Читать онлайн «Империя Александра Македонского. Крушение великой державы». Страница 64

Конец наступил с приходом галатов, которые ворвались и разорили Македонию с пугающей легкостью. Аграрное царство перестало существовать за исключением разбросанных групп населения, нашедших спасение в городах. Царская власть возродилась, только когда Антигон Гонат нанял пиратов и галатов, чтобы изгнать других галатов. Военное государство, подобное Македонии, не могло опуститься ниже. Это был конечный результат экспедиции Александра, который означал, что его родина не способна защитить себя.

Я предпочел подчеркнуть негативные аспекты великой экспедиции, поскольку она часто описывается как время возбуждения и достижений с Александром в качестве героя. Эта точка зрения основана на интерпретации, принятой в античных источниках, но есть и другие точки зрения. Если отвлечься от Александра, это изменяет угол зрения и парадоксально подчеркивает роль отдельных личностей. Отсутствие Антипатра и Антигона (и Деметрия) в ходе кампаний, которые Александр вел в Бактрии и Индии, стало очень важным для их представления об империи. Это были самые трудные, наиболее дорогостоящие и ужасные из всех войн Александра, и никто из участников не избежал влияния этих событий. Оставленные Александром в Бактрии греческие гарнизоны и колонисты дважды пытались бежать из страны, где он их поселил. Последовавшие кампании в Индии показали худшие стороны ведения войн греко-македонцами, частично в результате трудностей войны в Бактрии. Но для многих из участников они стали и определенным стимулом. Индия долгое время оставалась бесконечно привлекательной страной для греков из-за своей экзотичности. Бактрия обладала большой притягательностью, став домом для многих тысяч греческих колонистов, которые преобразовали ее в страну городов. Выражение «Тысяча городов Бактрии» стало поговоркой.

Некоторые из македонских военачальников, наследовавшие Александру, продемонстрировали такую же оценку перспектив этих восточных земель. Одним из них, очевидно, был Селевк, но отметим также Стасанора, сатрапа Бактрии, Пейтона, сатрапа Мидии, который стремился к роли высшего правителя над всем Востоком, и сатрапов востока, которые имели тенденцию долго оставаться в должности. В Бактрии, единственной сатрапии, было несколько губернаторов. Стасанор был сатрапом с 320 г. до н. э. не менее чем до 315 г. до н. э. (будучи сатрапом Ареи-Дрангианы с 329 по 320 до н. э.). Сын Селевка Антиох правил ей с 294 по 281 гг. до н. э. Диодот и его сын были следовавшими друг за другом сатрапами в течение, вероятно, 40 лет, начав при Антиохе I, и в конце концов привели страну к независимости. Эти долгие периоды правления способствовали стабильности и были одной из причин миграции греков.

Таким образом, из трех человек, политика которых была направлена на сохранение или возрождение единства империи Александра, только Селевк имел непосредственный опыт Востока. Это позволило ему набрать конницу и слонов, которыми была выиграна битва при Ипсе. С этого времени, с 301 г. до н. э., он также контролировал весь путь на восток от побережья Сирии до Бактрии, вдоль которого должны были двигаться эмигранты. Он основал или увеличил десять городов в Сирии и полдюжины в Персии, не говоря уже о великой Селевкии на Тигре. Колонизация этих городов и земель греками и македонцами была основной частью его общей политики. Конечно, это было сделано для решения его собственных задач: создать надежное и значительное греко-македонское население, из которого он мог набирать армию и гражданских служащих. Но чтобы добиться этого, он должен был основывать города, раздавать земли, помогать семенами, давать налоговые льготы и т. д. По закону непредвиденных последствий в будущем эта политика привела к другим результатам.

Восстановление единства империи после смерти Антипатра требовало наличия решительно взявшегося за выполнение этой задачи человека, который должен был командовать значительной армией и обладать достаточными средствами, но он также должен был иметь опыт и поддержку во всех частях империи. Это означало помимо центра (Бактрия, Вавилония и Малая Азия) и Македонии также и Восток. Вследствие своих людских ресурсов и поскольку титул «царь Македонии» все еще сохранял мистический заряд, решающей была Македония, но Восток был также необходим. Контроль над людскими ресурсами Востока дал Селевку его огромную силу. Но ни Антипатр, ни Антигон не проявили интереса. Антипатр просто игнорировал этот регион. Антигон мог черпать из этого источника силы и, если бы он сделал это, у Селевка не было бы шансов, но он удовлетворился победой над Эвменом.

