Читать онлайн «Кто командовал советскими партизанами. Организованный хаос». Страница 52

Весьма сложной была подготовка партизан-подпольщиков, которые вели разведку и передавали по радио разведданные. Но даже связники, хозяева явочных квартир нуждались в специальной подготовке, чтобы не стать жертвой вражеской контрразведки. Чем лучше они были подготовлены, тем, при всех других равных условиях, они могли больше дать пользы и быть менее уязвимы для оккупантов и их агентуры.

Фактически в минувшей войне велись подготовка и тех, кто мог вести борьбу с врагом, не числясь в отрядах или подпольных организациях. Их учили, им советовали, как вести борьбу с врагом в его тылу, как наносить ему урон, не имея стрелкового оружия, минно-взрывных средств. Так, в листовках, обращенных к железнодорожникам, к промышленным рабочим и колхозникам, а также по радио и издававшихся в тылу врага газетах давались советы и указывались даже способы совершения диверсий. УШПД для этой цели выпустил специальную брошюру «Разрушайте тыл врага» (1943 г.), з которой давались доступные способы нанесения врагу урона и нарушения работы его тыла без применения минно-взрывных средств, стрелкового оружия. Это, как показало обследование, затрудняло противнику охрану его тыла и наносило ему существенный урон.

Всего в тылу врага в спецшколах, «лесных академиях» в 1943 г., в украинских партизанских отрядах и соединениях было обучено до 5000 партизан-минеров,[472] разведчиков и других специалистов. Много партизан-специалистов было подготовлено в тылу врага в Белоруссии, Ленинградской, Орловской областях.

К сожалению, количество подготовленных партизан-подпольщиков не учтено.

Еще осенью 1943 г., когда соединение под командованием С. А. Ковпака вернулось из карпатского рейда, его заместитель П. П. Вершигора в беседе с начальником УШПД генералом Т. А. Строкачем высказал уверенность, что опытные рейдирующие партизаны, в первую очередь ковпаковцы, могут вести партизанскую борьбу не только на территории оккупированных противником сопредельных стран, но и на территории самой фашистской Германии.

Весной 1944 г, большое количество украинских партизан, познавших свои возможности по уничтожению противника и его техники во время перевозок с помощью специальных диверсионных мин, при соединении их формирований с войсками Красной Армии просились снова в тыл противника, но Украина почти вся была освобождена. Эти командиры и наиболее опытные диверсанты из рейдирующих отрядов и соединений были готовы для действий за рубежом.

Весной 1944 г. по просьбе руководителей коммунистических партий, антифашистских организаций Польши, Чехословакии, Румынии, Венгрии и других оккупированных фашистами стран в спецшколе Украинского штаба партизанского движения, начальником которой был П. А. Выходец, началась подготовка командиров и специалистов из добровольцев, представителей народов этих стран. Из них формировались небольшие смешанные организаторские группы, в которые наряду с представителями народов сопредельных стран включались весьма опытные советские партизанские командиры и специалисты. Они сколачивались, готовились. С лета 1944 г. их начали перебрасывать в тыл противника, за рубеж, куда выходили все новые и новые отряды и соединения советских партизан, в том числе под командованием М. И. Щукаева, В. А. Карасева, H.A. Прокопюка и других.

Многие группы послужили как бы детонаторами в усилении борьбы против оккупантов тех стран, где они действовали и быстро росли. Так, в Чехословакии небольшие организаторские группы П. А. Величко, A.C. Егорова, А. М. Садиленко, Т. Полы, Е. Ушияка, И. Д. Дибровы и других быстро выросли в крупные бригады и явились большой силой в Словацком национальном восстании.

Многие из командиров отрядов и соединений, действовавших за рубежом, были отличными диверсантами, некоторые из них до того командовали в тылу врага диверсионными группами и отрядами или были заместителями командиров соединений по диверсии. Так В. А. Квитинский командовал отрядом в диверсионном соединении А. М. Грабчака; А. Е. Егоров был заместителем по диверсии командира Черниго-Волынского партизанского соединения под командованием дважды Героя Советского Союза генерал-майора А. Ф. Федорова.

