Читать онлайн «История Эфиопии». Страница 80

В 1893 г. в Эфиопии была создана почта. Аддис-Абеба получила телеграфную и телефонную связь с побережьем. Первые почтовые отделения были образованы в таких городах, как Аддис-Абеба, Аваш, Дыре-Дауа, Джиджига, Горе, Харэр, Адуа, Мэкэле, Дэссе, Джимма, Дэбрэ-Табор. Были выпущены первые эфиопские почтовые марки. В 1894 г. была введена новая монета - талеры, сделанные во Франции, которые начали вытеснять находившиеся до этого времени в обращении неудобные, тяжелые талеры Марии Терезии и другие платежные средства. (В Эфиопии на протяжении веков такими платежными средствами были бруски соли, называемые амоле.) В 1905 г. впервые в Эфиопии был построен водопровод, по которому вода с горы Ынтотто подавалась в императорский дворец в Аддис-Абебе. В 1906 г. был открыт эфиопский банк филиал Египетского национального банка.

В 1908 г. Эфиопия присоединилась к международному почтовому союзу. В том же году в Аддис-Абебе была открыта школа имени Менелика II. Одновременно с этим император начал посылать молодых эфиопов на учебу за границу. Первые из них направились в Швецию и Россию. 15 октября того же года император издал закон об охоте, направленный на охрану природы.

31 мая 1909 г. в Аддис-Абебе была создана Эфиопская организация содействия развитию сельского хозяйства и торговли. Среди ее создателей наряду с Менеликом II были императрица Тайту, рас битуоддэд Тэсэмма, рас {368} Уольдэ-Гийоргис, фитаурари Хабтэ-Гийоргис, бэджыронд Мулугета и нэгадрас Хайле-Гийоргис.

В 1910 г. в Аддис-Абебе была открыта больница. Как школа, так и больница были первыми учреждениями подобного рода в Эфиопии. В том же году в Аддис-Абебе был построен первый в Эфиопии завод боеприпасов. В следующем году в столице начала работать типография.

Менелик издал ряд распоряжений, запрещавших иметь рабов и заниматься работорговлей. Были также установлены регулярные выездные сессии императорского суда. Так, например, в марте императорский суд проводил сессию в Годжаме, Агау-Мыдыре, Дамоте, Мече, в апреле - в Гондэре, Бэгемдыре, Куаре, Уотэре, Ласте, в мае - в Адуа. Ежегодно в каждую пятницу июня заседания императорского суда происходили в Аддис-Абебе.

К важнейшим реформам Менелика II следует отнести создание 26 октября 1907 г. первого в истории Эфиопии кабинета министров. Кроме того, было создано Управление по делам почт и телеграфа, а также Управление по делам религии и просвещения. Одновременно были разработаны правила, точно определявшие функции и полноту власти отдельных министров. Однако на деле роль министров была незначительной. Вся власть по-прежнему находилась в руках императора и крупнейших феодалов. Кроме того, Менелик II упорядочил существовавшие в течение веков феодальные титулы, которые по существу были государственными и военными постами, точно определив их иерархию. По старшинству эта иерархия была определена в следующем виде:

I. Княжеские должности: 1. ныгусэ, 2. мэрыд азмач и абето.

II. Военные должности: 1. рас битуоддэд, 2. рас, 3. дэджазмач, 4. лигаба, 5. фитаурари, 6. аггафари, 7. кэннязмач, 8. гыразмач, 9. баламбарас, 10. шака, 11. бальдэрас, 12. баша.

III. Административные должности: 1. битуоддэд, 2. афэ ныгусэ, 3. цэхафе тыызаз, 4. аззаж, 5. бэджыронд, 6. нэгадрас, 7. кэнтиба, 8. блаттенгета, 9. ликэ мэкуас, 10. уохни аззаж, 11. блатта, 12. лидж, 13. ато.

Для укрепления своих вооруженных сил Менелик определил крупным феодалам обязательные военные кон-{369}тингенты, которые они должны были содержать и выставлять по требованию императора: ныгусэ Уольдэ-Гийоргис 30 тыс. солдат, рас Мэконнын - 30 тыс., фитаурари Хабтэ-Гийоргис - 17 тыс., афэ ныгусэ Нэсибу - 5 тыс., дэджач Бальча - 5 тыс., рас Абатэ - 4,5 тыс., рас Луль-Сэгэд - 4,5 тыс.

Независимо от того, насколько реформы Менелика II были проведены в жизнь, именно они положили начало тем изменениям в Эфиопии, которые произошли после первой мировой войны и продолжаются вплоть до настоящего времени.

ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО

НА РУБЕЖЕ XIX И XX ВВ.

ВВЕДЕНИЕ В ПИСЬМЕННОСТЬ

АМХАРСКОГО ЯЗЫКА

Создание в 1911 г. первой в истории Эфиопии типографии явилось выражением тех изменений, которые начали проявляться в культурной жизни страны уже в XIX в. 5. В это время амхарский язык начинает вытеснять в литературе уже давно не применяемый в разговорной речи язык геэз. Язык становится одним из средств, способствующих объединению страны. В период правления императора Теодроса II амхарский язык стал проникать в литературу, вытесняя из все более значительных областей эфиопской письменности мертвый и понятный только образованным духовным лицам и придворным сановникам язык геэз. Амхарский язык, известный с прошлых времен благодаря лишь немногочисленным, написанным на нем произведениям, становится все более распространенным языком, языком разговорным. Хроника императора Теодроса II, созданная Уольдэ-Марьямом, а также Зэннэбэ, является первой написанной на амхарском языке хроникой. По-амхарски написаны также исторические письма духовного лица из Уадла - Ассэгахэня, рассказывающие о {370} драматических событиях, происшедших в последние годы правления Теодроса II и во времена Тэкле-Гийоргиса.

