Читать онлайн «Еврейский мир. Важнейшие знания о еврейском народе, его истории и религии». Страница 95

Число членов мужских сионистских организаций резко сократилось после образования в 1948 г. Израиля, поскольку их цель была достигнута. Напротив, женские сионистские группы после создания Израиля стали расти еще быстрее – возможно, потому, что уделяли основное внимание не столько идеологическим вопросам, сколько поддержке осуществлявшихся в Израиле мероприятий в области здравоохранения и образования. Крупнейшие из ортодоксальных женских групп – это «Женщины Амит» и «Женщины Эмуна». К ведущим женским организациям относятся и Американский ОРТ и Национальный совет еврейских женщин.

Однако самой крупной еврейской женской организацией США остается Ѓадаса, насчитывающая в своих рядах около 350 тысяч членов. Деятельность основательницы Ѓадасы Генриетты Сольд настолько повлияла на жизнь американских евреев, что ей специально посвящена следующая глава.

Если бы Генриетта Сольд родилась не в 1860-м, а веком позже, она, вероятно, стала бы раввином. Одна из восьми дочерей балтиморского раввина, она страстно и самозабвенно изучала иудаизм, добившись даже разрешения изучать еврейские тексты в Еврейской теологической семинарии (в то время исключительно мужской), – при условии, что никогда не станет требовать сделать ее раввином. Впоследствии Сольд перевела с немецкого на английский монументальную многотомную «Историю евреев» Генриха Греца.

Сольд в чем-то предвосхитила эмансипацию еврейских женщин. Когда в 1916 г. умерла ее мать, один из друзей Генриетты, Хаим Перец, вызвался прочитать кадиш над телом покойной. Сольд мягко отвергла его предложение: «Я полагаю, что отстранение женщин от исполнения подобных обязанностей никогда не предполагалось нашим законом и обычаем – женщины освобождались от выполнения определенных обязанностей лишь тогда, когда не могли сделать этого (из-за семейных дел), а не тогда, когда могли исполнить их. Никогда не предполагалось, что если они могут исполнить их, то исполнение ими подобных обязанностей не будет считаться столь же ценным и действенным, как и исполнение представителем мужского пола».

Выдающимся вкладом Сольд в еврейскую жизнь стало создание крупнейшей в американской истории женской еврейской организации Ѓадаса. Хотя Ѓадаса была сионистской организацией, главным в ее деятельности была забота о здоровье жителей Эрец-Исраэль – как евреев, так и арабов. Лучшей больницей Израиля и всего Ближнего Востока остается больница «Ѓадаса» в Иерусалиме. Сольд настаивала, чтобы арабы обеспечивались самым современным медицинским обслуживанием наравне с евреями. Ѓадаса сыграла главную роль в снижении детской смертности среди арабского населения. Однако дух Ѓадасы – дух добровольного вспомоществования и отказа от дискриминации – был отвергнут арабским руководством, которое, должно быть, опасалось, что это может ослабить ненависть арабов к евреям. В начале 1948 г., незадолго до провозглашения Государства Израиль, арабские солдаты внезапно напали на 77 еврейских врачей и сестер из больницы «Ѓадаса» и убили их.

В тридцатые годы Сольд привлекла Ѓадасу к участию в спасении еврейской молодежи из Германии, а позже – и всей Европы. Осуществленная ею программа «Алия молодежи» спасла от гитлеровских концлагерей примерно 22 тысячи еврейских детей.

Личная трагедия жизни Сольд – в том, что она никогда не была замужем; женщина, чья жизнь была посвящена спасению детей, сама никогда не имела детей. Когда ей было за сорок, она страстно полюбила ученого-талмудиста Льюиса Гинзберга. Он был на пятнадцать лет моложе ее и отвечал на ее чувства исключительно платонически. Вскоре после того, как их отношения прервались, она писала: «Сегодня минуло четыре недели с того дня, когда мое единственное подлинное счастье было убито». Спустя много лет она призналась одному из своих друзей: «Я бы все отдала, лишь бы иметь своего собственного ребенка». До сих пор Генриетта Сольд считается подлинной героиней американо-еврейской истории, ученейшей женщиной, еврейкой с сильно развитым национальным самосознанием и человеком, спасшим многие тысячи жизней.

Основанная ею Ѓадаса в 1990 г. насчитывала около 350 тысяч членов, являясь крупнейшей еврейской организацией США.

Когда покойный Главный раввин Эрец-Исраэль Авраам-Ицхак Кук лежал на смертном одре, он спросил своего знаменитого, но неверующего врача-еврея: «Наступит ли день, когда евреи, которых считают великими людьми, станут еще и великими евреями?»

