Читать онлайн «Загадка Кирова.Убийство, развязавшее сталинский террор». Страница 68

На самом деле все «косвенные доказательства», которые предполагают участие в убийстве НКВД и Сталина, рассыпаются при рассмотрении их с позиций сегодняшнего знания обстоятельств этого дела. Это относится и к утверждениям о ненадлежащей охране Смольного в день убийства, и обстоятельствам, которые помогли Николаеву проникнуть на третий этаж Смольного в день убийства, а также к тому, что телохранитель Борисов отстал от Кирова, за которым должен был следовать по пятам. Это относится и к историям о том, что Николаев был завербован Запорожцем, который к тому же снабдил его револьвером и обеспечил его освобождение из-под ареста 15 октября. Утверждение о том, что Николаев обвинял в преступлении НКВД во время его допроса Сталиным, является не более чем слухом. Ничего подозрительного в осуждении ленинградских чекистов в январе 1935 г. также не было — у Сталина было достаточно причин для столь мягкого наказания. Если бы Сталин действительно был замешан в убийстве, то у него были все основания для самых суровых приговоров всем опасным свидетелям. Следует отказаться также от такого, возможно, самого важного косвенного доказательства, которое вызывает самое большое подозрение, как «убийство» Борисова.

Сегодня версия об участии Сталина в убийстве Кирова представляется еще более слабой. Следовательно, это также ослабляет версию о том, что Сталин планировал крупномасштабный террор еще в 1934 г. или даже раньше. Данная версия основана на предположении, что одним из мотивов убийства Кирова было намерение Сталина использовать его для удара по оппозиции. Но если Сталин не замешан в этом убийстве, то версия о заранее запланированном терроре требует другого объяснения.

Данная книга позволяет говорить, что позиция историков, утверждающих, что за убийством Кирова стоял Сталин, не имеет никаких оснований. Но как же можно объяснить их ошибочное мнение? Здесь следует учитывать два фактора. Во-первых, это доступность (или, скорее, отсутствие доступа) к источникам информации по советскому периоду. До недавнего времени советские архивы были закрыты для исследователей. Следовательно, документы и материалы, которые могли бы пролить свет на дело Кирова, были для них не доступны. Поэтому они вынуждены были использовать информацию, основанную на рассказах перебежчиков или старых большевиков, переживших террор и лагеря. Таким образом, историкам-диссидентам Советского Союза и западным историкам пришлось отказаться от общепринятого принципа критического отбора источников.

Во-вторых, политическая подоплека дела Кирова. И в Советском Союзе, и на Западе убийство Кирова было сильно политизировано. В СССР убийство было использовано Сталиным для уничтожения оппозиционеров: сразу после убийства и потом в ходе московских показательных процессов. Позднее, уже после смерти Сталина, Хрущев попытался использовать это дело для борьбы со своими политическими оппонентами. Что касается Запада, то там участие Сталина в убийстве Кирова было одним из компонентов антикоммунистической полемики времен «холодной войны». Тем не менее антикоммунистические взгляды западных историков не мешали им принимать на веру различные версии дела, представленные на московских показательных процессах, в заявлениях Хрущева или же в публикациях официальной советской прессы 1960-х гг. по поводу этого убийства и политической обстановки 1930-х гг.

Нет ничего удивительного в том, что убийство известного политического деятеля порождает волну слухов. Если дело об убийстве не удается быстро распутать, то возникает множество разного рода спекуляций на эту тему и теорий заговора. Так, убийство Кирова сравнивали с убийством Джона Ф. Кеннеди, которое произошло 30 лет спустя. Некоторые обстоятельства этих двух убийств кажутся подозрительными и необъяснимыми. Сам факт убийства известных политических лидеров дал некоторым исследователям основания полагать, что эти преступления имеют политические мотивы, а организованы они могучими политическими силами. Естественно, что подобные преступления совершают не убийцы-одиночки. И поэтому возникают слухи...