Памятников письменности, относящихся к периоду удельной раздробленности и второй половине XIX в., сохранилось сравнительно немного. Непрерывная внутренняя борьба между отдельными частями страны и претендентами на власть не способствовала расцвету культуры. Можно также предположить, что многие произведения или были уничтожены во время частых пожаров, не пощадивших в тот период ни одного из важнейших центров страны (например, пожары Гондэра, уничтожение Анкобэра), или же являются до настоящего времени частной собственностью, хранящейся в отдельных родах или в монастырях. Несмотря на то что сейчас известно лишь небольшое количество произведений, можно утверждать, что введение письменности на амхарском языке сказалось на дальнейшем развитии эфиопской литературы. Ясно, что языком, которым пользуются живые люди, выражаются совсем иные общественные и культурные понятия, чем языком мертвым, уже в течение столетий. Произведения на языке геэз отражали проблематику, важную для правящих классов: духовенства и придворных. Поэтому прежде всего они были религиозного содержания либо описывали политические события. Амхарский же язык являлся таким языком, которым пользовались группы, находившиеся как на самой высокой, так и на самой низкой ступени общественной лестницы. В связи с этим, даже не будучи распространенным на территории всей страны, он мог помочь выразить то, что волновало все слои населения, мог быть выразителем как придворной, так и народной культуры. Поэтому использование амхарского языка для написания исторической хроники следует считать переломным событием в истории культуры Эфиопии.

На страницы рукописей, а позднее и книг начинает попадать многогранное народное творчество, до тех пор передававшееся лишь в устной форме. Первые амхарские произведения второй половины XIX и начала XX в. по своему содержанию идентичны произведениям на геэз и прежней историографии. К числу крупнейших писателей того периода, занимавшихся исторической тематикой, принадлежит алека Тайе. Его "История эфиопского народа" {371} до сегодняшнего дня является ценным источником информации по истории различных народов, населяющих империю. Из-под пера блаттенгеты Хыруй-Уольдэ-Сылласе, политического деятеля, поэта, писателя и историка, вышла "История Йоханныса IV" - исключительно ценное с литературной точки зрения произведение; им же написаны биографии людей, оставивших след в истории Эфиопии. Его произведения были изданы в 1915 и 1917 гг. При Менелике II хронику писал цэхафе тыызаз Гэбрэ-Сылласе, в работе которого излагается сокращенная история Эфиопии, а также история князей Шоа.

Следует коснуться и других областей эфиопской культуры. Во второй половине XIX в. жил один из самых интересных людей той эпохи - духовное лицо Гэбрэ-Ханна. Местом его пребывания были окрестности озера Тана. Сначала он преподавал в Гондэре, в одном из имевшихся там монастырей, знаменитом на всю страну тем, что был прекрасной школой религиозного танца. Удаленный из Гондэра представителями консервативных духовных кругов за попытку введения нового стиля в церковный "балет", он перебрался ко двору Менелика II. Новаторские художественные идеи Гэбрэ-Ханны, распространяемые его сыном, со временем были восприняты широкими слоями эфиопского духовенства. А сам Гэбрэ-Ханна остался в истории эфиопской культуры как автор нового литургического танца, на создание которого его вдохновило движение волн на озере Тана и гнущихся под ветром стеблей прибрежных тростников и камышей. В Эфиопии сохранилась память о глубоком уме и большом остроумии этого человека. Это видно из опубликованного в 1955 г. сборника сатирических рассказов и анекдотов, более четверти которых связано с именем Гэбрэ-Ханны.

Новый этап переживала и живопись того периода. Прежде всего художники отказались от прежних формальных требований при иллюстрировании рукописей и в настенной живописи. Стали создаваться большие живописные полотна, художники перестают быть анонимными и хотя бы инициалами помечают свои произведения. В их картинах по-прежнему отражались религиозные сюжеты и придворная жизнь, но наряду с выдающимися личностями стали изображаться и батальные сцены и по-{372}вседневная жизнь. Императоры и крупнейшие феодалы имели уже своих придворных художников, которые обучались в различных монастырях, известных как школы изящных искусств. Из прежних канонов эфиопской живописи, которые были обязательными в период средневековья, в рассматриваемый период перешел обычай изображать положительных героев анфас, а отрицательных - в профиль, остался также обычай изложения в подписи содержания картины. По-прежнему живы традиции большой настенной росписи, отображающей исторические события. Так, например, в середине XIX в. на стенах церкви святой Марии в Гондэре была сделана огромная роспись, изображавшая борьбу за престол Тэкле-Хайманота со своим отцом императором Иясу I Великим (на рубеже XVII-XVIII вв.), а церковь святого Марка в Дэбрэ-Маркосе была украшена сценами из жизни годжамских ныгусэ. Среди крупнейших живописцев конца XIX и начала XX в. можно назвать духовное лицо Ынгыда (проживавшего во времена Теодроса), а также Лукаша из Годжама, Уодьдэ-Гийоргиса из Годжама, Элиаша, придворного художника Менелика II, и Эмайлафа-Хыруя, живших и творивших уже при последующих императорах. {373}