Читать онлайн «Евреи, Бог и история». Страница 57

Евреи не вернулись. Их приволокли насильно. Такова уж была доля России, что она получала новых евреев быстрее, чем могла изгнать старых. В 1665 г. русская церковь полагала, что Россия наконец избавилась от евреев. Но именно в этом году Россия приобрела во владение множество новых евреев благодаря аннексии части литовской территории, отвоеванной у Польши. Всю работу приходилось начинать заново. Затем, когда большинство новоприбывших евреев были уже изгнаны, Петр Великий получил (по Нейштадскому мирному договору 1721 г.) множество евреев, проживавших на бывшей шведской территории вдоль балтийского побережья, теперь отошедшей к России. Петр, как и его предшественники, опасался евреев, но все же защищал их права и свободы. В 1762 г. Екатерина Великая одним росчерком пера запретила евреям проживать на всей территории России. Десять лет спустя в России было больше евреев, чем во всей Европе. После трех разделов Польши (1772, 1793, 1795) на территории России оказалось около 900 000 евреев.

Но вскоре Екатерина и ее наследники прекратили борьбу. Они поняли, что евреи необходимы им для развития экономики завоеванных территорий. «Мужики» же должны были оставаться послушными и невежественными. Евреи могли свободно передвигаться по Польше, Литве и Украине, но в «Святую Русь», где 95 % населения составляли «мужики», въезд евреям был запрещен. Царям удалось сохранить душу «мужиков» в ее первозданной чистоте. В 1917 г., после Октябрьской революции, «мужики», попавшие в Москву и впервые увидевшие автомашину, крестились и громко шептали: «Господи, помилуй». Они думали, что увидели дьявола или еврея.

Территория, расположенная вдоль западной границы, где было разрешено селиться евреям, получила название «черта оседлости» или просто «черта». Здесь евреи установили общинное самоуправление. В это время, между 1700 и 1800 гг., русская интеллектуальная жизнь находилась в зачаточном состоянии. То же можно сказать и о жизни русских евреев. За исключением таких, как Виленский Гаон и нескольких других рангом поменьше, все остальные евреи влачили растительное существование. Как погромы, так и интеллектуальный расцвет России и русских евреев пришелся на XIX век.

Еврейская жизнь в Германии была совершенно иной. Многие историки считают, что известно достаточное число фактов, что во II веке н. э. северную границу Римской империи охраняли от германских варваров римские солдаты еврейского происхождения. Римские императоры считали германцев нелюдью, недостойной даже завоевания Римом.

Можно считать, что именно евреи были первыми цивилизованными обитателями Германии. Известно, что евреи жили в Майнце, Кельне и других городах долины Рейна еще в дни римлян. Обычно считается, что уже в VIII веке евреи поселились в Магдебурге, Вормсе и Аугсбурге, однако документальные свидетельства о процветающих еврейских общинах в большинстве крупных немецких городов относятся к X веку. Нам почти ничего не известно о преследовании евреев здесь, как и в других частях Европы, до начала Крестовых походов.

Специфическая структура Священной Римской империи спасла евреев от поголовного изгнания, начавшегося в Германии в XIII веке. Священная Римская империя (название, установленное Фридрихом I, 1152–1190, известным под прозвищем Барбароссы – «рыжей бороды») была похожа на клетчатый шотландский плед и состояла из федеральных государств с автономным управлением. Если евреев изгоняли из одного такого государства, то другое охотно их принимало.

Немцы, наиболее близкие к взрастившей их варварской ментальности, проявили свои наклонности и в преследованиях евреев. Большинство антиеврейских акций, которые обычно ассоциируются со Средневековьем, происходили в Германии или Австрии; они взошли на немецкой почве. Садисты и фетишисты использовали обвинения в ритуальных убийствах, осквернении гостии и «черную смерть» для того, чтобы возбудить население против евреев. Одна из таких фетишистских групп известна под названием «Кожаная рука» – из-за полосок кожи, которые члены группы носили вокруг руки. Характер совершаемых ими убийств свидетельствовал скорее об их психопатическом состоянии, чем о ненависти к евреям.

