Читать онлайн «История мировых цивилизаций». Страница 34

Разделение единого массива древнерусского государства на уделы еще Святославом (965–972) между своими тремя сыновьями, последующее перераспределение княжеских «столов» из-за наследования великокняжеского престола по принципу старшинства (после смерти великого князя следующим должен был стать старший брат, старший в роду) привело к ослаблению центральной власти. В конце XI в. существовало 14 удельных княжеств, перед монгольским нашествием – 30, в конце XIII в. – 70, а в XIV в. раздробление дошло до 250–300 самостоятельных владений. В XIV в. численность Рюриковичей, включая женщин и безудельных княжичей, колебалась от 1500 до 1600 человек[95]. Рюриковичи, как и Каролинги, не смогли сохранить государственного единства подвластных территорий.

Борьба центростремительных (объединительных, скрепляющих под единым началом) и центробежных (разделяющих, стремящихся к самостоятельному существованию) сил длительное время была главной проблемой феодальной эпохи в истории большинства стран Европы и Азии. Но влияние раздробленности, разобщенности, взаимного ослабления военно-экономических потенциалов было разным для различных цивилизационных систем. Япония, ослабленная феодальными распрями, избежала вторжения монгольских завоевателей в XIII в. только благодаря своему островному положению. К тому же камикадзе («священный ветер») разметал наспех сделанные корабли, на которых перевозили свою армию в Японию северные завоеватели. Раздробленные и разобщенные Китай, Индия, Арабский халифат подверглись разгрому и были подчинены. На Западную Европу, где, например, быстро распалась империя Каролингов, у кочевников не хватило сил, т. к. они были потрачены на предыдущие экспедиции, в частности, на покорение русских земель в 1237–1243 гг.

В советской историографии было принято считать, что феодальная раздробленность имела некоторые положительные стороны. Так, быстро развивались производительные силы в различных землях. Если в IX–X вв. на Руси было 24 города, то в XI в. – 62, а в XII в. – 119 городов. В некоторых исследованиях говорится даже о 300 городах, о том, что Древнюю Русь называли «гардарикой», «страной городов», в большинстве которых было лишь несколько сотен жителей. В каждой земле развивались свои иконописные школы, строились каменные храмы. Улучшилась управляемость каждой из земель.

При этом почему-то редко говорится о тех больших людских и материальных потерях, к которым приводили непрерывные феодальные войны. Под одними и теми же иконами русские люди, в языковом, культурном и этническом отношении близкие друг другу, убивали друг друга во имя политических амбиций Рюриковичей. Крайне уязвимое геополитическое положение Древнерусского государства – между кочевым, ненасытным и безжалостным Востоком и оседлым, но агрессивным и не менее безжалостным Западом – требовало крепкого централизованного государства, а не той аморфной конфедерации древнерусских земель, в которую превратилась держава, созданная Олегом, Святославом, Владимиром Святым и Ярославом Мудрым. То, что для некоторых европейских государств оказывалось терпимым, для русских земель было смертельно опасно. Съезд русских князей в городе Любече недалеко от Киева в 1097 г., по-видимому, руководствовался благими намерениями, когда стремился установить определенные «правила игры». Однако, с учетом последующего развития событий, нельзя не признать, что установление принципа «каждый да владеет своей отчиной» фиксировало факт распада единого государства на наследственные владения князей из Дома Рюриковичей. Тем самым был подписан приговор древнерусскому государству. Но цивилизации, созданной русским народом, предстояла более сложная судьба.

Русские первое жестокое поражение от монголов потерпели в 1223 г. на реке Калке, что впадает в Азовское море недалеко от устья Дона. В 1236 г. войска под командованием внука Чингисхана Батыя[96] разгромили государство волжских болгар. Зимой 1237–1238 гг. были разорены русские земли от Рязани почти до Новгорода (до него монголы не дошли 100 верст). В 1240–1242 гг. были разгромлены юго-западные и западные русские земли, включая Киев. Над русским народом нависла угроза тотального уничтожения. С 800 по 1237 г. вторжение кочевников на русские земли происходило в среднем раз в четыре года. В последующие два столетия набеги и опустошения совершались почти каждый год.

Некоторые современные авторы считают, что с установлением монголо-татарского ига, включением русских земель в состав государства Золотая Орда древняя русская цивилизация прекратила свое существование. В условиях подчинения иной культурно-исторической системе сформировался новый этнос, новое общество, новое государство – Московское, новая цивилизация, которая была ближе к Востоку, а не к Европе, как Киевская Русь. Отдельные авторы доходят до прямого обвинения Александра Невского в коллаборационизме, т. е. в пособничестве захватчикам. Указывают на то, что папа Иннокентий IV предлагал ему церковную унию с Западом, политическое сотрудничество в обмен на военную и экономическую (торговую) помощь.

