раньше, чем предполагалось. В связи с этим верховное командование считало нужным каким-то образом устранить давление со стороны СССР, нависшее наподобие бомбы замедленного действия. И хотя события на советско-германском фронте развивались в пользу Германии, нельзя было надеяться на быстрое решение конфликта путем безусловной победы со стороны Германии. Вот почему верховное командование хотело, чтобы в то время был заключен мир между Германией и Советским Союзом. Оно считало необходимым послать в этих целях специальные миссии и добиться полного взаимопонимания между тремя странами. Однако у военно-морского флота и министерства иностранных дел на сей счет имелись мнения иного плана, и предложение верховного командования армии не было претворено в жизнь.

Для сохранения в секрете сношений между тремя странами была запланирована связь с помощью самолетов. 2 июля в 14 час. 20 мин. итальянский самолет приземлился в пункте Баотоу (Северный Китай), и с этого времени начала осуществляться связь между нами, Германией и Италией. Многократно велись переговоры об использовании для этих целей немецких самолетов, однако 26 сентября от посла Осима поступила телеграмма. В ней говорилось, что в данное время полеты немецких самолетов связи невозможны, и от этого пришлось отказаться. Видимо, в то время военное руководство Германии никуда, кроме фронта, не намерено было выделять самолеты и прочую материальную часть.