Читать онлайн «Hюрнбергский процесс. Сборник материалов в 8 т. Т. 8 (1999)». Страница 86

В Нидерландах имелись следующие власти:

1) рейхскомиссариат (гражданская администрация, представлявшая интересы империи);

2) командующий оккупационными войсками и различные начальники, включая специальные суды;

3) полиция, о которой я буду еще говорить позже;

4) управление по четырехлетнему плану, руководимое Герингом;

5) оперативный штаб Розенберга;

6) генеральный уполномоченный по использованию рабочей силы — Заукель;

7) министерство вооружения Шпеера и

8) не в последнюю очередь, НСДАП с ее учреждениями и организациями.

Рейхскомиссар согласно приказу фюрера должен был де-юре следовать директивам этих учреждений. Он не имел права вмешиваться в мероприятия этих центральных инстанций... Что касается нидерландского населения, то оно, как уже упоминалось, относилось отрицательно к существовавшему порядку, а движение Сопротивления, организованное, вооруженное и руководимое нидерландским правительством из Лондона, усиливалось из года в год. Именно с этих двух позиций нужно рассматривать действия подсудимого для того, чтобы вынести справедливый приговор.

Главное обвинение заключается в имевшем якобы место нарушении суверенитете страны путем введения рейхскомиссариата с входившими в него четырьмя генеральными комиссариатами, отмены гражданских свобод, введения принципа фюрерства и роспуска законных союзов и политических партий. В этих мероприятиях нельзя видеть нарушения международного права, так как Германия, которая так же, как и Нидерланды, являлась одной из стран, подписавших IV Гааг-скую конвенцию 1907 года, придерживалась правил ведения сухопутной войны... Ввиду того, что вся страна была оккупирована, а королева и министры бежали из страны, верховная правительственная власть в области гражданских дел перешла от королевы и парламента в руки оккупационной администрации и тем самым в руки рейхскомиссара. Оставленный в стране с особыми полномочиями генерал Винкельман отказался от осуществления прав, предусмотренных в безоговорочной капитуляции от 10 мая 1940 г.

Далее, французское обвинение заявляет, что подсудимый совершил целый ряд террористических актов. Однако мы во время представления доказательств слышали, как в действительности обстояло дело с коллективными наказаниями...

Замена нормальных судов и передача прав на осуждение людей, нелояльных в отношении оккупационных властей, последовали по прямому приказу фюрера в июле 1944 года.

Одним из самых тяжких пунктов обвинения является обвинение в связи с вопросом о расстреле заложников, вследствие чего я на нем должен остановиться детально. Я упомяну о том, что уже в общем было сказано доктором Нельте, и в частности, о правовой стороне этого вопроса. Обвинение выхватило из документа РФ-379 два случая: так называемый расстрел заложников в Роттердаме и расстрел в связи с покушением на высшего руководителя СС и полиции Раутера.

На своем предварительном допросе, производившемся обвинителем, подсудимый уже говорил о первом случае — затребовании армейскими инстанциями 25—30 заложников. Свидетель Виммер показал, что эти заложники были затребованы армейскими инстанциями и что число их в результате вмешательства подсудимого в конце концов было уменьшено, и что расстрел был произведен по указанию высшего руководства СС и полиции.

Что касается второго здесь упомянутого случая с заложниками, то там речь идет о последствиях покушения в марте 1945 года на высшего руководителя СС и полиции обергруппенфюрера СС Раутера, то есть о начальнике полиции Нидерландов, непосредственно подчиненном Гиммлеру. Если мы вспомним последствия убийства в мае 1942 года чешскими патриотами тирана Гейдриха, то мы можем себе представить, как старался Гиммлер на вершине своего могущества в 1945 году соответствующими наказаниями отомстить за удар, нанесенный одному из его ближайших и непосредственных сотрудников.

Ясно и то, что после покушения на одного из своих генеральных комиссаров подсудимый, как представитель администрации, требовал в виде серьезного предупреждения устрашающих мероприятий.

Далее, обвинение утверждает, что подсудимый, будучи рейхскомиссаром, проводил, поддерживал и одобрял угон очень большого числа нидерландских граждан в империю. В принципе вопрос об этом угоне иностранных рабочих уже обсуждался другими защитниками...

