Читать онлайн «Евреи России. Времена и события. История евреев российской империи.». Страница 50

После этого пан Заремба с женой и сыном уехали в Иерусалим, стали там жить. А его друг – граф Валентин Потоцкий – принял иудаизм в Амстердаме‚ вернулся затем в Литву‚ поселился в местечке возле Вильно‚ и называли его Авраам сын Авраама. За отпадение от христианской веры он был сожжен всенародно; евреи выкупили у палачей немного пепла и похоронили его на еврейском кладбище. На могиле не было памятника‚ лишь росло старое искривленное дерево‚ и многие годы туда приходили евреи‚ чтобы помолиться. День его гибели отмечали в виленской синагоге ежегодно‚ на второй день праздника Шавуот; в еврейской памяти он сохранился под именем Гер Цедек‚ что в переводе с иврита означает – "праведный прозелит".

Рукопись заканчивается такими словами:

"А второго дня праздника Шавуот вышел приговор‚ чтобы сжечь его; сильно просили его перед сожжением‚ чтобы возвратился он в их веру‚ а он над ними смеялся. Тогда приказали они палачу вырезать ему язык и вырвать его из затылка. Когда же мучили его‚ он громко и радостно превозносил Всевышнего‚ говоря: ”Благословен Ты‚ Господи‚ освящающий имя Свое всенародно!..” И жил в те дни на Руси человек‚ который повествовал‚ что был Гер Цедек в городе Вильно‚ принял там мученичество всенародно..."

В жалобе польского дворянина за 1708 год говорится‚ что мещанин Григорий Пащенко грабил и бесчинствовал; среди прочего – напал на корчму‚ связал еврея‚ бил его‚ топтал ногами‚ прикладывал саблю к шее‚ грозя отрубить голову‚ если тот не укажет‚ где у него хранятся деньги. Затем он погнался за другим евреем‚ но тот успел броситься в пруд‚ и пули из пистолета в него не попали. Пащенко отправился в замок грабить пана‚ а еврей‚ выбравшись из пруда‚ уговорил мужиков пойти с ним спасать пана. Вскоре толпа мужиков‚ наломав в лесу дубин‚ во главе с евреем двинулась к замку. А Григорий Пащенко отправился в корчму‚ набрал ведро водки и предался пьянству.

***

После гайдамацких погромов евреи бесприютно бродили по польской Украине в поисках пропитания, а десять вооруженных евреев под предводительством Майорки Шимановича грабили местное население. В судебном акте сказано‚ как однажды они пришли в дом помещика под видом странствующих купцов. Не застав хозяина‚ они поспешили в соседнее местечко‚ потому что наступала суббота‚ а грабители собирались провести ее так‚ как полагается благочестивым евреям. В ночь на воскресенье они вернулись‚ убили помещика‚ ранили его жену и ограбили дом.

***

Путешественник восемнадцатого века отметил в своих записях: "Большая часть жителей города (Белая Церковь) – поляки; между ними находится много жидов‚ которые содержат шинки и умножают откупами государственные доходы. Мало имеется деревень‚ в которых бы не было жидов‚ а это великое счастье для чужестранцев‚ которые без них не знали бы‚ где приютиться".

Другой путешественник сообщал: "Больше всего (в Минске) жидов с их синагогами. Внося аккуратно магнатам огромные подати и будучи через это весьма полезны‚ они обладают и немалой свободой... На границе Литвы с Московией... торгуют всё больше жиды. Скупая дешево меха из соседней Московии‚ они продают их в Польше с огромным барышом. Тут крайний предел их торговой деятельности: в Московию они и показаться не смеют".

***

Из хасидских историй.

Евреи местечка собрались в доме молитвы – мужчины, женщины, дети. Прибежал человек с известием, что приближаются гайдамаки, и тогда рабби Аарон Великий вышел из синагоги, сел у входа. Когда гайдамаки приблизились, он грозно произнес начало псалма: "Почему волнуются народы и племена замышляют тщетное?.." Тут же предводителя гайдамаков поразило безумие, он принялся избивать своих людей, и гайдамаки убежали из местечка.

"Ее Императорское Величество полагает‚ что было бы против ея совести иметь в своей Академии такого человека‚ который покинул знамя Иисуса Христа и решился действовать под знаменем Моисея и ветхозаветных пророков. Вот‚ милостивый государь‚ истинная причина вашей опалы".

1

Рассказывая о жизни евреев в Польше‚ Литве‚ Украине и Белоруссии‚ следует упомянуть и тех‚ кто от случая к случаю попадал на территорию Российского государства. Евреи приезжали торговать в Россию‚ попадали в плен во время войн с Польшей и Литвой‚ временно поселялись в русских городах‚ изгонялись‚ возвращались‚ поселялись заново‚ работали в России и для России.

