Читать онлайн «Операция «Багратион»». Страница 60

Если немецкая группировка, отступавшая в условиях Березинского полесья, прошла за период с 29 июня по 3 июля около 100 км, то наши фланговые группировки покрыли за это же время 150 и более километров. Они обогнали противника и вышли на его коммуникации. В оперативном маневре, непрерывно развивавшемся в ходе наступательной операции, мы опередили немцев и вовремя замкнули кольцо окружения под Минском.

Остановимся на примере преследования, проведенного 1-м Белорусским фронтом. Прорвав оборону, наши войска перешли немедленно к стремительному преследованию, не прекращая его до конца июля, углубились в расположение противника на 500 км, овладев городом Брест. Это было достигнуто в результате того, что наши подвижные соединения, преследуя отходившие немецкие войска, не ввязывались с ними в затяжные бои, стремительно обходили опорные пункты и сильными ударами на нескольких направлениях все больше раскалывали оборону противника.

Завершив окружение крупной группировки немецко-фашистских войск в районе Бобруйска, командующий фронтом оставил для ее уничтожения одну треть своих сил (48-ю армию и 105-й корпус 65-й армии), а две трети немедленно направил для преследования противника на Минск и Барановичи. Уже 3 июля 1-й гвардейский танковый корпус вышел к Минску, а 4 июля конно-механизированная группа завязала бои на подступах к Барановичам. Такая стремительность в преследовании не только не позволила противнику оказать помощь своим окруженным войскам в районе Бобруйска, но и не дала возможности организовать подбрасываемыми резервами серьезное сопротивление в глубине.

Преследование войсками всех фронтов велось на широком фронте, что лишало возможности немецкое командование использовать на одном каком-либо направлении подходившие из глубины резервы. При этом подвижные соединения на флангах продвигались несколько уступом вперед по отношению к общевойсковым соединениям, наступавшим в центре. Это создавало в процессе преследования выгодные условия для охвата и окружения отдельных узлов сопротивления противника.

Например, в районе города Барановичи, когда главные силы завязали упорные бои на восточных подступах, с севера город был уже глубоко обойден дивизиями 4-го гвардейского кавалерийского корпуса, а с юга силами 1-го механизированного корпуса. Противник попал в трудное положение и вынужден был прекратить сопротивление и оставить город. Участь Минска была предрешена тем, что наши подвижные соединения 3-го и 1-го Белорусских фронтов, стремительно преследуя отступавшего противника и глубоко обходя город с севера и юга, уже 2 июля перерезали основные коммуникации минской группировки врага на Вильнюс и Барановичи.

Ввиду того что немецкие войска в глубине оказывали слабое сопротивление, наши подвижные соединения нередко использовали для преследования шоссейные дороги. Это позволяло им увеличивать темп продвижения, решительно выходить на параллельные пути отхода противника и значительно облегчало обеспечение горючим и боеприпасами. Однако преследование по хорошим дорогам не всегда может быть успешно выполнено. Противник при отходе обычно оказывает сопротивление на дорогах, взрывает переправы, портит проезжую часть, оставляет большое количество мин. В результате передовые части бывают вынуждены делать частые остановки, несут существенные потери, особенно в материальной части. Поэтому, когда позволяют условия местности, часть сил обязательно следует направлять по дорогам, идущим параллельно основной магистрали.

На 3-м Белорусском фронте преследование, как правило, осуществлялось в армиях по двум направлениям. На каждом направлении действовало по одному стрелковому корпусу, но группировка сил на направлениях не была одинаковой. Она менялась в зависимости от обстановки. Создание главной группировки на том или ином направлении всегда подчинялось идее быстрейшего разгрома отходящего врага. Так, например, в 11-й гвардейской армии во время преследования немцев вдоль минской магистрали боевой порядок строился так: в первом эшелоне два стрелковых и один танковый корпуса, танковая бригада, два танковых полка и 80 % всей артиллерии; во втором эшелоне стрелковый корпус и 20 % артиллерии.

Главный удар наносился левым флангом силами стрелкового корпуса, танкового корпуса (2-й гвардейский танковый корпус), танковой бригады или танкового полка и двумя третями имевшейся артиллерии. Корпус, действовавший в первом эшелоне на правом фланге, наносил вспомогательный удар. Второй эшелон следовал на внешнем левом фланге за главными силами, обеспечивая их от фланговых ударов противника с юга.