В школу особого назначения Украинского штаба партизанского движения зачисляли имевших большой опыт партизан, по всем показателям пригодных для борьбы с врагом в его тылу и за пределами нашей Родины. В школу принимали также добровольцев-иностранцев из числа перешедших на сторону Красной Армии и советских партизанских отрядов, солдат и офицеров войск противника и бывших военнопленных, которые не имели опыта партизанской борьбы, и их приходилось готовить партизанским военным специальностям и знаниям районов действия.

Готовились они в качестве командиров групп и отрядов, политработников и переводчиков. У командиров смешанных организаторских групп были опытные заместители из советских партизан. Для них школа особого назначения фактически стала своеобразными курсами усовершенствования, обмена опытом, сколачивания организаторских групп. Отрабатывались и совершенствовались десантирование и сбор в тылу противника на незнакомой местности, передвижение и базирование, материальное обеспечение с использованием местных средств, вопросы организаций связи, привлечения населения к партизанской борьбе, разложение национальных формирований противника и привлечение их состава к борьбе с врагом в его тылу, ведение разведки, создание подполья, конспирация. Одновременно совершенствовались знания по технике и тактике диверсий. Впервые велась подготовка к использованию для диверсий в тылу противника управляемых по радио мин.

Обучение было рассчитано на три месяца. Несмотря на то что советские партизаны имели уже большой опыт и рвались в тыл противника, им приходилось повышать свои знания. Особое внимание уделялось планированию операций в масштабе соединения, штаба партизанского движения фронта. Лимитировали сроки обучения добровольцы из местного населения — словаки, чехи, венгры и румыны. Их пришлось обучать основам партизанской тактики, технике и тактике диверсий. При комплектовании групп учитывалось, что в числе добровольцев могут оказаться и предатели, а потому особое внимание обращалось на их выявление и на привитие бдительности, а также на возможность действий, когда добровольцы из местного населения окажутся не теми, за кого они себя выдают, и после десантирования не только уйдут домой, но и заявят в полицию. В этом случае учили группы действовать самостоятельно.

ЦК КП(б) Украины и руководство УШПД понимали значение языка местного населения советскими партизанами, которые готовились для действий за рубежом, но языковый барьер преодолеть было трудно. Подготовка была не чисто языковая, а политико-языковая. Учили разговаривать и умению общаться с местным населением. Языковая подготовка, как и в довоенные годы, велась в двух направлениях: профессиональная — подготовка устных переводчиков и документалистов, массовая — умение объясниться с помощью разговорника.

В большинстве случаев включенные в группы добровольцы из местного населения вполне удовлетворительно понимали русский язык и могли на нем объясняться. Находясь вместе с этими добровольцами, советские партизаны осваивали разговорную речь населения тех стран, куда они предназначались. Наиболее трудным было освоение венгерского языка, который никто из советских партизан не освоил настолько, чтобы объясняться с местным населением без посредников. Краткие разговорники давали возможность обращаться по наиболее распространенным и необходимым вопросам. Вопросники составлялись так, чтобы получать короткие и понятные ответы: да, нет, там, здесь и т. д.

Много времени отводилось изучению района предстоящих действий, а также особенностей быта и жизни местного населения, режима и административного устройства, вооруженных сил и органов контрразведки, полиции врага. Добровольцы из числа пленных и перешедших на сторону партизан солдат и офицеров войск противника знали свои страны и передавали советским партизанам свои знания.

Советские партизаны, в свою очередь, обучали их тактике партизанских действий, технике и тактике диверсий, разведке. С весны 1944 г. под Ровно начала работать специальная школа Польского ШПД, начальником которой был подполковник Г. Торунчик. Он участвовал в войне против фашистских интервентов и мятежников в Испании. В помощь ему УШПД выделил группу опытных инструкторов.

В школах выступали начальник УШПД генерал Строкач, его заместитель, а в польской школе — начальник ЦШПД генерал А. Завадский и генерал К. Сверчевский, который обладал большим опытом подготовки партизанских кадров еще в конце 20-х и начале 30-х гг. Обучение партизанских кадров в польской школе проводилось по 450-часовой программе, рассчитанной на три месяце.