Читать онлайн «История Эфиопии». Страница 89

Почти все перечисленные выше выдающиеся эфиопские деятели и полководцы относились лояльно к политике Менелика в течение всего периода его правления, не считая 1908-1913 гг., когда больной император управлял только номинально. То есть мы видели, что императору удалось получить поддержку большинства важнейших феодальных родов Эфиопии. Даже давний соперник Менелика в тот период, когда он еще был только ныгусэ Шоа, - годжамский ныгусэ Тэкле-Хайманот - вынужден был стать его союзником после того, как в 80-х годах потерпел поражение в решающем сражении с шоанскими войсками. Со стороны Тэкле-Хайманота поддержка была вынужденной, но тем не менее перед лицом возраставшего могущества Менелика она оказалась прочной. Менелик стремился устанавливать мирные отношения с политическими противниками различными способами. Когда уже ни один метод не действовал, он не останавливался и перед вооруженными выступлениями. Однако даже после одержанной победы Менелик не стремился окончательно уничтожить противника, а предпочитал заключить с ним мир. Он отдавал себе отчет в том, что смерть какого-либо феодала, род которого владел подвластной ему провинцией нередко столетиями, не разрешит политическую проблему, а, напротив, обострит ее. В большинстве провинций император мог назначить нового губернатора только из членов местного рода. Нарушение этого обычая, практикуемого уже несколько веков, привело бы к возникновению постоянного вооруженного сопротивления в данной провинции и было бы возможно лишь при условии расквартирования там на длительное время больших отрядов императорского войска, набранных, конечно, в других частях Эфиопии. Действия подобного рода, за немногим исключением, когда это было уже абсолютно необходимо, Менелик в основном не предпринимал, так как они не разрешали политических проблем, не способствовали фактическому укреплению единства страны, а, наоборот, тормозили процесс формирования государственного и национального сознания. {409}

РАС МЭНГЭША-ЙОХАННЫС

И ДРУГИЕ ПРОТИВНИКИ МЕНЕЛИКА II

Наиболее серьезной фигурой среди политических противников Менелика был рас Мэнгэша-Йоханныс. Назначенный Йоханнысом IV на смертном одре, в присутствии выдающихся князей Эфиопии наследником престола, молодой двадцатилетний Мэнгэша даже не успел короноваться императором. Менелик его опередил, обосновав формально свои права на эфиопский престол происхождением из "Соломоновой" династии. Практически же вопрос о троне решила быстрота действий Менелика, его большой практический опыт и прежде всего обладание значительной военной силой. Личная армия Мэнгэши насчитывала всего около 12 тыс. человек. Кроме того, Мэнгэша, имевший главную поддержку в Тигре, в провинции, граничившей с итальянскими колониальными территориями, находился в конфликте с итальянцами. В этой ситуации он не решился бороться за императорский престол. Правда, в 1889 и 1890 гг. он начал уже собирать войска против Менелика, но, как только армия императора двинулась на север, он отказался от военных действий и помирился с Менеликом, понимая, что война на два фронта не дает ему никаких шансов на победу. Итальянская агрессия 1894-1896 гг., целью которой был захват не только Тигре, но и всей Эфиопии, вынудила Мэнгэшу и Менелика сотрудничать друг с другом. В битве при Адуа тигрейские войска во главе с расом Мэнгэшей во многом, способствовали победе Эфиопии. Временное перемирие с Менеликом не перечеркнуло честолюбивых планов Мэнгэши, намеревавшегося осуществить завещание Йоханныса IV, передавшего ему императорский трон. Об этом свидетельствует хотя бы письмо, направленное им королеве Виктории во время итало-эфиопской войны, в котором, прося о помощи в борьбе против итальянцев, Мэнгэша называет себя "сыном императора Йоханныса, царя царей".

