Читать онлайн «Тайная война против Советской России». Страница 76

«Он стоит любой нашей кампании пропаганды», — сказал Аксель фон Бломберг, сын нацистского военного министра, после одного из вечеров в честь Линдберга в 1936 г.

Два года спустя, в решающие, критические дни накануне Мюнхена, Линдберг посетил Советский Союз. Он провел там всего несколько дней. Вернувшись в Соединенные Штаты, он тотчас же принялся распространять слухи, что техника Красной армии безнадежно слаба, бойцы ее плохо обучены, командиры никуда не годятся. Он утверждал, что Советский Союз явился бы незавидным союзником в войне против нацистской Германии. Объединяться нужно с нацистами, а не против нацистов, недвусмысленно заявил Линдберг.

На аэродромах объятых тревогой европейских столиц стал частым гостем черно-оранжевый самолет Линдберга; перелетая из страны в страну. Линдберг агитировал за создание политических и экономических связей с «третьей империей»…

Когда начались мюнхенские переговоры, клика антисоветски настроенных английских промышленников, аристократов и политиков, группировавшихся вокруг леди Астор, охотно собиралась в ее клайвденском поместье, чтобы услышать из уст Линдберга его оценку политического положения в Европе. Линдберг говорил о могуществе военно-воздушных сил Германии, о ее быстро расширяющейся военной промышленности и блестящем военном руководстве. Снова и снова он повторял, что нацисты непобедимы. Он советовал Франции и Великобритании договориться с Гитлером и позволить «Германии… без объявления войны начать экспансию на восток, за счет русской территории».[99]

Линдберг имел несколько конфиденциальных бесед с членами английского парламента и крупными политическими деятелями. Среди них оказался Дэвид Ллойд Джордж, который впоследствии так отзывался об американском летчике:

Он пробыл в России, кажется, около недели. Он не виделся ни с кем из политических руководителей России и едва ли успел хорошо познакомиться с ее воздушными силами; однако после этого он приехал к нам и говорил, что русская армия слаба, что русская промышленность находится в запущенном состоянии. И многие прислушивались и верили — впрочем, Гитлер не был в их числе.

Беседа с Линдбергом оставила Ллойд Джорджа в уверенности, что американский летчик «служит орудием в руках людей гораздо более хитрых и злонамеренных, чем он сам».

Аналогичное обвинение было высказало в Советском Союзе, только в более энергичных выражениях. Группа выдающихся советских летчиков опубликовала в печати заявление, в котором обвиняла Линдберга в том, что он «распространяет чудовищную ложь» относительно того, что «Германия, мол, обладает такой сильной авиацией, которая в состоянии нанести поражение воздушным флотам Англии, Франции, СССР и Чехословакии». Советские летчики писали:

Линдберг оказался в роли неумного лжеца, прихвостня и лакея германских фашистов и их английских аристократических покровителей. Линдберг имел задание английских реакционных кругов «засвидетельствовать» слабость советской авиации и дать этим Чемберлену аргумент в пользу капитуляции в Мюнхене по вопросу Чехословакии.

Спустя три недели после подписания Мюнхенского соглашения, правительство «третьей империи» официально продемонстрировало свою высокую оценку услуг, оказанных Линдбергом нацистской Германии. 18 октября 1938 г. на обеде, данном в честь Линдберга в Берлине, фельдмаршал Геринг вручил американскому летчику одну из самых высоких наград в Германии — орден Железного креста.

Прожив за границей три с половиной года, Линдберг в 1939 г., незадолго до начала войны, вернулся в Соединенные Штаты.

Как только нацистские войска вторглись на территорию Польши и Англия и Франция объявили Германии войну, Линдберг поспешил выступить в печати с категорическим заявлением: война против Германии — несправедливая война, место справедливой войны — на востоке. В статье, озаглавленной «Авиация, география и раса», в ноябрьском номере журнала «Ридерс дайджест», Линдберг писал — языком, который разительно напоминал писания Альфреда Розенберга:

Мы, наследники европейской культуры, стоим на грани гибельной войны, войны между родственными народами, войны, которая истощит силы и уничтожит сокровища белой расы… Азия напирает на нас из-за русской границы, чуждые племена угрожающе волнуются…

Мир и безопасность обеспечены нам лишь до тех пор, покуда мы держимся вместе, и величайшую нашу ценность — кровь, унаследованную от европейских предков, — мы можем сберечь лишь в том случае, если не позволим иностранным армиям вторгнуться на нашу землю и чуждым племенам осквернить нашу расовую чистоту.

