Читать онлайн «Россия и ислам. Том 2». Страница 140

93 Там же. С. 93. (Курсив мой. – М.Б.)

94 Такой авторитетный исследователь, как Леон Поляков, утверждает, что именно Данилевский – поклонник Кювье и прочих генераторов идей биологического детерменизма – ввел в России понятие «раса», «арийство» (см.: PolakovL. Moscou, Troisième Rome. Les intermittences de la mémoire historique. Paris, 1989, p. 72). О том, что концепция Данилевского – одна из разновидностей «натуралистического циклизма» см.: Рашковский Е.Б. Востоковедная проблематика в культурно-исторической концепция А.Дж. Тойнби (Опыт критического анализа). М. 1976. С. 17.

95 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. С. 97. (Курсив мой. – М.Б.)

96 Цивилизация – «понятие более обширное, нежели наука, искусство, религия, политическое, гражданское и экономическое и общественное развитие, взятые в отдельности, ибо цивилизация все это в себе заключает… даже и религия есть понятие, подчиненное цивилизации. Это справедливо, конечно, только по отношению к государствам или вообще к человеческим обществам, а не к отдельным лицам, для которых религия имеет, без сомнения, несравненно большую важность, нежели все остальное, что мы разумеем под именем цивилизации, и не объемлется цивилизацией, потому что по самой сущности своей выходит за пределы земного» (Там же. С. 135. Курсив мой. – М.Б.).

97 Хотя и наука влияет на «национальный характер» (см.: Там же. С. 136).

98 Там же.

99 Там же. С. 132. (Курсив мой. – М.Б.)

100 «Религия составляла и для русского народа преобладающий интерес во все времена его жизни. Но он не ожидал проповеди энциклопедистов, чтобы сделаться терпимым. Терпимость составляла отличительный характер России в самые трудные времена». И дело тут не в православии, а в «самих… природных задатках» русских и вообще славян – в отличие о романо-германских народов (см.: Там же. С. 201). Так, в России «слабые, полудикие и совершенно дикие инородцы не только не были уничтожены, стерты с лица земли, но даже не лишены своей свободы и собственности, не были обращены победителями в крепостное право» (Там же).

101 Данилевский любит в изобилии приводить по этому поводу такие, скажем, примеры: «Немецкий историк Вебер, соответственно рифмованному разделению сословий, государств и вообще общества на Lehr – Wehr – и Nâhrstand, разделяет на те же классы и народы, населяющие Европу, в общепринятом смысле этого слова и, конечно, относит славян к НЭР, а немцев к ЛЕР-штанду, т. е. обрекает славянское племя на материальный труд в пользу высших племен» (Там же. С. 185).

102

103

103 Там же. С. 326–327.

104 Там же. С. 327. (Курсив мой. – М.Б.)

105 Там же. С. 294.

106 Но скифы – это, по Данилевскому, совсем не турки.

107 Там же. С. 327–328.

108 Там же. С. 340.

109 Там же. С. 317.

110 Как вообще ошибочны были многие прогнозы Данилевского, видно и из таких его слов: евреи принадлежат к числу народов, которые «умерли для политической жизни», они «нигде не выказывают ни малейшего поползновения соединиться в особую политическую группу» (Там же. С. 239).

111 Данилевский и к евреям-то относится в общем довольно благожелательно. Он даже готов признать, что этот народ «по справедливости называется народом богоизбранным, так как среди его выработалось то религиозное миросозерцание, которое подчинило себе самые высокие, развитые цивилизации и которому суждено было сделаться религией всех народов, единою, вечною, непреходящею ее формой» (Там же. С. 518).

112 Там же. С. 340–341. (Курсив мой. – М.Б.).

113 См. подр.: Batunskij Mark. Alfred von Kremer ais der Begriinder der modernen Islamkunde Sonderdruck aus dem Anzeiger der Osterreichischen Akademie der Wissenschaften. Wien, 1980.

114 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. С. 341. (Курсив мой. – М.Б.)

115 Там же.

116 Там же.

117 Там же. С. 342. (Курсив мой. – М.Б.)

118 Там же. С. 342–343. (Курсив мой. – М.Б.)

119 Там же. С. 343. (Курсив мой. – М.Б.) Тут же Данилевский напоминает, что константинопольский патриарх Анфимий высказал мысль (по мнению Данилевского, совершенно верную, хотя немецкому историку Гервинусу она «кажется дикою») о том, что «провидение избрало владычество Османов для замещения поколебавшейся в православии Византийской империи, как защиту против западной ереси».

120 Там же. С. 345. (Курсив мой. – М.Б.)

121 Там же. С. 365. См. также с. 346. (Курсив мой. – М.Б.)

122 Там же. С. 348. (Курсив мой. – М.Б.)

123 Там же. С. 348. (Курсив мой. – М.Б.)

124 Хотя и славяне – арийцы (Там же. С. 355. Курсив мой. – М.Б.)

