Читать онлайн «Операция «Багратион»». Страница 57

Белорусская операция характерна высокими темпами ее проведения (в среднем за три недели по 20 км и более в сутки) и быстрым развертыванием крупных событий. В ряде случаев запланированные темпы были значительно перевыполнены, примером чего являются действия войск 3-го Белорусского фронта, которые вышли на березинский рубеж за три дня до намеченного срока, а также овладение войсками этого фронта городом Минск ранее срока. Подобные примеры имеют место и в действиях других фронтов. Таким образом, это одна из наиболее маневренных операций Великой Отечественной войны, в которой сила ударов и темпы наступления нарастали в ходе продвижения войск.

23 июня войска Красной Армии занимали исходные позиции восточнее Днепра (между Оршей и Быховым), а 15 июля они находились уже на Немане (между Каунасом и Гродно), а частью сил и за Неманом.

В рамках этой большой операции можно отметить целую серию меньших, вполне законченных операций фронтового и армейского масштаба (Витебская, Бобруйская, Полоцкая и др.), которые последовательно развивались и перерастали в следующие без заметных пауз.

Глубина операций (армейских, фронтовых) зависела от общего замысла операции, от задачи данной армии (фронта), а также от того, насколько удалось осуществить намеченный замысел. Так, глубина операции 39-й армии под Витебском составила всего 30–50 км, а 65-й армии под Бобруйском — 70–90 км. Глубина первых операций 5-й и 11-й гвардейской армий доходила до 140–160 км. Глубина фронтовой операции 3-го и 2-го Белорусских фронтов до Минска составила 250–500 км.

Взаимодействие фронтов осуществлялось по-разному, в зависимости от задач и особенностей обстановки. Так, на первом этапе мы видим согласованные удары четырех фронтов по прорыву неприятельской обороны и разгрому противостоящих сил врага на огромном шестисоткилометровом фронте, и вместе с тем наиболее тесное взаимодействие (оперативное, а в отдельные моменты даже тактическое) войск 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов по окружению и уничтожению витебской группировки немцев.

На втором этапе исключительно четко осуществлялось оперативное взаимодействие трех фронтов (3-го, 2-го и 1-го Белорусских) путем концентрического наступления на минском направлении в целях окружения и разгрома минской группировки немцев.

Наконец, на третьем этапе, при преследовании остатков разбитого противника, взаимодействие носило более широкий характер: фронты, решая самостоятельные задачи на своих направлениях и в своих полосах действий, вместе с тем оперативно содействовали друг другу в достижении общей цели.

3. Работа командования в Белорусской операции была исключительно сложной и ответственной. В ходе наступления Верховное Главнокомандование твердо и искусно руководило напряженной борьбой огромного масштаба и размаха в условиях быстрого изменения обстановки и добилось блестящих успехов при разгроме трех армий врага.

Выбор направлений для главных ударов, организация наступления четырех взаимодействующих фронтов, своевременное сосредоточение и использование оперативных и стратегических резервов, наращивание сил из глубины в ходе операции, разгром врага и неотступное преследование на сотни километров его разбитых частей и соединений являются замечательными образцами советского военного искусства.

Представители Ставки Верховного Главнокомандования маршалы Советского Союза Г. К. Жуков и А. М. Василевский руководили на местах операциями фронтов, объединяли и направляли их действия для наилучшего осуществления плана Верховного Главнокомандования по разгрому немцев в Белоруссии. В этой ответственной и сложной работе, давшей столь блестящие результаты, они еще раз проявили свой военный талант выдающихся полководцев сталинской школы.

Работа командующих фронтами (1-го Прибалтийского — генерала Баграмяна, 3-го Белорусского — генерала Черняховского, 2-го Белорусского — генерала Захарова и 1-го Белорусского — маршала Рокоссовского), а также многих командующих армиями ярко свидетельствует о высоком уровне оперативного искусства нашего высшего командования.

Войска Красной Армии в боях за Белоруссию показали возросшее воинское мастерство, большое мужество и редкую выносливость. Сражаясь зачастую в трудных условиях лесисто-болотистой местности и в сложной боевой обстановке, совершая длительные форсированные марши с преодолением речных преград и смелые маневры, наши воины оказались на высоте стоявших перед ними задач.

В свете блестящих побед Красной Армии, достигнутых на полях Белоруссии, стала особенно наглядна порочность немецко-фашистского стратегического и оперативного руководства.

