Читать онлайн «Краткая история евреев». Страница 65

Приказ был исполнен, осталась в живых только вдова убитого экзиларха Ханиная, которая была беременна и тоже ожидала смерти. Вдруг ночью царю приснилось: будто он срубил все деревья роскошного сада («бостан»), но когда он поднял секиру на последнее дерево, пред ним явился седой старец, который ударил его по лицу секирой так, что царь упал, обливаясь кровью. Царь стал умолять старца о пощаде и поклялся, что не тронет последнего дерева и будет его оберегать.

Проснулся царь и заметил у себя на лбу следы крови. Тогда призвал он к себе одного еврейского мудреца, который растолковал ему сон так: срубленный сад — это род иудейского царя Давида, уцелевшее дерево — это дитя, которое вскоре родит вдова убитого экзиларха. Царь велел окружить вдову наилучшим уходом, и когда она родила сына, дал ему имя Бостанай, по имени сада, или «бостана», виденного им во сне. Бостанай, к радости всех вавилонских евреев, вырос и приобрел большие познания в религиозных законах. Царь любил скромного и кроткого юношу и назначил его экзилархом. Арабские халифы утвердили Бостаная в сане экзиларха, а один из них дал ему в жены прекрасную Дару, дочь персидского царя, которая попала в плен после покорения Персии арабами.

После смерти халифа Али во всех владениях бывшей Персии царствовали халифы из арабского рода Моавия, или Омайады (661–750 гг.). Столица их находилась в главном городе Сирии, Дамаске. При этих халифах самоуправление евреев в Вавилонии окончательно упрочилось. Установилась двоякая верховная власть над еврейскими общинами: светская и духовная.

Светская власть принадлежала экзилархам из рода Бостаная. Они были представителями вавилонских евреев перед халифами и местными арабскими властями. Экзилархи вели жизнь богатых и влиятельных сановников, носили роскошные одежды в знак своего достоинства, имели свою почетную свиту и выезжали в парадных каретах. Доходы на содержание своего двора экзиларх получал с известных округов, по указанию халифа, а также имел право облагать подвластные ему общины особыми податями.

Представителями духовной власти у вавилонских евреев были начальники двух главных талмудических школ или академий, находившихся в Суре и Пумбадите. Эти начальники получили новый титул: гаоны, что означает «великие, превосходительные». Сурский гаон считался старшим духовным сановником, а пумбадитский — вторым после него. Наравне с экзилархом, гаоны были верховными судьями евреев. Хотя сан экзиларха был наследственным в роде Бостаная, тем не менее утверждение в этом сане зависело от обоих гаонов. Для этого установлено было особое торжество. Почетнейшие представители еврейских общин и ученые, с гаонами Суры и Пумбадиты во главе, вводили новоизбранного экзиларха в синагогу при большом стечении народа. В субботнее утро в синагоге происходило торжественное богослужение, при котором экзиларх восседал на высокой, роскошно убранной трибуне, имевшей форму башни. Тут прежде всего подходил к трибуне сурский гаон, преклонял пред экзилархом колено и затем садился рядам еним справа, то же делал и пумбадитский гаон, садясь затем с левой стороны князя.

Чтение Торы открывал сам экзиларх, который после этого произносил какую-нибудь ученую проповедь; если же он не мог сам читать проповедь, то за него говорил сурский гаон. В заключение читалось особое благословение («Иекум пуркан») экзиларху, главам академий, всем законоучителям и учащимся и всем еврейским общинам, поддерживавшим академии своими пожертвованиями. Все торжество заканчивалось парадным шествием из синагоги во дворец экзиларха, где давали обед ученым и знатным особам, а также арабским государственным сановникам.

Во внутренней жизни евреев гаоны имели еще большее значение, чем экзилархи. Еврейские общества управлялись в то время по своим собственным законам, изложенным в Библии и Талмуде; главными же законоведами были гаоны, которые поэтому имели большое влияние на жизнь народа. Заведуемые ими академии в Суре и Пумбадите были переполнены учеными и учащимися. Здесь изучали и толковали Талмуд и разъясняли его законы. Ученые из различных мест собирались сюда дважды в год, весной и осенью, и под руководством гаонов обсуждали все дела, касающиеся общественной и духовной жизни евреев. Не только из Вавилонии, но и из других стран обращались к гаонам за разъяснением спорных религиозных вопросов, гаоны давали свои решения по этим вопросам, и таким образом они сделались законодателями для евреев всех стран, где господствовали арабы.

