Читать онлайн «Евреи России. Времена и события. История евреев российской империи.». Страница 203

Так продолжалось долгое время‚ но с конца девятнадцатого века зарубежных евреев начали пускать в Россию на ограниченный срок, по специальному разрешению министерства внутренних дел. Теперь уже американский еврей при пересечении границы Российской империи подпадал под действие законов‚ которые ограничивали его передвижение и торговлю. Даже американский посол в Стамбуле‚ еврей по происхождению‚ получил разрешение посетить Россию лишь на короткий период‚ и во время визита находился под строгим надзором полиции.

Жил в Америке еврей-адвокат Луис Маршалл. Он защищал права негров, японцев, индейцев, он же первым выступил против дискриминации, которой американские евреи подвергались в России. "Оскорблены не евреи, – говорил он, – а весь американский народ". Ему возражали. Его предупреждали: если пойти на конфронтацию с Россией, это нанесет вред американской внешней торговле. Маршалл отвечал: "Я очень высокого мнения об американском народе, и я не верю, что он настолько лишен чувства чести, чтобы относиться к этому делу как лавочник, у которого за душой нет ничего, кроме торговли". И объединенный съезд еврейских организаций Америки призвал американское правительство разорвать торговые отношения с Россией.

Еврейских лидеров США пригласили к президенту У. Тафту. Он напомнил им, что объем торговли с Россией – сто миллионов долларов в год, существенная часть внешней американской торговли; антиеврейская политика России продолжается долгое время, и ему будет трудно оправдать перед народом разрыв торгового договора. "Мистер президент, – ответил Маршалл, – не будет ли это то же самое, что опустить закоренелого вора на том основании, что преступление вошло у него в привычку?"

В начале 1911 года еврейские организации начали борьбу против этого вида дискриминации‚ и палата представителей конгресса подавляющим большинством голосов – триста один против одного – потребовала расторгнуть торговый договор с Россией‚ ибо права американских граждан "не должны терпеть ущерба ни на родине‚ ни на чужбине из-за их расы или религии". Такое же решение принял Сенат‚ и русский посол докладывал в Петербург: "Американские жиды ловко провели конгресс... Весь этот инцидент доказывает‚ главным образом‚ что американцы покуда еще стоят на весьма примитивной ступени общественного развития... Какие-либо уступки с нашей стороны‚ конечно‚ немыслимы".

В декабре 1911 года американское правительство расторгло торговый договор с Российской империей. Тут же нашлись евреи в Америке‚ которые говорили: "В стране всего три миллиона евреев. Какой прекрасный повод для антисемитов заявить в очередной раз‚ что страной правит еврейское меньшинство". Им отвечал Луис Маршалл: "Если борьба за равные права с другими гражданами делает нас непопулярными‚ придется это пережить. Мы никогда не избавимся от антисемитизма‚ если будем бояться выступать за свои интересы".

В российских газетах печатали статьи с призывом бороться "за национальное достоинство и против американского засилья". В феврале 1912 года в зале Дворянского собрания в Петербурге состоялся митинг протеста‚ созванный правыми организациями. Ораторы провозглашали: "В целях достижения мирового господства американские евреи всеми силами стремятся добиться равноправия для евреев в России..." – "От приемов Америки мы должны кричать "караул"! Пора перестать быть глупыми и ложно думать‚ что американцы хороший народ. Их отношение к неграм во много раз хуже‚ чем у нас в России к евреям..." – "Пусть американские власти убедятся‚ что на попытку вмешаться в наши внутренние дела мы спокойно и с достоинством отвечаем: мы хозяева у себя дома!.." Газеты сообщали: "Шумные аплодисменты присутствующих. Единогласно принята резолюция о воспрещении въезда в Россию евреям – гражданам Северо-Американских Соединенных Штатов‚ исполнен гимн‚ и при криках "ура!" публика разошлась".

Вскоре после этого в Государственной Думе выступил депутат П. Милюков, лидер партии кадетов. Он сказал: "Я слишком хорошо знаю, что всё общественное мнение Америки, а не одни только американские евреи, возмущены нарушением основного принципа американской конституции. Вот, что говорит об этом видный член конгресса… (голос с места: "Как его фамилия?") Его фамилия Зульцер (смех в зале)…"

Милюков продолжил: "По-видимому, ваш смех означает, что вы считаете его евреем. Уильям Зульцер, член конгресса, председатель комиссии по иностранным делам, родился в Нью-Йорке от ирландских родителей, а свою фамилию взял от отчима, немца Зульцера. И вот что говорит Зульцер: "Это не еврейский вопрос. Это американский вопрос, включающий в себя принцип первостепенной важности". Мне, русскому, стыдно… Я не хочу, чтобы мы оставались какими-то выродками рода человеческого".

