Читать онлайн «Еврейский мир. Важнейшие знания о еврейском народе, его истории и религии». Страница 143

Многие евреи, проходя мимо «мезузы», обычно прикасаются к ней пальцем и затем целуют палец.

В последние годы возник предрассудок – будто те, на кого обрушилось несчастье, наказаны за помещение некашерной «мезузы» на своих косяках. Некашерная «мезуза» – та, в которой содержатся ошибка или же стерлись отдельные буквы и слова. Чтобы избежать этого, многие евреи периодически просят писца проверить свои «мезузы».

Конечно, необходимо тщательно соблюдать ритуалы, но распространенные истории о связи несчастий с некашерными «мезузами» очень опасны. Например, уверяли, что 25 еврейских детей в городе Маалот (Израиль) убиты арабскими террористами в 1974 г. потому, что в их школе было 25 некашерных «мезуз». Такие истории озлобляют людей против Б-га, Который будто бы способен так жестоко карать за ошибку в «мезузе».

Среди евреев бытует немало неправильных взглядов на кашерную пищу – от того, что кашерная пища должна быть непременно благословлена раввином, и до того, что правила кашрута — часть древнееврейского кодекса здоровья. «Свинина запрещена для евреев, – объясняют иногда, – чтобы евреи убереглись от болезнетворных трихин».

Но система кашрута обосновывается в Торе совсем иным. Тора ассоциирует кашрут со святостью (см., например, Ваикра, 11:44–45, Дварим, 14:21).

Законы кашрута гласят, что евреям запрещено есть все подряд, а даже разрешенная пища должна быть приготовлена соответствующим образом. Например, единственные кашерные животные, указанные Торой, – это парнокопытные, отрыгивающие жвачку. Самые обычные из них – корова и овца. Но даже эти животные могут забиваться лишь специалистом – шойхетом (резником). Закон обязывает разрезать шею животного специальным ножом в определенном месте. Если резка совершена не по правилам, это сделает мясо некашерным.

Запрещено и убивать животных на охоте. Их мясо не может стать кашерным. Запрет на охоту (которому несколько тысяч лет) привел к тому, что даже среди нерелигиозных евреев мало охотников.

Закон Торы, адресованный всему миру, запрещает употребление в пищу крови животных (Брейшит, 9:4, см. также Ваикра, 17:10–14). «Кровь – это жизнь», – говорит Тора, и поэтому кровь убитого животного требует уважительного отношения. При забое кровь спускается и прикрывается землей, затем мясо просаливается и вымачивается до тех пор, пока вся кровь не будет удалена.

Возможно, что опасение съесть хотя бы каплю крови лежит в основе общего отвращения евреев к кровопролитию. Где бы ни жили евреи, они совершают меньше преступлений, чем их нееврейские соседи. Похоже, что кашрут цивилизовал их душу.

Среди рыб кашерными считаются только породы, имеющие плавники и чешую (Ваикра, 11:9–12; Дварим, 14:9–10). Это ничем не мотивируется. Запрещены все моллюски, включая такие популярные, как креветки и лангусты. Два вида рыб остаются предметом спора консерваторов и ортодоксов: осетр и рыба-меч. Спор ведется вокруг того, считать ли их кожу чешуей: ортодоксы говорят «нет», консерваторы – «да».

Среди птиц разрешены только специально перечисленные: куры, индейки, утки, гуси и некоторые другие.

Как правило, все разрешенные животные травоядны. Птицы, поедающие других птиц, запрещены наряду со всеми хищными животными. Талмуд считает признаком запретной птицы когти, служащие для убийства.

В трех местах Тора предписывает: «Не вари козленка в молоке матери его» (Шмот, 23:19, 34:21; Дварим, 14:9–10). В древности на Ближнем Востоке козленок, сваренный в молоке матери, вероятно, считался большим деликатесом. Законоучители вывели из этого троекратного упоминания, что вообще не следует одновременно готовить и есть молоко и мясо. Поэтому в кашерных домах имеются два набора посуды и приборов – отдельно для мясной и для молочной пищи. Все мясные продукты, включая птицу, называются флейшиг – от флейш – мясо (идиш). Молочные продукты именуются милхиг (от милх – молоко). Такая пища, как рыба, фрукты, овощи (не мясо и не молоко), называется парвэ и может сочетаться с молочными и мясными блюдами. Это слово используется также для обозначения людей, про которых говорят «ни рыба ни мясо». Еврей может сказать: «Они парвэ».

