Читать онлайн «Правда о Великой Отечественной войне (сборник статей)». Страница 49

Попытаемся приблизительно оценить безвозвратные потери вооруженных сил в ходе гражданской войны. В 1923 г. на Украине было проведено обследование сельского населения, в ходе которого установлено примерное соотношение числа погибших и пропавших без вести в ходе первой мировой и гражданской войн (с включением в это число и умерших от ран и болезней в составе вооруженных сил). По 8-и губерниям Украины опрошенные назвали 3508 погибших и пропавших без вести в ходе первой мировой войны и 2022 - в ходе гражданской войны. Учитывая, что опросом были охвачены как губернии, активно участвовавшие в гражданской войне, так и те, где активных боевых действий практически не велось, а также принимая во внимание, что несколько более активная роль Украины в гражданской войне по сравнению со страной в целом компенсируется тем, что опрошено только сельское население, а в гражданской войне роль городского населения в вооруженных силах, а следовательно, и в потерях, была выше, чем в первой мировой (в Красной Армий доля горожан за счет рабочих превышала 31,4% по сравнению с 17,8% в императорской армии, в белых армиях за счет офицеров и добровольцев доля горожан также была выше, чем в первую мировую войну), соотношение между жертвами двух войн можно признать близким к среднему по стране и принять это среднее отношение равным 1,67:1, что дает на 2 млн. погибших в первую мировую войну, примерно 1150 тыс. погибших в гражданскую в армиях и повстанческих формированиях всех сторон. Число погибших и умерших в Красной Армии можно попытаться примерно оценить на основе имеющихся неполных статистических данных. В нашем распоряжении имеются сравнительно точные данные о польских потерях в ходе советско-польской войны 1918-1920 гг. - 113,5 тыс. раненых, 30,3 тыс. умерших, 17,3 тыс. убитых, 51,4 тыс. пропавших без вести и 38,8 тыс. - без обозначения вида потерь, а всего 251,3 тыс., из которых на 1920 г. - время наиболее интенсивных боевых действий - приходится 201,6 тыс. человек. учитывая, что в советском плену было около 30 тыс. польских военнопленных и еще 2,5 тыс. пленных оказалось в Восточной Пруссии вместе с интернированными советскими войсками, а также пропорционально распределяя показанных без обозначения вида потерь по разным категориям потерь, мы оцениваем число убитых в польской армии в 38 тыс. человек, что совпадает с оценкой Б. Ц. Урланиса. В 1920 г. из этого числа погибших было около 30 тыс. кроме того, на стороне Польши в 1920 г. сражаюсь украинские войска правительства С. Петлюры, бригада донских казаков и отряды С. Булак-Булаховича, которые все вместе в разгар кампании уступали польским войскам в численности примерно в 10 раз, так что их потери убитыми можно оценить примерно в 3 тыс. человек. Общее число раненых в польских войсках за войну в целом мы оцениваем в 136 тыс. человек, что дает соотношение раненых и убитых 3,6:1. Мы предполагаем, что потери Красной Армии убитыми в войне против польской армии были больше, чем потери поляков, учитывая лучшую организацию, вооружение и боеспособность польских войск. Для получения примерной величины потерь Красной Армии убитыми возьмем коэффициент в 1,6, примененный для определения потерь русской армии убитыми, исходя из потерь армий Центральных держав на русском фронте. Тогда потери Красной Армии в войне с Польшей составят около 62 тыс. убитыми, в том числе в 1920 г. - около 48 тыс. Кроме того, потери советских войск в сражениях на польском фронте с польскими союзниками можно принять примерно равными потерям противника, поскольку войска Петлюры и Булак-Булаховича уступали польским войскам по боеспособности. Таким образом, общие потери Красной Армии в кампании 1920 г. на польском фронте составили около 51 тыс. человек. Предположим, что в 1920 г., принимая во внимание продолжительность и интенсивность боевых действий, в войне с Польшей Красная Армия потеряла три четверти от общего числа убитых в этом году, которое тогда можно оценить в 68 тыс. Число убитых в 1919 г. можно принять примерно равным числу убитых в Красной Армии в 1920 г., исходя, опять же, из интенсивности и продолжительности боев. В 1918 г. потери Красной Армии убитыми можно оценить примерно в одну четверть от уровня 1919 г., т. е. в 17 тыс., принимая во внимание, что Красная Армия была создана лишь в июне и что интенсивность боев во второй половине 1918 г. была ниже, чем в 1919 г. Общие же потери Красной Армии убитыми в 1918-1920 гг. мы оцениваем в 153 тыс. Эта цифра находит подтверждение в данных о числе раненых военнослужащих Краевой Армии - с октября 1918 г. по 1 ноября 1920 г. их насчитывалось около 502 тыс. человек. Добавив сюда потери при занятии Крыма - не менее 10 тыс. убитых и раненых (в том числе, вероятно, около 8 тыс. раненых) и приняв ежемесячные потери ранеными в первые четыре месяца существования Красной Армии (с июня по октябрь 1918 г.) вдвое меньшими, чем среднемесячные за войну в целом, общее число раненых в Красной Армии в 1918-1920 гг. мы оцениваем в 550 тыс. человек, что дает нам, если применять установленное для польской армии соотношение раненых и убитых 3,6:1, число убитых в 153 тыс. человек. Из этого числа в борьбе против белых армий и повстанческих отрядов погибло около 89 тыс. В целом белые армии значительно уступали Красной Армии в численности (1-1,5 млн. человек в короткий период максимальной совокупной численности в 1919 г., тогда как Краевая Армия уже 1 июля 1919 г. насчитывала более 2,3 млн. человек, а к 1 ноября 1920 г. - более 5,4 млн. человек), но, вследствие наличия в их составе относительно большей доли офицеров и кадровых военнослужащих, превосходили ее в целом по дееспособности. Предположим поэтому, что и соотношение числа убитых между красными и белыми Армиями было примерно таким же, как и на русском фронте первой мировой войны, и на советско-польском фронте, т. е. 1,6:1, и что из 89 тыс. убитых красноармейцев примерно 80 тыс., или 90%, погибли в борьбе с белыми армиями, а остальные 9 тыс. - в борьбе с войсками украинского правительства и разного рода повстанцев. Тогда потери белых армий можно оценить в 50 тыс. убитых.