5

Евреи занимали видные места в Российской социал-демократической рабочей партии – РСДРП. Эти люди порвали с еврейством всякие связи‚ провозглашая себя интернационалистами‚ в их среде были сильны ассимиляционные настроения. Из Царицына написали в газету: "Молодая еврейка приглашает свою подругу в театр. Та отвечает‚ что не может себе этого позволить ввиду траура по жертвам октябрьских дней. Наша социал-демократка с презрением стыдит подругу‚ на которую могли навлечь печаль какие-то еврейские погромы. Другое дело‚ говорит она‚ день девятого января‚ когда пролилась рабочая кровь. В этот день я сочту своим долгом наложить на себя траур".

Евреи входили в состав польской‚ украинской и белорусской социалистических партий. С. Дубнов писал о них: "Это – последовательные ассимиляторы... Их народ – русский‚ а не еврейский народ… Они готовы признать широкую национально-культурную автономию всех народностей России‚ кроме еврейской". Польские социалисты вели борьбу за свои национальные интересы и считали "ополяченных евреев собратьями‚ а евреев обособляющихся – элементом чуждым‚ в известных случаях и враждебным". Социалисты-евреи в Польше настаивали на слиянии евреев с польским народом‚ и Роза Люксембург призывала: "Пусть они учатся‚ думают и говорят по-польски‚ пусть празднуют польские праздники и забудут свой субботний отдых".

Деятельность Бунда постепенно сокращалась: одни его сторонники эмигрировали из России‚ другие отошли от политики. В 1906 году Бунд вернулся в РСДРП с сохранением автономии в составе партии; в 1912 году – после разрыва между большевиками и меньшевиками – бундовцы остались с меньшевиками‚ которые признавали‚ в отличие от большевиков‚ право евреев на национально-культурную автономию. Бундовцы боролись с сионизмом‚ "реакционным буржуазным и мелкобуржуазным националистическим" движением‚ яростные споры на собраниях переходили порой в драки с пострадавшими. Против сионизма выступали и евреи-ассимиляторы; в 1907 году в Петербурге появился еврейский антисионистский комитет, опубликовал призыв к евреям, и в "Рассвете" отметили с иронией: "В выпущенном им воззвании один лозунг: ради Бога‚ не идите за сионистами!.. Вам нужно равноправие и еще кое-что‚ скажем‚ чтобы не так сильно били... а сионисты проделывают свои эксперименты за счет еврейской крови и слез".

Сионистское движение в России разрасталось. Голда Меир вспоминала: "С детских лет помню синюю жестяную копилку‚ что стояла у нас в гостиной рядом с субботними свечами‚ в которую не только мы‚ но и наши гости еженедельно опускали монеты; такая синяя копилка имелась в каждом еврейском доме‚ где мы бывали". Эти копилки Еврейского национального фонда предназначались для сбора средств на выкуп земель в Эрец Исраэль. Опуская туда свои копейки‚ евреи понимали‚ что‚ скорее всего‚ не побывают на Святой Земле; землю выкупали для будущих поколений: каждый приобретенный участок рассматривался как общенациональная собственность. Еврейский национальный фонд мог сдавать землю в аренду‚ сажать на ней деревья‚ строить дороги и создавать новые поселения‚ но не имел права продать ни одного квадратного метра выкупленной земли.

Российские евреи жертвовали в этот фонд гораздо больше‚ чем евреи других стран; бедняки отдавали свои копейки‚ а более обеспеченные – по 3 рубля на посадку оливковых деревьев в роще Теодора Герцля или по 20 рублей на выкуп одного дунама земли. Богатые евреи дарили и завещали крупные суммы; на деньги торговца чаем К. Высоцкого приобрели в Хайфе участок земли для строительства здания высшего учебного заведения – Техниона, а по Днепру плавали суда купца первой гильдии Авраама Живова: каждое из них называлось "Герцль"‚ и евреи прекрасно понимали‚ в честь кого дано такое название.

1 сентября 1911 года в зрительном зале киевского театра‚ во время антракта‚ к председателю Совета министров П. Столыпину подошел молодой человек во фраке и выстрелил в него два раза; первая пуля попала в руку, вторая в живот – это произошло на торжественном спектакле‚ в присутствии Николая II и его семьи. В зале поднялась суматоха; молодой человек неторопливо пошел к выходу‚ но в дверях его схватили. Стрелял в Столыпина еврей Дмитрий Богров‚ сын киевского адвоката‚ внук писателя Г. Богрова. "Да разве Богров – представитель еврейства?.. – говорил в Думе депутат Л. Нисселович. – С еврейством ничего общего у него нет. Еврейское население никакого отношения к убийству Столыпина не имело и не имеет..." Его речь прерывали криками и руганью; правые делегаты кричали: "К черту этого жида!"; в антисемитских газетах требовали "взять евреев в железо" и непременно устроить "жидовский погром – верный способ расплаты с еврейством".