Еврейские общины Персии, Сирии, Палестины и Египта имели постоянные сношения с вавилонскими: все они объединились под общей духовной властью гаонов. Один из вавилонских гаонов, Ахай переселился в Палестину и там написал свою знаменитую книгу «Шеелтот» («Вопросы»), которая заключает в себе разъяснения талмудических законов и религиозные поучения. Благодаря деятельности гаонов, среди евреев всех стран распространялось знакомство с Талмудом, который таким образом сделался священной книгой для народа.

В VIII веке в Восточном халифате начались смуты, приведшие к падению дамасской династии Омайадов. Последний дамасский халиф погиб в борьбе, и царская власть перешла к новому роду — Абассидов. Абассидский халиф Аль-Мансур (754 г.) перенес столицу арабского государства из Дамаска в город Багдад в Вавилонии. Отсюда все государство получило название: Багдадский халифат. Оно включало Персию, Вавилонию, Армению, Сирию, Палестину и Египет. Евреи всех этих стран, таким образом, входили в состав одного государства. Их главный духовный центр по-прежнему оставался в Вавилонии, там находились их экзилархи и гаоны, управлявшие всеми еврейскими общинами.

В это время среди евреев произошел религиозный раскол. Многие были недовольны тем, что Талмуд сделался почти такой же священной книгой, как Библия; они находили крайне стеснительными строгие законы, установленные Талмудом, и не хотели подчиняться им. Как некогда цадукеи восстали против «устного учения», так и теперь появилась партия, которая утверждала, что от Бога исходят лишь законы Торы, а не законы Талмуда. Во главе этой партии стал Анан бен-Давид, из рода вавилонских экзилархов.

Около 760 года умер один экзиларх, не оставив детей. Между двумя родственниками его, братьями Ананом и Хананией, возгорелся спор: каждый хотел получить для себя сан экзиларха. Ученые сурской и пумбадитской школ и тамошние гаоны отвергли Анана, как вольнодумца, и выбрали экзилархом его брата.

Приверженцы Анана возмутились и признали его своим экзилархом. Споры дошли до халифа Аль-Мансура. Халиф принял сторону избранного гаонами экзиларха и велел посадить Анана, главаря раскольников, в темницу. Когда Анана освободили из заключения, он покинул Вавилонию и переселился со своими приверженцами в Палестину. Ожесточенный против гаонов, Анан открыто выступил против талмудического иудейства. Он образовал из своих последователей особую религиозную общину, или секту. Подобно древним цадукеям, он приписывал божественное происхождение только библейским законам; все же религиозное законодательство, выработанное под именем «устного учения» со времен Эзры и вошедшее в Талмуд, он считал творением людей. Устное учение, по мнению Анана, не обязательно, оно составляет даже прямое нарушение библейского завета, гласящего, что к закону Моисееву нельзя ничего прибавить и от него ничего нельзя убавить. Любимым изречением Анана было: «Ищите хорошо в Писании!».

Последователи этого учения называли себя сначала ананитами, по имени своего учителя, но впоследствии присвоили себе наименование караимов, то есть «людей писания», или библейцев. Своих противников они называли «раббанитами» — приверженцами учителей Талмуда, носивших титул «рабби». Боясь преследований в Вавилонии, где была сильна власть гаонов, караимы переселялись в Палестину.

Анан, как гласит предание, построил особую синагогу для своей общины в Иерусалиме. Свое вероучение ок изложил в «Книге законов» («Сефер га-мицвот»), от которой сохранились только немногие отрывки.

Караимы отличались от талмудистов в способах исполнения важнейших законов и обрядов. Субботу они соблюдали очень строго. Придерживаясь буквального смысла Библии, они не зажигали огня даже до наступления субботнего вечера и проводили этот вечер в потемках, не употребляли горячей пищи в субботу, старались не отлучаться в этот день из своих домов, не делали никаких работ даже для опасно больных, и т. п. (Позднейшим караимским ученым пришлось смягчить эти субботние строгости.) Установленный при патриархе Гилеле II еврейский календарь караимы отменили и снова ввели первобытный способ определения дней праздников по наблюдениям за новолунием. Пятидесятницу (Шевуот) они праздновали в 50-й день после первой пасхальной субботы, что выходило всегда в воскресенье. Пасхальную «мацу» (опресноки) они пекли непременно из ячменной муки, чтобы она напоминала о «хлебе бедности», как говорится в Пятикнижии. В праздник Кущей караимы не употребляли пальмового и миртового букетов при богослужении, а только украшали ими свои кущи. Хануку, или национальный праздник Хасмонеев, они вовсе не праздновали, так как о нем не упоминается в древних книгах Библии, но Пирум праздновался ими два дня.