Настоящим препятствием к объединению империи была прежде всего семья Антипатра: и он сам, не заинтересованный ни в чем за пределами Македонии, и Кассандр, который в этом, как и во всем остальном, следовал за своим отцом; а во-вторых, семья Антигона, никто из представителей которой не видел потенциала Востока. Потенциал Македонии даже после Александра продемонстрировала проведенная Деметрием мобилизация; при этом он так испугал всех остальных; в том числе и народ Македонии, что они объединились против него. Но даже сохраняя поддержку Македонии, он не смог бы противостоять всем ресурсам Азии и Востока.

Антипатр и Кассандр отражали в своей политике предрассудки и предпочтения македонцев. Их реакция на планы Деметрия и их более ранняя неприязнь к Антигону показали их общую антипатию к авантюрам за морем. У них не было идеологического стимула для восстановления империи, которую завоевал их царь. Политика Кассандра сопротивления Антигону была таким образом хорошо рассчитанным выражением требований его подданных. Селевк, по-видимому, мог бы объединить империю в 282–281 гг. до н. э., но его медлительность во время похода в Македонию предполагает скорее, что он знал о предстоящих трудностях.

Решающими факторами, предотвратившими объединение, были частично упрямое сопротивление Птолемея в Египте, а частично нежелание македонцев прилагать усилия для достижения этой цели, но основной проблемой было престолонаследие в Македонии. Нелишне будет повторить, что приход Александра к власти после убийства его отца в 336 г. до н. э. был первым за два столетия случаем, когда при передаче царской власти в Македонии не началась гражданская война и не произошло распада государства, или не случилось и то и другое. Но даже тогда Александру пришлось отражать агрессоров и прибегнуть к нескольким убийствам для обеспечения мира. Вряд ли удивительно, что смерть самого Александра привела к гражданской войне и политическому коллапсу. Проблема повторялась после смерти Антипатра, Кассандра, сыновей Кассандра, Деметрия и Селевка. Только ужасные события во время вторжения галатов и осторожные действия и нововведения Антигона Гоната обеспечили успешное преодоление его династией этой проблемы в течение следующего столетия.

Эту опасность ясно понимали и другие: Селевк и Птолемей тщательно организовали престолонаследие, задолго до своей смерти Антигон Одноглазый назначил своего сына царем, как только принял этот титул сам, и Антигон Гонат естественным образом стал царем после смерти своего отца. Династическая катастрофа Лисимаха была наглядным примером для всех. Проблема заключалась в македонцах. Кассандр пытался назначить преемника, но вмешалась его вдова. Те македонцы, которыми правил Кассандр, не бывали за морем, были сторонниками традиций и не любили новшеств. Только пережитое ими нашествие галатов — еще один процесс очищения — наконец заставил их отказаться от своего снисходительного отношения к спорам по вопросу престолонаследия. Тем временем они из-за своего эгоцентризма и упрямства фактически разрушили собственную империю.

Austin М.М. Austin, The Hellenistic World from Alexander to the Roman Conquest, Cambridge 1981

ВCH Bulletin de Correspondance Hellenique

САН Cambridge Ancient History

CQ Classical Quarterly

FGrH P. Jacoby, Die Fragmente der Griechischen Historiker, Berlin, from 1923

IG Inscriptions Graecae

JHS Journal of Hellenic Studies

Macedonia N. G. L. Hammond et al., A History of Macedonia, Oxford 1972–1978

OGIS W. Dittenberger, (ed.) Orientis Graeci Inscriptones Selectae, Leipzig, 1903–1905

REA Кумгу des Etudes Anciennes

SVA Die StaatsvertagedesAltertums, vol. 2 ed. H. Bengtson, vol. 3 by H. H. Schmitt, Munich 1962 and 1969

Tod, GHl M.N. Tod, A Selection of Greek Historical Inscriptions, Oxford 1948

Adams, W. L. (1996) ‘In the wake of Alexander the Great: the impact of conquest on the Aegean world’,Ancient World 27, 29–37.

Adams, W. L. and Borza, E. N. (eds) (1982)Philip II, Alexander the Great and the Macedonian Heritage, Washington DC.

Alexandre le Grand, Image et Realitė (1976) Fondation Hardt, Geneva.

Allen, R. E. (1983)The Attalid Kingdom, Oxford.

Andronicos, M. (1970) 'Sarisa', BCH, 94, 91-107.

Anson, E. M. (1988) 'Antigonos, Satrap of Phrygia',Historia 37, 471-7.

Ashley, J. R. (1998)The Macedonian Empire, The Era of Warfare under Philip II and Alexander the Great, 359–323ВС, Jefferson NC.