Мэнгэша очень рассчитывал на помощь годжамского ныгусэ Тэкле-Хайманота. Он предполагал, что годжамский правитель, будучи издавна противником Менелика, примирился с последним только внешне и ждет случая, чтобы выступить против него. Он рассчитывал на его под-{410}держку еще и потому, что Йоханныс IV объявил Мэнгэшу наследником именно в присутствии Тэкле-Хайманота. Однако годжамский ныгусэ был человеком непостоянным и плохим полководцем. Он отдавал себе отчет в том, что его владения граничат с провинцией Шоа, поэтому ссора с Менеликом может оказаться весьма рискованной. Поэтому он не поддержал притязания раса Мэнгэши. Несмотря на это, в 1898 г. рас Мэнгэша сумел собрать армию из 80 тыс. воинов и объявил, что не признает императора Менелика. Его поддержали два известных полководца: дэджазэмач Хагос-Тэфэри и рас Сыбхат. Против Мэнгэши император послал сорокатысячную армию во главе с Мэконныном. Прежде чем дошло до битвы, положение Мэнгэши значительно ухудшилось. Дэджазмач Хагос-Тэфэри изменил ему и перешел на сторону Менелика. Вслед за ним перед лицом надвигавшейся армии Мэконнына покинуло лагерь Мэнгэши и большинство других феодалов. Таким образом, он проиграл кампанию, не дав ни одного серьезного сражения. В феврале 1899 г. рас Мэнгэша явился в лагерь Менелика в Бору-Меда с охраной, данной ему Мэконныном, и сдался на милость императора. Менелик лишил его управления провинцией Тигре, передав ее расу Мэконныну. Последний пробыл губернатором Тигре около 20 месяцев, после чего она была передана брату императрицы расу Уоле-Бытулю.

Не желая настроить против себя население Тигре, император оставил раса Мэнгэшу в живых. Но чтобы удалить его от родных мест и лишить таким образом каких-либо политических шансов на завоевание престола, Менелик сослал Мэнгэшу в Анкобэр, правильно считая, что здесь, в сердце Шоа, потомок Йоханныса IV не найдет никакой поддержки. Когда в 1906 г. рас Мэконнын умер, шансы раса Мэнгэши снова возросли. В Эфиопии начали даже поговаривать о возможности вступления Мэнгэши на престол после смерти Менелика. Эти расчеты, не имевшие больших шансов на успех, окончательно пресекла смерть Мэнгэши в 1906 г. Добавим, что несколькими годами раньше, в 1901 г., умер второй серьезный соперник Менелика, годжамский ныгусэ Тэкле-Хайманот.

Наиболее серьезным союзником раса Мэнгэши был одно время рас Алула. Раса Алулу можно отнести к {411} самым выдающимся полководцам в истории Эфиопии, а может быть, и всего Африканского континента. Благодаря своим незаурядным военным способностям он многократно одерживал победы над превосходившим его численно противником. Он прославился во время войны с Египтом, с махдистами и во время итало-эфиопской войны. Его боготворили солдаты, с которыми он делил трудности военных кампаний, ел из общего котла и переносил в одинаковых условиях всякие неудобства лагерной жизни. Алула был главным творцом стратегического плана, приведшего к успеху эфиопских войск в битве при Адуа. Отношения между ним и Мэнгэшей были дружественными сразу после смерти Йоханныса IV, но позднее ухудшились.

Среди деятелей, сыгравших важную роль в политической жизни Эфиопии на рубеже XIX - XX вв., можно назвать еще очень многих. К ним в интересующий нас период принадлежали также высшие сановники эфиопской церкви: абунэ Матеуос и ычэге Уольдэ-Гийоргис. Даже в период своей наибольшей популярности, когда значение духовенства несколько уменьшилось вследствие огромного роста центральной светской власти, Менелик должен был всегда с ним считаться и без его согласия не осуществлял ни одного из своих важнейших мероприятий.

Большинство феодалов, крупных военачальников и придворных сановников поддерживало Менелика. Однако это не означало, что они все были убежденными сторонниками единого направления в политике. В принципе их объединяла прежде всего особа императора, которого одни безгранично любили, как большинство шоанских феодалов и некоторые полководцы галла, другие боялись, третьи выжидали дальнейшего развития событий, чтобы поступить в зависимости от обстоятельств. Открытые военные выступления против императора происходили тем реже, чем более укреплялась его власть. Достигнутое им единство, основанное главным образом на авторитете его личности и силе верной ему армии, в сложных условиях Эфиопии, полной внутренних противоречий, не могло быть прочным. Проведенные Менеликом государственные реформы с целью консолидации страны не могли дать {412} в короткий период желаемых результатов. За спиной императора формировались враждебные ему политические группировки, которые вербовали себе союзников и готовились выступить в борьбе за власть в тот момент, когда кончится господство Менелика.

Будущее вырисовывалось тем более угрожающим, что у Менелика не было сына. Вопрос о наследнике престола оставался открытым. Достаточно было в 1908 г. появиться первым признакам неизлечимой болезни императора, как сразу же начало рушиться созданное им тонкое здание различных межплеменных союзов, угрожая стране очередной катастрофой гражданской войны. {413}