В течение 1940 г. Линдберг все более и более тесно связывал свою деятельность с изоляционистским, антисоветским и в значительной степени профашистским движением, которое как на дрожжах росло в Соединенных Штатах. Он сделался присяжным оратором изоляционистского «Комитета борьбы против участия Америки в войне за границей», кумиром американской «пятой колонны».[100]

Той же осенью Линдберг выступил с речью перед небольшой аудиторией студентов Иэйлского университета. «Мы должны жить в мире с новыми силами, действующими в Европе», — сказал Линдберг своим слушателям.

Организатором митинга в Иэйлском университете был богатый молодой студент по имени Р. Дуглас Стюарт-младший, наследник всех капиталов фирмы «Квэйкер Оутс». Вскоре после этого группа Стюарта была официально зарегистрирована в Чикаго под названием комитета «Америка прежде всего».

Выступая на многолюдных митингах, которые устраивал по всей стране комитет «Америка прежде всего», а также и по радио, Линдберг говорил американцам, что настоящий их враг — не нацистская Германия, а Советская Россия. «Война между Германией, с одной стороны, и Англией и Францией — с другой, — говорил Линдберг, — может привести либо к победе Германии, либо к полному истощению и опустошению Европы». Эта война должна быть превращена в крестовый поход против Советского Союза.[101]

Все агитационные средства комитета «Америка прежде всего» были пущены в ход для широкой кампании протеста против предоставления Советскому Союзу помощи по ленд-лизу. Чарльз Линдберг, член палаты представителей Гамильтон Фиш, сенаторы Бертон Уилер и Джеральд Най и другие агенты комитета «Америка прежде всего» в конгрессе яростно возражали против поддержки Красной армии, утверждая, что Соединенным Штатам нет никакого дела до судеб России.

В кампании принял участие Герберт Гувер. 5 августа бывший президент, совместно с Джоном Л. Льюисом, Хэнфордом Макнайдером и тринадцатью другими видными изоляционистами, подписал заявление протеста против «безосновательных обещаний помощи России… и других подобных шагов, ведущих к войне». В заявлении говорилось:

Недавние события заставляют сомневаться в том, что эта война действительна ведется в защиту принципов свободы и демократии. Она вовсе не является всемирной схваткой между тиранией и свободой. Англо-русский альянс разрушил эту иллюзию.[102]

После нападения японцев на Пирл Харбор комитет «Америка прежде всего» был официально распущен. Его председатель, генерал Вуд, поручился за то, что бывшие члены комитета включатся в военные усилия Соединенных Штатов против Германии и Японии. Линдберг сошел с американской политической сцены и поступил на службу к Генри Форду в качестве технического консультанта «Мотор компани».

Но антисоветская пропаганда комитета «Америка прежде всего» не прекратилась…

Когда Красная армия в России начала свое великое контрнаступление, бывшие присяжные ораторы комитета, недавно еще кричавшие о полном разгроме Советского Союза, немедленно объявили, что Москва и ее «коминтерновские агенты» хотят «коммунизировать» всю Европу. Когда Красная армия стала подходить к своим старым западным границам, бывшие деятели комитета «Америка прежде всего» пророчествовали, что советские войска не перейдут этих границ, а заключат «сепаратный мир» с нацистской Германией, предоставив Англии и Соединенным Штатам одним продолжать борьбу. Когда же Красная армия границы перешла, они снова подняли вой на тему о «московском владычестве» в Европе.

Трое наиболее влиятельных газетных издателей в США, ранее покровительствовавших деятельности комитета «Америка прежде всего», продолжали распространять зловредную антисоветскую пропаганду даже после того, как США и СССР стали союзниками в войне против нацистской Германии. Эти трое издателей — Вильям Рэндольф Херст, капитан Джозеф Паттерсон и полковник Роберт Р. Маккормик — печатали многомиллионными тиражами бесконечное число передовиц и специальных статей, рассчитанных на то, чтобы возбудить недоверие и вражду к союзнице Америки, Советской России.