Луис Брандес, первый еврей, назначенный членом Верховного суда США, был великим человеком с великим еврейским сердцем. В 1917 г., когда он был уже преуспевающим юристом, специализировавшимся на трудовом законодательстве, президент Вудро Вильсон выдвинул его кандидатуру на освободившееся в Верховном суде место. Она вызвала значительное сопротивление в конгрессе как из-за либеральных политических убеждений Брандеса, так и из-за его религиозной принадлежности. После ожесточенной борьбы кандидатура, однако, была утверждена. В последующие годы американский президент Ф.Д. Рузвельт считал Брандеса образцом высочайшей морали.

В Верховном суде Брандес стойко защищал либеральные ценности. Бросив вызов крайне консервативному суду, который имел обыкновение отвергать новые социальные законопроекты, Брандес доказывал, что американская Конституция не воплощает в себе один определенный социальный или экономический подход. Резко отличались от мнения его коллег и те заключения Брандеса, где он поддерживал законы о минимальной заработной плате и в защиту прав трудовых союзов. Когда он уходил в отставку в 1939 г., Верховный суд уже склонялся к принятию тех взглядов, в отношении которых Брандес долго был одинок.

Незадолго до своего назначения в Верховный суд Брандес увлекся сионизмом, став его страстным и активным приверженцем. На посту президента Американской сионистской федерации он руководил сбором средств для новых еврейских поселений и на развитие культурной жизни в Эрец-Исраэль. После назначения в Верховный суд Брандес отказался от всех не имеющих прямого отношения к его новым обязанностям дел за исключением сионизма. В 1920 г. он даже подумывал выйти из состава Верховного суда, чтобы возглавить Всемирную сионистскую организацию.

Брандес резко критиковал тех евреев, которые боялись, как бы поддержка ими сионизма не поставила под вопрос их лояльность к Америке. Из «множественности лояльностей», разъяснял Брандес, вовсе не следует, что они исключают друг друга: «Человек может быть лояльным по отношению к своей семье, своему городу, своему штату и своей стране и не должен опасаться, что эти лояльности вступят друг с другом в конфликт». И сегодня, спустя три четверти века, евреи ссылаются на эту мысль Брандеса, опровергая обвинения тех, кто действует в интересах Израиля, в «двойной лояльности».

В начале 1920-х гг. Брандес разошелся во взглядах с Хаимом Вейцманом (ведущим деятелем сионизма, а впоследствии первым президентом Израиля), вследствие чего отказался от видных постов в сионистском движении. Однако Брандес остался пылким сторонником сионизма, и после его смерти самая большая часть его наследства отошла по завещанию сионистскому движению.

До самой своей кончины Брандес горячо выступал за сохранение американского еврейства, убеждая евреев США поддерживать свое национальное самосознание и свою причастность к еврейским делам. «Чтобы быть хорошими американцами, – любил он повторять, – мы должны становиться лучше как евреи». Для Брандеса это заявление не было риторическим. Когда в 30-х гг. из Эрец-Исраэль в США прибыл сионистский педагог Шломо Бардин, он посетовал Брандесу на то, что значительное число студентов-евреев равнодушны к своей вере. Когда евреи безразличны и равнодушны к своей вере, считал Брандес, это плохо как для евреев, так и для Америки. Особенно тревожил его интерес многих верующих евреев 30-х гг. к коммунизму и Сталину. Брандес уговорил Бардина не торопиться с возвращением в Эрец-Исраэль и позаниматься со своими молодыми коллегами. В результате частых бесед у Бардина и Брандеса возникла идея создания того, что впоследствии получило название Института Брандеса – первой организации, которой вдова Брандеса разрешила взять имя ее супруга после его кончины в 1941 г.

В настоящее время Институт Брандеса – Бардина – одна из многих еврейских организаций, носящих имя судьи Луиса Брандеса. Самая известная из них – Университет Брандеса (Волтхэм, штат Массачусетс), не связанный ни с одним конкретным течением иудаизма.

Профессор юриспруденции Р. Барт приводит возражения руководителей Американской ассоциации адвокатов против назначения Брандеса в Верховный суд. Их представитель заявил Сенату: «Мистер Брандес не действует согласно канонам адвокатуры…(он) всегда выступает перед своими клиентами в роли судьи вместо того, чтобы быть адвокатом своего клиента, и это противоречит практике адвокатуры». Профессор Барт так комментирует это заявление: «Это может показаться более чем достаточным основанием для признания человека непригодным к работе в судебном учреждении. Однако глубокий смысл этого обвинения в том, что Брандес нарушил профессиональные нормы, поскольку прилагал свои собственные представления о правильном поведении к своим клиентам и в силу этого был готов осудить их еще до того, как приступит к их защите». В этом отношении Брандес сознательно или бессознательно придерживался еврейской судебной традиции (см. «Санѓедрин»).