Читать онлайн «Монгольская империя Чингизидов. Чингисхан и его преемники». Страница 79

Впрочем, Ариг-Буга также не сидел, сложа руки. Он любыми путями старался сохранить доступ в Среднюю Азию, и его основные военные действия были направлены именно на это. Армия во главе с Аландаром призвана была охранять дороги в Среднюю Азию. Но, как уже говорилось, в конце 1260 года Хадан-Огул встретил Аландара под Силяном, стратегически важным пунктом в Северо-западном Китае, и, разгромил его армию. Сам Аландар был казнен по приказу Хадан-Огула. Тогда Ариг-Буга решил опереться на непосредственный союз с улусом Джагатая в Средней Азии. Внук Джагатая Алгуй входил в число ближайших сподвижников Ариг-Буги, последний также поддерживал тесные отношения с другими монгольскими правителями этого региона. Ариг-Буга отправил Алгуя заявить о своих правах на Среднюю Азию, где в это время скончался хан Хара-Хулагу, тоже внук Джагатая. Хубилай, преследуя те же цели, тоже старался заполнить вакуум, образовавшийся в Средней Азии, и решил посадить на престол Джагатайского улуса своего ставленника, еще одного внука Джагатая Абишку. Он предоставил Абишке довольно большой отряд и отправил его через Кашгар в Среднюю Азию. Однако войска Ариг-Буги перехватили этот отряд, задержали, а затем и убили Абишку. Алгую повезло значительно больше. Ему удалось пробиться к месту назначения и установить свою власть в Джагатайском улусе. Таким образом, в Средней Азии у Ариг-Буги появился очень важный союзник, который мог обеспечивать его зерном и другими необходимыми припасами. И пока Алгуй оставался у власти и поддерживал дружественные отношения с Ариг-Бугой, последний сохранял неплохие шансы в ожесточенной борьбе с Хубилаем. То есть, определенный контроль над улусом Джагатая или, по крайней мере, более или менее крепкий союз с его улусным ханом имел для Ариг-Буги необычайно важное значение.

Портрет Хубилай-хана

А что же оставленный нами в Палестине Хулагу? Известие о смерти Менгу-каана он, из-за огромной дальности расстояния, получает только весной 1260 года, и оно становится для него крайне неприятным сюрпризом: ведь до победы над исламским миром было уже рукой подать. Умный сын Тулуя, однако, отлично знает, какую опасность может принести затянувшееся междуцарствие, и, забрав с собой большую часть армии, начинает двигаться на восток, в монгольские степи. В Палестине он оставляет свой авангард из трех туменов под командованием Китбуги-нойона, а чтобы не рисковать, приказывает тому воздержаться от активных военных действий и ограничиться необходимой обороной. Все, казалось бы, достаточно продумано, но действия Хулагу привели к очень тяжелым последствиям для монголов и спасли почти уже обреченный мусульманский мир.

Засевшие в Египте воинственные мамлюки чрезвычайно воодушевились уходом большей части армии Хулагу и рискнули воспользоваться внезапно представившимся им шансом. И тут у них обнаружились совершенно неожиданные союзники. Своих заклятых врагов вдруг решили поддержать базирующиеся в Палестине духовно-рыцарские монашеские ордена тамплиеров и иоаннитов. Такой шаг рыцарей-монахов трудно объясним — ведь, по существу, он является предательством христианских интересов. Тем не менее, тамплиеры предоставляют мамлюкам возможность провести войска через Иерусалимское королевство крестоносцев и, тем самым, выйти в тыл не ожидающим этого монголам Китбуги. Вожди мамлюков Кутуз и Бейбарс с удовольствием воспользовались таким подарком, и после стремительного марша их армия оказывается в незащищенном монгольском тылу. И здесь, у селения Айн-Джалуд, 3 сентября 1260 года состоялось сражение, решившее судьбу войны и спасшее исламский мир от уничтожения его монголами. Армия Китбуги была разгромлена наголову, почти все его воины погибли, а сам Китбуга был захвачен в плен и казнен. После этого мамлюки ринулись вперед, захватили Иерусалим, Дамаск, Халеб и большую часть Сирии. Здесь их войска были остановлены спешно переброшенной армией Хулагу, возвращавшейся из похода на несостоявшийся курултай. К этому времени Хулагу получил от Хубилая ярлык на завоеванные им области, что фактически означало создание нового чингизидского улуса. Разумеется, полностью удовлетворенный Хулагу признал Хубилая великим кааном, согласившись с решениями курултая в Кайпинфу. Но тут новоиспеченного ильхана поджидает новый удар: против него с огромной армией движется Берке, заявивший претензии Джучидов на Арран и Азербайджан, завещанный им еще Чингисханом. Хулагу двинул свою армию навстречу, и на берегах Терека состоялось исключительно кровопролитное сражение двух монгольских армий. Именно после этой грандиозной битвы Берке произнес свои знаменитые слова: “Пусть Аллах накажет Хулагу, который убил так много монголов руками монголов. Если бы мы объединились, мы бы завоевали весь мир!” Хулагу потерпел в этой битве тяжелое поражение, а громадные потери, понесенные его армией, не позволили ему вновь перехватить инициативу на исламском фронте. В Передней Азии сложилось достаточно устойчивое status-quo.

