Читать онлайн «История Эфиопии». Страница 96

ПРИНЯТИЕ ЭФИОПИИ В ЛИГУ НАЦИЙ.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЭФИОПИИ В 20-Х ГОДАХ

Тем временем рас Тэфэри, опасаясь того, что Эфиопия, последнее свободное государство Африки, может вскоре стать жертвой открытой агрессии со стороны ко-{440}лониальных держав, настойчиво пытался укрепить позиции на международной арене. Его усилия закончились большой победой. 28 сентября 1923 г. Эфиопия была принята в Лигу наций. Хотя Англия решительно протестовала против этого, однако при поддержке Франции, которая, эксплуатируя железную дорогу Джибути - Аддис-Абеба, была заинтересована в сохранении выгодного для нее статус-кво, усилия раса Тэфэри увенчались успехом. Протесты Англии против решения о принятии Эфиопии в Лигу наций исходили прежде всего из того, что Великобритания опасалась, с одной стороны, усиления французского влияния в Аддис-Абебе, с другой - не хотела создавать себе препятствий в возможном расширении своих владений в Судане за счет присоединения территорий, прилегающих к озеру Тана. Принятие Эфиопии в Лигу наций могло бы положить конец этим расчетам, учитывая, что эта страна имела бы в Лиге поддержку Франции. После дискуссии, продолжавшейся несколько дней, во время которой английская делегация пыталась демагогически обосновать свое отрицательное отношение к решению по вопросу принятия Эфиопии в Лигу наций существованием рабства на территории этой страны, французская позиция взяла верх. Мало кто тогда мог предположить, что этот формальный акт сыграет решающую роль в истории Эфиопии и будет служить в будущем различным тенденциям в международной политике, становясь либо камуфляжем для защиты колониальных интересов Великобритании, либо сигналом для начала огромной политической баталии в защиту Пакта Лиги наций, проводимой СССР и другими государствами, стоявшими за осуществление принципов коллективной безопасности.

Однако пока лишь рас Тэфэри и группа его ближайших советников верили в то, что Лига наций может дать какую-либо защиту самой Эфиопии. И эта вера не была лишена черт политического реализма. Дело было не только в том, что в 1923 г. Лига наций имела еще значительный авторитет среди многих политических деятелей мира, но прежде всего в том, что, пользуясь допуском на женевский форум, Эфиопия путем умелого, традиционного уже в иностранной политике этой страны использования {441} противоречий между великими державами могла укреплять собственные позиции.

Неслыханным событием в политической жизни Эфиопии, не имеющим до этого прецедента в истории этой страны, было путешествие Тэфэри-Мэконнына в Европу в 1924 г. Правда, рас Тэфэри с формальной точки зрения был только регентом страны, но фактически уже тогда он осуществлял почти полный контроль над правительством в Аддис-Абебе, и в Европе его приняли как единовластного правителя. Это путешествие имело две главные цели: выход Эфиопии на широкую политическую арену и изучение возможностей оказания Эфиопии технической помощи европейскими странами. Свита раса Тэфэри состояла из многих выдающихся советников. Среди них были лиуль рас Каса-Хайлу, рас Сыюм-Мэнгэша, внук Йоханныса IV, и лиуль рас Хайлу-Тэкле-Хайманот, губернатор Годжама. Об этом великом годжамском феодале, известном своей экстравагантностью, рассказывали, что он приказал купить большой пароход и перевезти его по частям на озеро Тана. Он известен был также как человек весьма остроумный и обладавший большим чувством национальной гордости. Рассказывали, что, когда он встретился с английским королем Георгом V, тот спросил его, знает ли он английский язык. "Нет",ответил лиуль рас Хайлу. Когда английский король получил также отрицательные ответы на вопросы о знании французского и арабского языков, на его лице можно было заметить тень разочарования. Тогда Хайлу в свою очередь спросил Георга V, знает ли он амхарский язык, языки галлиння или гураге. Получив отрицательный ответ, рас Хайлу с милой улыбкой заметил, что ему приятно констатировать, что они оба одинаково невежественны.

Наряду со сторонниками своей политики регент взял с собой также нескольких советников из лагеря консерваторов, являвшихся противниками всяких реформ. Таким образом Тэфэри оградил себя от возможной попытки захвата ими власти в стране во время своего отсутствия. Одновременно он хотел их убедить в целесообразности проведения некоторых реформ в Эфиопии, демонстрируя достижения в области техники в Европе и знакомя {442} с функционированием государственного аппарата в европейских странах.