«Ответ» Александра Невского был однозначным. 15 июля 1240 г. русский князь разгромил норвежско-шведско-финское войско под руководством ярла (главы шведской администрации) Биргера на реке Неве[97]. 5 апреля 1242 г. на льду Чудского (Псковского) озера были разгромлены крестоносцы Ливонского ордена, в котором объединились Орден меченосцев и Орден крестоносцев. В 1246, 1247 и 1249 гг. были отражены новые набеги, и в 1251 г. с Норвегией было заключено соглашение о перемирии и добрососедстве. Опасность с Запада значительно уменьшилась.

Отношения с монголами начал налаживать еще отец Александра Ярослав П. Он первым приехал на съезд оставшихся в живых русских князей, созванный Батыем в 1243 г. в Сарае, столице Золотой Орды. Первым выразил почтение к монгольским богам и в знак покорности прошел, наклонившись, под двумя скрещенными копьями (это и называлось «игом»). Своего сына Константина он отправил заложником в Монголию, демонстрируя полное подчинение и доверие к монголам, которые в 1243 г. дали ему ярлык на старейшинство среди русских князей, а через 3 года отравили как слишком сильного и опасного руководителя.

Александр Невский ежегодно лично отвозил дань в Орду, следил за ее полным и своевременным сбором, не допускал народных выступлений, всячески подчеркивал вассалитет Руси по отношению к ханам внешними личными знаками внимания. Он четырежды ездил в Орду, в том числе в Монголию, в Каракорум, в «логово зверя», мог объективно оценить мощь державы Чингизидов. По мнению известного историка В. В. Похлебкина, принцип «Меч на Западе, щит на Востоке» объективно соответствовал интересам русских людей. «Необходимо не подвергать Русь опасности уничтожения, а сохранять силы всечасно и всемерно. Надо, чтобы на Русь и ее народ работало только время. Кроме того, с монголами можно договориться, не поступаясь национальными и идеологическими принципами, своим государственным устройством или народной самобытностью, т. е. откровенно проводить политику задабривания татар, посылая им не только государственную дань, но и подарки, взятки»[98].

Цену «западной помощи» хорошо показала судьба Византии. В 1439 г. византийские правители согласились на унию с католицизмом, получив от Папы Римского обещание помощи против турок. Собранное «с бору по сосенке» рыцарское войско потерпело сокрушительное поражение от турок в сражении у Варны в 1444 г. Византийцы, предоставленные самим себе, не смогли выстоять, и 29 мая 1453 г. Константинополь был взят штурмом. Тысячелетняя история византийской цивилизации закончилась. Политику европейских правителей в отношении Византии не назовешь дальновидной. Падение этого мощного юго-восточного бастиона на пути экспансии восточных обществ позволило туркам завоевать все Балканские государства и в течение веков терзать Европу.

Русские земли находились в стороне от первоначальных путей крестоносцев. Но в конце XII в. созданный в Палестине Орден крестоносцев был перебазирован в Прибалтику. Папа Римский Целестин II объявил Северный крестовый поход. В 1200 г. крестоносцы разбили силы ливов и земгалов, а в 1201 г. в устье реки Двины основали крепость Ригу, нынешнюю столицу Латвии. В течение нескольких десятилетий крестоносцы вели истребительную войну против языческих племен пруссов. Из 200 тыс. пруссов в живых осталось около 40 тыс., причем все они были онемечены. Последний предводитель пруссов был повешен и уже мертвый пронзен мечом[99]. Русские князья оказывали помощь прибалтийским народам, но к моменту вторжения Батыя немцам удалось выйти на границы с русскими северо-западными землями. От пруссов осталось только название данного региона (Восточная Пруссия в настоящее время является Калининградской областью, входящей в Российскую Федерацию). Эстонцы и латыши на протяжении веков «кормили» Орден, который мало чем отличался от Орды. Только военное поражение, нанесенное Тевтонскому ордену польско-литовско-русским войском у Грюнвальда (в Восточной Пруссии; по-литовски Грюнвальд – Жальгирис, по-русски «Зеленый лес») в 1410 г., умерило аппетиты этих «проповедников» веры Христовой. На северо-западе русской государственности пришлось столкнуться с мощнейшим нажимом «западной христианской цивилизации», которая пришла в русские пределы «с огнем и мечом».