Есть люди, которые по ряду причин любят рассказывать сенсационные истории или создавать теории заговоров. Может быть, это помогает им возвыситься в собственных глазах, приобрести политическую значимость; при этом не следует забывать и о возможностях получить финансовую прибыль. Исследуя минные поля подобных слухов и сенсаций, историк должен сохранять ясную голову. Использование информации, содержащейся в «Письмах старого большевика» Николаевского или в книге Орлова «Тайная история сталинских преступлений», в значительной степени повлияло на отношение историков к делу Кирова. То же самое можно сказать и о некритическом подходе к различным заявлениям многих других перебежчиков, а также историям из третьих и четвертых рук, рассказанными бывшими заключенными.

Удивительно в этом деле даже не то, что так много историков делают выводы, пользуясь сомнительной базой источников, а то, что их заключения являются такими определенными. Трудно понять, как, пользуясь в своей работе такой исходной информацией, они приходят к следующим выводам: Рой Медведев, к примеру, пишет, что вина Сталина «почти доказана», Роберт Конквест считает участие Сталина в убийстве Кирова установленной «истиной», а Роберт Ч. Такер утверждает, что виновность Сталина в убийстве «не подлежит никакому сомнению». Также странно, почему Эми Найт считает почти доказанной версию о том, что Сталин организовал это убийство, хотя она написала свою книгу уже после того, как появились новые источники, согласно которым ее прежние «косвенные доказательства» участия Сталина в убийстве, оказались неубедительными.

Убийство Кирова сыграло большую роль: оно предоставило Сталину возможность нанести удар по своим политическим оппонентам. Сталин действительно приобрел огромную власть и силу, но они не были безграничными. Убийство Кирова ознаменовало собой начало его неограниченной власти. Кроме того, это убийство заметно усилило параноидальные страхи, давно существовавшие в советском обществе, и обеспечило основу для развития массовой истерии, которая достигла своего апогея во времена Большого террора 1937-1938 гг. Убийство Кирова, казалось бы, подтверждало теорию Сталина об усилении классовой борьбы по мере построения социализма, что требовало усиления бдительности по отношению к классовым врагам. Именно таким был основной смысл письма Центрального Комитета 18 января 1935 г., адресованного партийным организациям. В нем говорилось об уроках, которые следовало извлечь из убийства Кирова. Таким образом, это убийство стало частью идеологического обоснования ужесточения сталинского режима.

В деле Кирова остаются несколько нерешенных вопросов. Например, мы до сих пор не знаем точно, почему Киров отправился в Смольный в день убийства. Есть сведения, что он якобы говорил о своем желании поучаствовать в совещании в кабинете Чудова. Но что именно заставило его поехать в Смольный, не известно. Более того, местонахождение Николаева 1 декабря между его первым и вторым посещением Смольного также не известно. По его словам, он просто «слонялся вокруг» здания. Но не ясно, что именно он делал и кого встретил. Сколько времени прошло между двумя выстрелами Николаева и что случилось в этот промежуток времени также не ясно. Существует некоторая неопределенность по поводу расхождений в показаниях свидетелей, данных в день убийства и в последующие дни. Но, в основном, это не существенно. Сегодня мы можем более точно представить картину того, что случилось непосредственно перед убийством Кирова и после него. Учитывая то, что мы знаем об этом деле из других источников, можно со всей определенностью сказать, что убийство совершил Николаев и только он один. Нет никаких причин полагать, что у него были сообщники или существовал заговор, в котором Николаев был марионеткой.

Конечно, невозможно доказать, что НКВД и Сталин не имели никакого отношения к убийству Кирова. Но исходя из наших сегодняшних знаний нет никаких свидетельств и того, что они были замешаны в нем. Напротив, как мы уже видели, есть много косвенных подтверждений того, что на самом деле они не участвовали в нем. Версия об участии НКВД и Сталина в убийстве Кирова — это не более чем теория заговоров, не подтвержденная какими-либо документами.

Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ), Москва

Фонд 17 (Политбюро)

Фонд 80 (Киров)

Фонд 85 (Орджоникидзе)

Фонд 558 (Сталин)