А теперь вернемся к Ариг-Буге. Прежде чем Ариг-Буга смог извлечь из союза с Алгуем хоть какую-либо реальную пользу, состоялась его решающая битва с Хубилаем. Рашид ад-Дин вновь не преминул упрекнуть Ариг-Бугу в двуличности, которая и привела к столкновению. Он пишет, что Ариг-Буга вовсе не собирался заключать мир с Хубилаем, а вместо этого готовил людей и лошадей к войне. По его словам, к осени 1261 года Ариг-Буга откормил лошадей и тайно провел все необходимые приготовления к военным действиям. Он «не сдержал своего слова, нарушил обещание и еще раз выступил на войну с кааном. Когда он приблизился к Йисункэ (одному из военачальников Хубилая), который стоял на границе области, то послал гонца (передать): «Я иду с покорностью», и, усыпив этим его бдительность, неожиданно напал на него, обратил его вместе с войском в бегство».{Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Т.2. С. 162.} Узнав об этом «вероломстве» Ариг-Буги, Хубилай собрал свое войско для битвы, и в ноябре 1261 года обе армии сошлись при Шимултае, недалеко от китайско-монгльской границы. Армия Ариг-Буги была разбита и бежала. Вскоре армия Хубилая торжественно вступила в Каракорум. Ариг-Буга, впрочем, не потерял ни веры в победу, ни присутствия духа. Он сумел собрать и перегруппировать свою армию, чтобы вновь противостоять Хубилаю. Следующее сражение состоялось севернее, на западном склоне Хинганских гор в Восточной Монголии, и не принесло победы ни одной из сторон. Хубилай в этом сражении не участвовал, а войско Ариг-Буги, по всей вероятности, вступило в бой лишь с авангардом армии Хубилая. Дальнейшие события показывают, что несмотря на неопределенный исход последней битвы, Хубилай захватил полный контроль над коренным улусом и получил возможность оказывать значительное давление на базу Ариг-Буги в Минусинской котловине.

После тяжелого поражения и утраты коренного монгольского юрта Ариг-Буга был вынужден обратиться за помощью к своему вероятному союзнику в Средней Азии. За прошедший год Алгуй сумел полностью сломить сопротивление своих противников и взял всю власть в Джагатайском улусе. Ариг-Буга, выдавший Алгую ярлык как хану Джагатайского улуса, тем самым передавал ему и все полномочия по сбору налогов, что предоставляло тому возможность воспользоваться этим для укрепления собственной власти, не оглядываясь на назначившего его не вполне легитимного каана. И вполне естественно, что Алгуй вовсе не хотел делиться с оказавшимся в кризисной ситуации «кааном» собранными товарами, зерном, конями и серебром. Вполне уяснив сложность положения Ариг-Буги, утратившего Монголию, он повернул против бывшего союзника, и отказался делить с ним доходы от налогов, которые сам назначал и собирал. Когда посланцы Ариг-Буги явились к Алгую и потребовали раздела собранных налогов, он долго тянул с ответом, пока послы не потеряли терпение и не стали настаивать на немедленной выдаче доли каана. Вынужденный действовать, Алгуй казнил послов, пойдя на явное предательство, что делало неизбежным конфликт с Ариг-Бугой.

Атака монголов. Современная реконструкция

Ариг-Буга выступил из Монголии в Среднюю Азию, чтобы вернуть свою верховную власть и наказать строптивого ставленника. Уходом его армии в полной мере воспользовался Хубилай, который перевез сюда припасы, оставил небольшой воинский контингент и назначил чиновников, предупредив их, чтобы они не слишком обременяли жителей только что завоеванных областей. Он, однако, не смог преследовать Ариг-Бугу, поскольку, по свидетельству Рашид ад-Дина, к нему прибыли гонцы и доложили, что в Китае, ввиду отсутствия каана, обнаружились промахи и расстройство в делах. Хубилай был вынужден вернуться в Китай для подавления восстания, вспыхнувшего здесь, и направился в Кайпинфу, чтобы посвятить основное внимание этой угрозе, которая представлялась ему куда более опасной, чем даже война с Ариг-Бугой. Китайские проблемы Хубилая развязали руки его непокорному брату. Теперь Ариг-Буга мог воевать с Алгуем, особенно не опасаясь удара с тыла. Он повел свои войска к реке Или в Семиречье. Здесь его авангард под командованием Кара-Буги столкнулся с главными силами Алгуя и был полностью разбит. Кара-Буга был убит, а Алгуй, одержав эту победу уверил себя в том, что его проблема с Ариг-Бугой полностью разрешена. На радостях он устроил многодневные пиршества и даже распустил по домам значительную часть своей армии. Но эта его радость была весьма недолгой. Вскоре остатки его армии были обращены в бегство подошедшим главным войском Ариг-Буги. При этом Ариг-Буга занял базу Алгуя в Алмалыке, и вынудил того бежать в западные оазисы Срединной Азии — Хотан и Кашгар.