Переходя к оценке действий немецкого командования, следует с самого начала указать на уже отмеченный ранее крупный просчет, допущенный гитлеровцами в оценке общего стратегического положения на Востоке и сил Красной Армии. Немецкое высшее командование считало возможным отразить наступление советских войск в Белоруссии наличными силами Центральной группы армии, в пределах главной полосы обороны, не допустив оперативного прорыва и его развития.

Между тем оперативных резервов у немцев в Белоруссии было недостаточно, и прорыв тактической обороны на широком фронте грозил им катастрофой.

Интересно напомнить, что из 22 танковых дивизий, которые немцы имели на Восточном фронте, к началу операции 20 находились к югу от реки Припять и только две — к северу от нее.

Когда прорыв был совершен и образовалась широкая брешь, немецкое командование стало лихорадочно снимать и перебрасывать дивизии с других направлений. Однако ввиду больших размеров понесенного поражения, а также стремительности наступления советских войск немцам приходилось перебрасываемые силы вводить в бой по частям, с ходу, без необходимой подготовки. Поэтому они быстро уничтожались в огне сражений, не будучи в состоянии выполнить поставленные перед ними задачи и задержать наше наступление.

Таким образом, серьезными просчетами со стороны немецкого командования были:

— неверная оценка намерений и возможностей Красной Армии;

— недостаток оперативных резервов, включая и авиацию;

— то обстоятельство, что своевременно не была спрямлена белорусская дуга — это позволило бы немцам сократить фронт и сэкономить силы.

Немецкое командование рассчитывало:

— на прочность оборонительной системы в Белоруссии, создававшейся длительное время, с образованием укрепленных районов на важнейших направлениях;

— на стойкость своих войск, защищавших «белорусский балкон»;

— на возможность быстрого маневрирования оперативными резервами[76].

Ни один из этих расчетов не оправдался.

4. Всякая современная операция, а тем более такого масштаба, как Белорусская, требует тщательной и всесторонней подготовки. Подготовка — основа успеха.

Следует отметить тщательную подготовку операции как в центре, так и во фронтах и армиях. Она во многих отношениях весьма поучительна.

Так, например, командованием 1-го Прибалтийского фронта и армий в подготовительный период была осуществлена перегруппировка войск. С правого фланга на направление главного удара была выведена 6-я гвардейская армия. Внутри 43-й армии производился также ряд перегруппировок, в результате которых к правому флангу армии (где наносился главный удар) было сосредоточено два стрелковых корпуса (1-й и 60-й). Не менее сложная работа была проведена также на 3-м Белорусском фронте, связанная с вводом в первый оперативный эшелон 11-й гвардейской армии в составе трех стрелковых корпусов и с созданием ударных группировок на витебско-богушевском и оршанском направлениях. Все мероприятия, связанные с перегруппировкой войск, были тщательно продуманы, организованы и дали весьма положительный эффект.

Особенно большое внимание командованием и штабами было уделено вопросам обеспечения скрытности производимых перегруппировок. Следует отметить, что в целом эта задача была решена успешно. Немецкое командование не смогло своевременно обнаружить прибытия на ударные направления 6-й и 11-й гвардейских армий. Местные же перегруппировки, произведенные в 43-й армии 1-го Прибалтийского фронта, как, например, сосредоточение войск на правом фланге этой армии, немецкой разведке удалось обнаружить, что видно из захваченного у противника документа (развединформация 9-го армейского корпуса).

Опыт Отечественной войны показывает, что при длительном расположении противников друг перед другом, т. е. когда известны не только соединения и части, занимающие оборону в первой линии, их стыки и фланги, но и установившийся режим на переднем крае и в глубине, произвести скрытно перегруппировку довольно трудно. Как видно из того же трофейного документа, увеличение полосы обороны для 204-й стрелковой дивизии и вывод в резерв 306-й дивизии 43-й армии, а также ряд других признаков (стрельба на высоких разрывах, ведение пристрелки более крупными калибрами орудий и др.) позволили противнику догадываться о готовящейся операции. Но только благодаря тому, что командованию 1-го Прибалтийского фронта удалось скрытно сосредоточить 6-ю гвардейскую армию, противник не смог по обнаруженным признакам перегруппировок в 43-й армии определить масштабы готовящейся операции севернее Витебска. Немецкое командование предполагало, что севернее Витебска будет произведено наступление частного характера. В отношении 3-го Белорусского фронта противник, исходя из опыта предыдущих операций наших войск, ожидал активных действий на оршанском направлении. Сосредоточение же крупных сил и подготовка мощного удара в направлении Богушевска для него остались незамеченными.