Осенью 1944 года среди работоспособного населения была проведена так называемая акция по ловле людей. Как показали свидетели Гиршфельд, Швебель и Виммер, зто мероприятие проводилось вооруженными силами, за приказ которым подсудимый не несет ответственности...

Что касается обвинения в так называемом экономическом разграблении страны, то это также требуется пояснить. Конфискация сырья последовала тотчас за оккупацией согласно установкам по четырехлетнему плану и проводилась при участии нидерландских властей, которые при проведении указанных мероприятий имели возможность смягчить ненужную жестокость... Производя реквизиции, подсудимый настаивал на соблюдении всех правил возмещения за убытки, предотвращал незаконный перевод предприятий и учреждений в Германию, как, например, маргариновой фабрики в Дортрехте и холодильного института в Лейдене...

Приказ о конфискации исходил в первую очередь от вооруженных сил, в силу военного положения, что видно из доклада офицера полевого экономического штаба при командующем войсками в Нидерландах от 9 октября 1944 г. (РФ-132) и из доклада лейтенанта Гаупта (ПС-3003, США-196)...

Я укажу лишь в противовес утверждению обвинения на то, что подсудимый не имел никакого влияния на установление размеров оккупационных платежей и даже никакой возможности контроля над ними. Рейхскомиссариат при участии империи осуществлял контроль лишь над бюджетом, причем последний утверждался империей и контролировался имперским казначейством. По согласованию с нидерландскими учреждениями расходы на гражданские нужды составляли 3 миллиона гульденов ежемесячно...

Что касается изъятия ценностей, не имеющих военного значения, как, например, памятников искусства, библиотек и т.д., то подсудимый к этому отношения не имел...

Еврейский вопрос связан до некоторой степени с экономическим вопросом. Но прежде чем перейти к этому пункту, я должен обязательно сказать о роли полиции в Нидерландах. Обвинение старается показать, что полиция, и в частности немецкая полиция, особенно полиция безопасности в Нидерландах, была подчинена подсудимому...

Из декрета от 18 мая 1940 г. явствует, что немецкая полиция не являлась частью учреждений рейхскомиссара и ему не подчинялась. Таким образом, если рейхскомиссар и обладал высшей гражданской правительственной властью, то она все же не распространялась на полицию...

Из всего сказанного ясно, что рейхскомиссар несет лишь косвенную ответственность за действия германской полиции, поскольку он использовал ее для проведения своих распоряжений в гражданской области...

В судебных выдержках обвинение утверждает, что всю ответственность за выполнение нацистской программы в отношении преследования евреев в Нидерландах несет рейхскомиссар Зейсс-Инкварт, потому что он сам в своей речи, обращенной к членам НСДАП в Амстердаме 13 марта 1941 г., заявил: «Евреи не являются для нас нидерландцами, евреи — враги национал-социализма и национал-социалистской империи». Зейсс-Инкварт обосновывает в этой речи также и то, почему он, будучи представителем интересов империи, считал необходимым занять такую позицию в отношении евреев. В его намерения входило удалить евреев с ответственных постов в государстве и экономике на время оккупации, не предпринимая, однако, никаких дальнейших мер. Фактически он и провел только эти мероприятия... Тем временем разрешение еврейского вопроса было возложено Гитлером целиком и полностью на Гиммлера, облеченного обширными полномочиями, а также на Гейдриха...

Наряду с распоряжениями о лишении евреев свободы передвижения было также конфисковано имущество, принадлежащее еврейским организациям и отдельным евреям. Рейхскомиссар назначил доктора Бемкера своим специальным уполномоченным, поручив ему осуществлять, по мере возможности, надзор за мероприятиями, проводимыми полицией, и не допускать перегибов...

Документ США-195 (ПС-1726), касающийся выселения евреев, дает ясное представление о всей еврейской проблеме в Нидерландах...

Приказ об эвакуации издал не подсудимый, а Гиммлер через Гейдриха, подсудимый даже не давал согласия на эту эвакуацию...

Большая часть этих евреев направлялась в Польшу, и вероятно, одной из самых ужасных фраз, которые имеются в документах, предъявленных обвинением, является та, которая содержится в документе США-195: «Общее количество угнанных составляет 117 тысяч. После того как их вывезли из Голландии, следы их были потеряны».