Так как мясо переваривается долго, еврейское право требует длительного перерыва между приемом мясной и молочной пищи. Евреи Голландии (или голландского происхождения) ждут только 1 час, а немецкие – 3 часа. Но во всей Европе раввины настаивают на 6 часах. Между молочной и мясной пищей перерыв намного меньше. Можно есть мясо через полчаса после молочных продуктов или даже сразу после старательного полоскания рта (исключением являются твердые сыры – после них нельзя есть мясо в течение 6 часов).

Кашерные рестораны нанимают эксперта – машгияха, в чью обязанность входит гарантия соблюдения законов кашрута на кухне и в зале. Многие американские продуктовые компании также нанимают машгияхов для подтверждения кашерности их продукции. Сегодня в США более 16 тысяч наименований продуктов находятся под таким контролем и получают сертификат о кашерности. Обычно маркой служит английская буква «U», окруженная большим «О», торговая марка Союза ортодоксальных еврейских общин Америки. Этим занимаются и другие раввины и еврейские организации. Все компании, желающие получить сертификат о кашерности, должны вручить машгияху ключ, чтобы он мог в любое время входить в производственные помещения с целью исключить случайное или намеренное попадание некашерных компонентов в продукты.

Евреи по-разному относятся к законам кашрута. Обычно соблюдающие их едят дома, или у знакомых, известных приверженностью к кашерному, или в ресторанах, имеющих соответствующий контроль. Если они идут в гости в некашерный дом или ресторан, то обычно ограничиваются водой, кофе или свежими фруктами. Они не станут есть приготовленную там пищу, пусть даже очевидно кашерную, потому что она могла быть приготовлена в кастрюле, где до этого находилась некашерная еда.

Многие американские евреи едят кашерное дома и некашерное вне дома. Другие евреи, более или менее соблюдающие заповеди, иногда считают такое поведение лицемерным. Но с точки зрения еврейского права предпочтительно есть кашерное хотя бы дома, чем вообще его не есть.

Другие не едят кашерное и дома, но воздерживаются от наиболее некашерной пищи – свинины и моллюсков. Кое-кто употребляет свинину и моллюсков, но придерживается законов кашрута в течение 8 дней Песаха, когда не употребляют дома продуктов из дрожжевого теста (см. «Хамец»).

Слово «кашер» не связано с пищей, на иврите оно буквально значит «подходящий», поэтому можно спросить о деле с сомнительной юридической основой: «Кашерно ли оно?» Также можно сказать об очень хорошем еврее: «Это кашерный еврей».

Противоположное слово – «трефной». Растущие в кашерных домах дети учатся различать в жизни вещи кашерные и вещи трефные.

Евреи-реформисты посещают службы в своих «храмах». Консерваторы проводят службы в синагоге. Ортодоксы ходят давен (на идише – «молиться») в шул. Разница не очень велика – консерваторы часто говорят «пойти в шул», а ортодоксы – «в синагогу». Но эти термины употребляются евреями разных течений для точного обозначения места совершения молитв.

Слова «храм», «синагога» и «шул» означают одно и то же: здание, где молятся Б-гу. Шул (слово на языке идиш) означает и «школу» и «синагогу», потому что ортодоксальные синагоги всегда были центрами не только молитвы, но и учебы.

В последние годы многие ортодоксальные евреи решили молиться в штиблах. Штиблах (единств, число – штибл) намного меньше синагоги. Обычно это частный дом, превращенный в синагогу. Многие штиблах находятся под духовным руководством хасидских ребе (см. «Хасидизм»). Общины, молящиеся в штиблах, обычно теснее сплочены, чем общины синагог. Штиблах посещаются более традиционными евреями, мужчины ходят туда в черных костюмах и шляпах.

Ортодоксальная синагога отличается от реформистской и консервативной прежде всего в двух важных отношениях: во-первых, здесь практикуется мехица (разделение) между мужчинами и женщинами, в большинстве ортодоксальных синагог мужчины не могут видеть женщин во время службы, а женщины не играют никакой роли в службе. В реформистской и консервативной синагогах мужчины и женщины сидят вместе.

Помимо этого в ортодоксальных общинах Тора читается с бимы (возвышения), расположенной посреди молящихся, чтец смотрит в том же направлении, что и все остальные – в сторону арон кодеша (шкафа для хранения свитков Торы). В реформистских и консервативных синагогах чтец стоит перед арон кодешом лицом к молящимся. Вдобавок многие реформистские и консервативные синагоги используют для аккомпанирования кантору орган. В ортодоксальной синагоге по субботам и на большинство еврейских праздников не используются ни орган, ни иные музыкальные инструменты.