Эфиопская делегация поехала сначала в Палестину, позднее в Египет и оттуда уже направилась в Европу. Она посетила Францию, Великобританию, Италию и несколько малых государств. Во время бесед с европейскими политическими деятелями эфиопская делегация стремилась установить тесные экономические, политические и культурные контакты. Рас Тэфери думал также добиться от какой-либо державы, имеющей колонии, граничащие с Эфиопией, заключения соглашения на предоставление ей свободного выхода к морю. Однако ему не удалось осуществить эту цель. Франция также не согласилась предоставить Эфиопии свободную зону в порту Джибути.

Рас Тэфэри придавал большое значение и визитам в такие европейские страны, как Швеция и Бельгия. Речь шла об установлении с ними тесных торговых контактов и о приглашении экономических и военных советников из этих стран в Эфиопию. Европейские государства, не имевшие колоний в непосредственном соседстве с Эфиопией, являлись очень желательными партнерами для эфиопского правительства, так как они могли в некоторой степени составить противовес для тех колониальных государств, которые попытались бы расширить свои владения за счет Эфиопии. Во всяком случае, для эфиопского правительства безопаснее было давать концессии фирмам нейтральных стран. Положительный результат этих переговоров проявился спустя несколько лет, когда в Эфиопию прибыли шведские и бельгийские военные инструкторы.

Общие результаты визита раса Тэфэри в Европу были, однако, ничтожны. Единственным значительным следствием этого путешествия был рост заинтересованности европейской прессы Эфиопией. Следует добавить, что во время бесед в Лондоне король Георг V согласился возвратить Эфиопии корону императора Теодроса II, захваченную войсками лорда Нэпира в 1868 г. в Мэкдэле. С точки зрения престижа и традиций это лондонское достижение раса Тэфэри было воспринято в Эфиопии как большое политическое событие; 11 июля 1925 г. императорская корона Теодроса II была торжественно направлена в Аддис-Абебу. {443}

Тем временем в политических кругах Великобритании зрела мысль о присоединении Западной Эфиопии к Судану или подчинении этой территории английскому контролю в какой-либо другой форме. Эта концепция возникла в противовес набирающим силу экспансионистским замыслам Италии в Северо-Восточной Африке и крепнущему французскому влиянию в Эфиопии. В данный момент Англия сочла возможным использовать упоминаемую итальянскую инициативу 1919 г. Обращаясь к итальянскому правительству, английский посол в Риме сэр Рональд Грэхэм представил 14 декабря 1925 г. Муссолини предложение, в котором говорилось, что Великобритания готова решить вопрос раздела Эфиопии на две зоны влияния: итальянскую и английскую. Вместе с тем было оговорено, что Великобритания не согласится на какие-либо итальянские инвестиции, особенно военного типа, в районе Голубого Нила и его притоков. Несколько дней спустя, итальянская сторона приняла английское предложение. Итало-английские переговоры, естественно, вызвали протест Франции. Французская пресса забила тревогу в связи с "угрозой независимости" Эфиопии, поскольку дипломатические представители Великобритании и Италии в Аддис-Абебе вручили эфиопскому правительству ноты, требующие предоставления обоим государствам ряда концессий. Поддерживаемый французским правительством, рас Тэфэри отклонил англо-итальянские требования, утверждая, что обратится по этому вопросу в Лигу наций. 19 июня 1926 г. регент Эфиопии передал текст англо-итальянских требований генеральному секретарю Лиги наций и одновременно проинформировал его, что Эфиопия в любом случае не согласится с нарушением своего суверенитета. В результате решительной поддержки Эфиопии со стороны Франции Италия и Великобритания отказались на этот раз от своих требований. Таким образом, первая, впрочем и единственная, совместная англо-итальянская акция по эфиопскому вопросу потерпела неудачу. С этого времени эфиопская проблема постепенно становится спорным вопросом между Великобританией и Италией и в 1935 г. приводит к серьезному политическому конфликту между этими государствами. Это было связано с экспансионистской политикой фашистского итальянско-{444}го правительства, которое после 1926 г. уже не искало партнеров в своей африканской политике. Намерение Муссолини сделать всю Северо-Восточную Африку итальянской колонией угрожало колониальным интересам Великобритании в этом районе.