Именно в Германии ограбление евреев приняло свои совершеннейшие, чистейшие формы. Местные властители приглашали в свои владения евреев, обещая им защиту и торжественно даруя им либеральные привилегии. Затем они грабили евреев, забирали у них земли и по-гангстерски продавали им свое покровительство. Можно только удивляться, что, несмотря на все это, еврейская духовная и культурная жизнь продолжала существовать и развиваться. Талмудическая ученость все еще властвовала над умами. Это понимал Жан-Жак Руссо, написавший в 1762 г. в своем «Общественном договоре»: «Только благодаря ему одному (Талмуду и ритуальному законодательству. – М.Д.) эта уникальная нация, столь часто порабощаемая, столь часто исчезавшая, почти всегда казавшаяся полностью уничтоженной, но всегда верная Закону, сохранилась до наших дней… Ее нравственные устои, ее обычаи и ритуалы продолжают существовать и будут существовать до скончания веков…»

В XVI веке в Германии состоялась необычайная дискуссия, повлиявшая даже на Реформацию. Иоганн Рейхлин защищал Талмуд от крещеного еврея по имени Иоанн Иозеф Пфефферкорн. Герр Пфефферкорн был мясником. Уличенный в мошенничестве, он решил избежать наказания, ожидавшего его в еврейском суде, и перешел в христианство. Среди евреев он считался невеждой, но невежественное немецкое население считало его ученым. Когда герр Пфефферкорн заявил, что Талмуд поносит христианскую веру, на него была возложена почетная обязанность «очистить» еврейскую литературу от антихристианских высказываний. Евреи обратились к императору, который назначил Иоганна Рейхлина расследовать дело.

Борьба теперь пошла между интеллектуалами и антиинтеллектуалами, без различия религии. На стороне Пфефферкорна выступали такие светские учреждения, как университеты Парижа и Майнца. На стороне Рейхлина стояли теологические семинарии, например, семинария Венского университета, несколько кардиналов и архиепископов и даже курфюрст Саксонский. В диспуте принял участие – на стороне Рейхлина – и Мартин Лютер. Этот диспут стал еще одним камнем в возводящемся здании Реформации. Хотя формально Рейхлин был признан побежденным, на деле Пфефферкорн потерпел ужасное поражение. Запрет на изучение Талмуда был снят, и еврейская литература могла теперь процветать без заботливого ухода Пфефферкорна.

С поражением Пфефферкорна сами немцы ополчились против садистов. Последним из них был пекарь Винсент Фетмильх, который организовал банду, напавшую под его предводительством на еврейский квартал во Франкфурте. Так как вояки Фетмильха численно превосходили евреев, они бесстрашно убивали женщин и детей. Через два года Фетмильх и главари его банды были арестованы и по приказу императора казнены на рыночной площади Франкфурта. В Германии ненадолго установилось время, когда никто не мог считать себя выше закона.

Последняя часть симфонии, психологическое анданте, началась в XVII веке. К этому времени история вернула евреев в Западную Европу. «Возвращение на Запад» началось с поселения евреев в Нидерландах (1593 г.), сбросивших испанское иго, в Англии (1655 г.) – по приглашению Оливера Кромвеля и во Франции (1648) – после присоединения к ней провинции Эльзас согласно условиям Вестфальского мира, которым завершилась Тридцатилетняя война.

Хотя корни психологического антисемитизма уходят в Средневековье, его влияние не ощущалось полностью до современного периода. С появлением нового социального класса после индустриальной революции в Европе личная ненависть к евреям, мотивированная экономическими соображениями, постепенно превращалась в расовый предрассудок, мотивированный глубокими психологическими опасениями. Психологическое анданте – антисемитизм – было самым опасным из всех трех частей симфонии, опасным не только для евреев, но и для самой культуры.

Средние века породили два вида иудаизма. Они отличались друг от друга образом жизни, литературой и философией, но Бог был одним и тем же для обоих. Один образ жизни доминировал в период между 600 и 1500 гг., второй – с XVI века и до нового времени. Первый из них называется сефардским, или испанским иудаизмом, второй – ашкеназским, или немецким.

Сефардский иудаизм был более древним и утонченным. Он представлял собой смесь из учений Торы, Талмуда, Аристотеля и Аверроэса[39], метафизики и науки, религиозной и светской литературы. Этот иудаизм прошел через фильтры вавилонской, персидской, греческой, римской и исламской культур. Между 900 и 1500 гг. евреи-сефарды служили всему еврейству образцом манеры одеваться, поведения в обществе, этических норм и учености.

С конца XVI века еврейская жизнь приобретает явно ашкеназское обрамление. Исторические обстоятельства сдвинули центр еврейской жизни из Западной в Восточную Европу, а изменившиеся условия существования повлияли на создание новых форм еврейской культуры. Мир сефардов был беззаботным миром. У евреев было достаточно времени для того, чтобы писать элегии и проникать в тайны духа и материи. В новом – ашкеназском – мире времени на стихи и научные исследования уже не оставалось, да и нужды в этом не было. Религия была поставлена на службу сохранения жизни. Талмудизм занимался лишь деталями повседневной жизни. Но он сохранил евреев. Сефарды расширяли свои познания с помощью французского, итальянского и немецкого языков. Ашкеназы защищали границы своего сужающегося мира с помощью иврита, Торы и Талмуда, ища в них оплот против соблазнов крещения.