С выходом 11-й гвардейской армии за Березину, когда становилось вполне вероятным образование для немцев минского котла, главные усилия 11-й гвардейской армии переместились на правый фланг. Этим достигался глубокий обход противника с севера и быстрый выход на его коммуникации.

Большое значение для успеха преследования имело применение подвижных передовых отрядов в корпусах и армиях. Эти отряды нередко прорывались через походные и боевые порядки противника, выходили на его тылы, захватывали важные узлы дорог, переправы и удерживали их до подхода наших главных сил.

Во время преследовании войскам приходилось форсировать ряд водных рубежей. Ввиду того, что при быстром продвижении понтонно-мостовые части отставали, особо важное значение для переправы пехоты и легких грузов имело использование подручных средств (плотов, рыбачьих лодок, бочек из-под горючего, бревен и др.). Успех форсирования речных рубежей во многих случаях обеспечивался стремительностью действий. Примером таких действий, обеспечивших крупный успех, могут служить действия 3-го гвардейского механизированного корпуса и 5-й армии 3-го Белорусского фронта на реке Березина, а также форсирование 11-й гвардейской армией реки Неман.

В целом последний этап Белорусской операции являет чрезвычайно поучительный пример оперативного преследования, проведенного с высоким искусством на большую глубину и при широком применении маневра. Здесь мы видим полное использование достигнутой победы.

8. Соотношение сил в воздухе резко изменилось в нашу пользу по сравнению с операциями прошлых лет. Наша мощная авиация господствовала над полями сражений в Белоруссии летом 1944 года. Немецкая авиация в основном проявляла себя в ограниченных масштабах. Цифры самолето-вылетов, характеризующие активность авиации с обеих сторон, приводились многократно на протяжении настоящего труда.

Благоприятные для нас условия воздушной обстановки во многом облегчали ведение операций наземным войскам и способствовали нашим победам. Советские войска, свободные от воздействия неприятельской авиации, могли полностью осуществлять свои смелые маневры. Наоборот, господство нашей авиации в воздухе и ее мощные удары по немецким войскам сильно затрудняли и осложняли для них ведение боевых действий.

Это важное влияние воздушной обстановки следует иметь в виду для правильного понимания общего хода боевых действии в Белоруссии.

Однако действия авиации не были равномерно распределены в течение всей операции; напряжение ее работы было разное в различные периоды. Особая активность нашей авиации проявлялась на первом этапе операции и резко снижалась в дальнейшем. Наряду с соображениями оперативного порядка серьезную роль играли перебои в подвозе горючего для авиации. В качестве примера приведем некоторые данные по 3-й воздушной армии. Так, в период с 23 по 27 июня только ночная бомбардировочная и штурмовая авиация делала ежедневно от 472 до 759 самолето-вылетов, Уже с 5 июля (вследствие значительных перебоев в обеспечении горючим) активность нашей авиации резко снизилась. Это относится в первую очередь к штурмовой авиации, которая с 6 по 15 июля производила ежедневно всего от 7 до 36 самолето-вылетов. Такое снижение активности нашей авиации отрицательно сказывалось на развитии операции, особенно на двинском направлении, где сопротивление противника в этот период значительно возросло. Противник, воспользовавшись ослаблением деятельности кашей авиации (особенно штурмовой), беспрепятственно подтягивал резервы в район юго-восточнее Двинска, производил перегруппировки вдоль фронта, а также усилил действия своей авиации.

9. К началу операции войска были обеспечены в материально-техническом отношении. Боеприпасы всех видов, горюче-смазочные материалы, продфураж и прочие необходимые запасы были подвезены в больших количествах к войскам, на армейские и фронтовые склады и базы. Соответствующие цифры были приведены в начале настоящей работы.

Расход боеприпасов на различных направлениях был разный. Там, где бои принимали длительный и упорный характер, расход соответственно возрастал. Наоборот, на тех направлениях, где сопротивление врагов было быстро сломлено и операция развивалась в быстрых темпах, там расход боеприпасов резко снижался.