В начале семнадцатого века‚ в Смутные времена‚ в Москве воцарился Лжедмитрий I, выдававший себя за царевича Дмитрия, погибшего сына Ивана Грозного. Историк Н. Карамзин: "Русские обедали в старину часу в одиннадцатом утра и тотчас ложились отдыхать, как знатные, так и простые люди. В сие время нельзя было идти в гости ни к купцу, ни к боярину; даже сидельцы запирали лавки свои и в летнее время спали на земле перед ними. Дмитрий-самозванец никогда не отдыхал после обеда и не ходил в баню; жители московские заключали из того, что он не русский".

Лжедмитрий I отменил ограничения на въезд в страну и переезды внутри нее‚ сделал торговлю свободной для иностранцев‚ и в Россию понаехали купцы из разных стран. В "Сказании" тех времен‚ повествующем "о прелести злопроклятого еретика Гришки Отрепьева"‚ сообщается‚ что "наполнил он‚ окаянный‚ Российское царство погаными иноверцами‚ еретиками‚ Литвою‚ и Поляками‚ и Жидами". После убийства Лжедмитрия среди погибших в Москве оказались евреи; ненависть к полякам распространилась и на них‚ даже если они были обычными купцами.

Затем объявился самозванец Лжедмитрий II‚ "Тушинский вор". В Тушино, под Москвой, собрались вокруг него не только поляки‚ но и русские бояре‚ недовольные тогдашним царем Василием Шуйским. Из Тушино вели переговоры с Польшей о приглашении на московский престол польского королевича Владислава; в проект договора между тушинцами и польским правительством внесли особый пункт: "а жидам в Московском государстве с торгом и другими делами бывать не позволят". Договор так и остался на бумаге, но поляки еще несколько лет находились на территории России.

В казачьем отряде польской армии служил еврей Берах, погибший в сражении под Москвой в 1611 году. Когда его вдова собралась повторно выйти замуж‚ потребовалось свидетельство евреев о том‚ что Берах действительно погиб, – иначе по еврейским законам его жена не могла снова вступить в брак. Такой свидетель нашелся. Звали его Йосеф бен Моше‚ он служил в том же отряде‚ и вот его сообщение: "Нас было одиннадцать хозяев (евреев)‚ служивших в войске. Еврей же Берах‚ сын святого Аарона из Тышовец‚ выскакал два-три раза к московскому войску‚ как это обычно на войне. Но московитяне одолели‚ еврей отскочил назад‚ и из леса стреляли ему вслед. Я видел‚ как патрон воткнулся ему в спину‚ как он пал на седло... а лошадь понесла его по дороге... И многие казаки говорили: о, Боже! как жалко‚ что рыцарь еврей Берах так плачевно погиб".

В 1613 году российским царем стал Михаил Федорович Романов. В его царствование посетил Москву иностранец Олеарий и отметил в своих записках‚ что русские "крайне неохотно видят и слушают папистов (католиков) и иудеев". Однако в еврейских документах первой половины семнадцатого века есть упоминания о евреях, побывавших в России: "после того‚ как я сам был в Москве"‚ "я прибыл в Москву"‚ "одно лицо‚ прибывшее из страны Московской", – и другие сведения.

В 1632 году началась война с Польшей. Некоторые польские города сдались русским‚ и тамошние евреи‚ попавшие в плен‚ были отосланы вместе с другими пленниками в отдаленные российские края: кто в Пермь Великую‚ а кто в далекую Сибирь – "в службу" и "на пашню". Одни из них принадлежали государю‚ а другие‚ захваченные частными лицами‚ принадлежали этим людям или тем‚ кому их затем продавали. В Москве пленников не оставляли‚ так как опасались‚ что после заключения мира они вернутся домой и расскажут обо всем‚ что делается в российской столице‚ – это считалось опасным в военном отношении.

В семнадцатом веке российские правители неохотно впускали в страну иноземцев – "басурман‚ а наипаче жидов некрещеных"; их опасались как возможных шпионов и проповедников безбожных обычаев. Иностранных купцов допускали в Москву с особого дозволения‚ а по окончании ярмарки заставляли немедленно уехать. Иноземцев обязывали жить в особых частях города, носить свои одежды‚ отличавшиеся от русских одежд‚ чтобы выделяться в толпе; посещать иностранцев местному населению категорически запрещалось. Даже послам не разрешали свободно передвигаться по Москве; выходить на улицу они могли только по уважительной причине, в сопровождении приставленных к ним служителей. Еврей-купец был иностранцем на улицах Москвы и тоже не мог рассчитывать на особое гостеприимство.