Теперь попробуем установить число военнослужащих, умерших от ран и болезней. Приняв процент летальности для раненых в 10% (из-за ухудшения санитарных условий, он, вероятно, был выше, чем в первую мировую войну), число умерших от ран красноармейцев можно оценить в 55 тыс. Приняв для белых армий то же соотношение числа убитых и раненых, что и для Красной Армии, и тот же процент летальности, общее число раненых у белых мы оцениваем в 180 тыс., а умерших от ран - в 18 тыс. (речь здесь идет лишь о потерях в борьбе с регулярной Красной Армией). Только от инфекционных болезней в Красной Армии в 1918-1920 гг. умерло 283,1 тыс. человек. Летальность для инфекционных больных составляла 12,6% . Принимая для остальных больных летальность вдвое меньшую ~ 6,3%, число умерших от неинфекционных болезней можно оценить в 97 тыс. человек, что дает общее число умерших от болезней в Красной Армии - 380 тыс. человек. В белой армии инфекционные и прочие заболевания были столь же распространенным явлением, как и в советских войсках. Однако, принимая во внимание меньшую численность войск белой гвардии, мы число умерших от болезней в ней оцениваем в одну треть от числа умерших от болезней в Красной Армии, или в 127 тыс. человек. Таким образом, общие потери Красной Армии убитыми и умершими от ран и болезней составили 588 тыс. человек, а белых армий - 195 тыс. человек.

Потери пленными и умершими в плену в гражданскую войну имеет смысл исчислять только для советско-польской войны, поскольку в сражениях собственно гражданской войны пленных частью уничтожали (особенно офицеров, комиссаров и коммунистов), а частью ставили в ряды своей армии. Всего из польского плена в СССР было возвращено около 78 тыс. красноармейцев, более тысячи красноармейцев польского происхождения остались в Польше, а от 25 до 40 тыс. бывших пленных влились в формирования Петлюры и Булак-Булаховича, а также в интернированный в Польше белогвардейский корпус генерала Бредова. По польским данным, от болезней и ран умерло 18 тыс. пленных, а всего пленных было около 130 тыс., что дает смертность в плену примерно в 13,8%. Кроме того, примерно 41 тыс. интернированных красноармейцев было возвращено из Восточной Пруссии. Если предположить, что смертность среди интернированных была такой же, как и среди пленных в Польше, то в Восточной Пруссии умерло примерно 6,6 тыс. красноармейцев, а общее число умерших в плену бойцов и командиров Красной Армии составляет около 25 тыс. человек.

Таким образом, общие потери Красной Армии убитыми и умершими от ран, болезней и в плену достигают 633 тыс. человек, а потери белых армий в борьбе с регулярными советскими войсками - 195 тыс. Из общего числа потерь вооруженных сил всех воюющих сторон убитыми и умершими в 1150 тыс. человек остается около 320 тыс. человек - потери красной гвардии и местных, и партизанских красных отрядов, потери антисоветских и "зеленых" повстанческих формирований и войск украинского правительства, а также потери белых армий в борьбе против красных партизан, красной гвардии, местных формирований, а также против отрядов "зеленых" (вроде армии Махно и "красно-зеленой" армии Крыма и Сев. Кавказа). Потери белых в этой борьбе мы оцениваем в размере половины от их потерь в борьбе против Красной Армии, или в 34 тыс. убитых и умерших от ран, а потери противостоявших им формирований определяем в 1,6 раза большими - в 54 тыс. погибших. Здесь можно отметить ожесточенные бои в Сибири, на Дальнем Востоке, в Семиречье, на Сев. Кавказе и в Крыму. В частности, знаменитый "ледяной поход" армии Корнилова зимой-весной 1918 г. отличался большими потерями, особенно со стороны противостоявших добровольцам местных отрядов красных. Остальные примерно 230 тыс. погибших - это потери антисоветских и "зеленых" формирований в борьбе с Красной Армией, а также небоевые безвозвратные потери - умершими в результате несчастных случаев, самоубийств и расстрелянные по приговорам трибуналов советских и белых войск. Кроме того, сюда относятся потери советских внутренних войск и частей особого назначения в борьбе с повстанцами. Разделить эти категории потерь в настоящее время не представляется возможным.