125 Для германцев «насилие и господство составляют вторую природу как бы они ни прикидывались (надо: прикрывались. – М.Б.) фразами о равенстве и либерализме» (Там же. С. 381).

126 Там же. С. 349. Равным образом многими авторами продвижение России в Среднюю Азию, например, расценивалось как борьба не только и не столько с мусульманством, сколько с Западом, в первую очередь «с коварным Альбионом».

127 Там же. С. 401.

128 И оно, и «возвышенное учение Зороастра», и «философский пантеизм браманизма», и «глубокая метафизика буддизма» – все это выше древнегреческой религии (Там же. С. 520).

129 Heidegger М. Unterwegs zur Sprache. Pfallinden, 1959. S. 100.

130 Так, широко известный (особенно на Западе) позитивист Г.Н. Вырубов имел репутацию «защитника европейской либеральной культуры» (см.: Шкуринов П.С. Позитивизм в России. С. 193). Надо, впрочем, учесть, что, как заметил в конце 70-х годов прошлого века М. Антонович, «с одной стороны, либерализм проникает в сферу славянофильства, а с другой – славянофильство проникает в либерализм» (Цит.: Там же. С. 310). Словом, позитивизм вовсе не чужд и славянофильству.

131 В результате ум человека «вместо того, чтобы встретиться с самим собой в истине, теряется во множестве истин» (Zubiri X. Naturaliza, historia, Dios. Madrid, 1974. P. 10).

132 См. подробно: Jorland G. La science dans la philosophie. Les recherches épistémologiques d'Alexandre Koyre. P., 1981.

133 Федоров Н.Ф. Сочинения. М., 1982. С. 96. (Курсив мой. – М.Б.)

134 Там же. С. 98.

135 Там же. С. 101.

136 Там же. С. 111–112.

137 Там же. С. 112. (Курсив мой. – М.Б.)

138 Там же. С. 113. (Курсив мой. – М.Б.)

139 Там же. С. 126.

140 Тамже. С. 114. Написано в период русско-турецкой войны 1877–1878 гг.

141 А русские – «чужие Востоку, не свои Западу» (Там же. С. 122).

142 Там же. С. 123–124.

143 Там же. С. 125.

144 Там же. С. 126.

145 Там же. С. 127.

146 Там же. С. 127–128. (Курсив мой. – М.Б.)

147 Там же. С. 128.

148 Там же. С. 356.

149 Там же. С. 128. См. также с. 186. (Курсив мой. – М.Б.)

150 Там же.

151 Там же. С. 139.

152 И «семитское» (иудейское и финикийское) и эллинское движения совершались «насилием и обманом», вели не к объединению, а к порабощению (см.: Там же. С. 127).

153 Если Константинополь – это Царь городов, то Памир – Царь кладбищ и кремлей (Там же. С. 201).

154 Там же. С. 195. (Курсив мой. – М.Б.)

155 Там же. С. 216. Федоров предлагает представить Памир «(гипотетическую могилу праотца) черепом над скрещенными костями рук, а Константинополь (первое место, освященное крестом) – предполагаемым центром превращения разрушительной силы в живописную» (Там же. С. 216). Памир для Федорова имеет символическое значение «Всемирного Кремля» (Кремль в системе образных понятий автора «Философии общего дела» предстает как священная крепость, сторожащая прах предков). Рассматривая Памир как колыбель человека (а на сегодняшний день не может быть сомнений, что именно здесь – родина праязыка народов Евразии и Африки), Федоров учитывал также и возросший военно-стратегический статус Памира, где со второй половины XIX в. начали сталкиваться интересы России и Англии. Но Федорову, конечно, тут важней иное. «Всемирная история, – утверждает он, – есть не история западных народов, с которою, однако, ее отожествляют; она и не история греко-славянского мира; всемирная история есть отношение этих двух миров, центром которых был Константинополь; поэтому мы и отожествляем ее с историею этого города, не забывая, однако, что Константинополь всемирен только в связи с Памиром, хотя Памир не город, не жилье даже, а земля мертвых, но забвение мертвых и делает наше существование бесцельным, философским, буддийским, т. е. заставляет нас в смерти и уничтожении видеть спасение» (Там же. С. 250. Курсив мой. – М.Б.).

156 В него некогда превратилось сирииское и египетское христианство (см.: Там же. С. 235).

157 Там же. С. 236, 241, 242, 244–245. Ведь «Царьград был… восприемником России при крещении, был учителем ее в вере». Но он же был также «воспитателем в религии и искусстве, в промышленности и торговле Запада; источник арабской образованности был там же, в Константинополе». Этот город вел «созерцательную жизнь; он «думал» за всех, и потому воинственным латинянам и туркам было легко торжествовать над созерцательным городом» (Там же. С. 245). Любопытно в то же время, что Федоров признает за Западом монополию на всевозможные инновации, – чего не знало восточное христианство (см.: Там же. С. 244).